Таблетка от понедельника - Александр Горбов

Мастер кунгфу

Жители Поднебесной! Послушайте же легенду о великом мастере кунгфу по имени Ил Я.

В далёкой горной деревне Кара-Чар, что возле отрогов Гималаев, жил человек Ил Я по прозвищу Му-Ро. С самого детства стремился он достичь просветления. Тридцать лет и три года просидел он в хижине из тростника в медитации. А на исходе этого срока явились к нему трое странников-бодхисаттв. И молвили: «Что сидишь ты, Ил Я? Не достигнешь просветления, пока не постигнешь искусства кунгфу. Встань, возьми боевой посох с колокольцами и иди».

Встал тогда Ил Я. Поклонился странникам, ибо разгадал, что они бодхисаттвы. Поднес каждому из них чашу с водой из источника долголетия Колодзья. Взял посох и отправился в путь.

Встретил Ил Я на перекрестке трёх дорог разбойника по прозвищу Жаворонок, владеющего боевым стилем Парящего Журавля. Победил его Ил Я в жестокой схватке. Раскаялся Жаворонок, обрил голову и ушёл в монахи. Рассказывают, будто основал тот разбойник в горах монастырь Шаолинь, но правда это или нет, нам не ведомо.

Разных учителей и мастеров боевых искусств встречал Ил Я. Были среди них И До, по прозвищу Поганец, Жи До, по прозвищу Жадина, Ту Га, по прозвищу Дракон. Всех победил Ил Я. И никто не мог устоять против его кунгфу.

После долгих странствий по Поднебесной и многих подвигов пришёл он в столицу. Правил в это время император Ла Ми Великое Светило династии Рю. Слышал Ла Ми о подвигах Ил Я и предложил ему стать полководцем.

Долго был на службе Ил Я, защищая Поднебесную от набегов северных кочевников. Но пришло время, оставил он столицу и удалился в далекий монастырь. Говорят, достиг он там просветления и ушёл в нирвану. А среди простых жителей ходит легенда, что спит он в пещере на горе Тайшань. И если возникнет опасность для Поднебесной, то проснётся Ил Я, возьмёт свой боевой посох с колокольцами и встанет на пути врагов.

О ёжиках и яблоках

Две тысячи лет назад в Римской империи жил вроде бы неглупый дядька Плиний Старший. Между службой в легионе и работой адвокатом баловался этот римлянин писательством. А что делать было? Ни интернета, ни телевизора не было, скукота! И взялся он за составление многотомного труда «Естественная история» – первой энциклопедии. Как было принято в те времена, списывал у других авторов, записывал, что другие римляне рассказывали. Из личного опыта добавил. И вот писал он том, посвящённый животным, и дошёл до ёжика…

– Ёжик, – почесал в затылке Плиний, – точно, помню, маленький такой, колючий.

А римляне, между прочим, держали ежей как домашних животных. То есть Плинию, чтобы на ёжика посмотреть, надо было зайти в гости к соседям. Или детей на улице попросить, чтобы ежа принесли.

– Да ну! Жара на улице, – решил Плиний, – ещё идти куда-то. Что я, в самом деле, так про ежа не напишу?

И не пошёл никуда.

– Ёж, – видимо, здесь Плиний хорошо приложился к кувшину с поской, – ну ёж. Маленький, колючий. С лапками. А что едят?

Взгляд Плиния упал на блюдо с фруктами.

– Вот! Едят они яблоки. А как они их добывают?

Плиний приложился ещё раз к поске.

– Карабкаются на дерево и сбивают на землю. Точно! Так и запишу. А дальше что делают? Наверное, катаются по земле и накалывают на иголки. А зачем? Чтобы отнести в норку и сделать запас на зиму.

Так Плиний в своей книге и написал. Будь рядом хоть один ёжик, он бы покрутил лапкой у виска.

– Какие яблоки, дядя? Я хищник! Какие деревья? В каком упитии можно было представить, что я лезу на дерево? Ты лапки мои видел? И запасов я не делаю, зимой мы в спячку впадаем.

Но нет, ежа рядом не оказалось. А римляне, уважавшие многотомные энциклопедии, так и запомнили – ёж, носит на иголках яблоки. И остальным народам рассказывали, кого завоёвывали. Варвары ежей видели, но римлян считали шибко умными.

– А может, и правда носят яблоки на иголках? Мы, конечно, такого не видели… Но вдруг в этот момент мы как раз отвернулись?

Ежи возмущались, но сделать уже ничего не могли. Так и прижилось поверье. Две тысячи лет прошло, но каждому малышу родители показывают книжку с животными и говорят:

– Это слон, у него хобот. Это жираф, у него длинная шея. А это ёжик, несёт на иголках яблочко.

А мы ещё говорим, что в интернете фейки.

Радость

С чего должно начинаться утро? Нет, не с завтрака. И не с кофе. Ещё есть варианты? С хорошего кофе? Неправильно. Утро должно начинаться с радости.

Глаза ещё не открыл, а надо найти внутри радость. Живой – уже радость. Выспался – радость. Или не выспался, потому что допоздна книгу хорошую читал – тоже радость.

Или снаружи радость нащупать – вот она, рядом сопит, в одеяло замотавшись. Чмокнуть её в ухо, сказать: «Доброе утро». Пусть себе радостно ворчит, что ещё «пять минуточек».

В детской тоже радость – разлеглась поперёк кровати, с плюшевой собакой в обнимку. Эту радость мы будить не будем, у неё каникулы.

Под ногами ещё одна «радость» крутится, мявкает на всю квартиру. Чего тебе? Корм насыпать? На, ешь, «чёрная дыра» ты пушистая. Куда в тебя столько влезает?

А за окном солнышко, небо чистое. Дворник на газоне триммером жужжит, шмеля изображает. Молодец удалой на асфальте краской пишет «Наташа, я тебя луб…» Крикнуть, чтобы исправил? Нет, пусть так будет, он же от всего сердца – порадовать хочет. Ну и я вместе с ними со всеми порадуюсь.

Сколько там на часах? Вот теперь можно и кофе. Большую такую, радостную кружку. Выпью и пойду сообщать, что пять минуточек давно кончились. Просыпайся, Радость моя!

Спектакль

– Молилась ли ты на ночь, Дездемона?

– Так, мужчина, сделайте два шага назад.

– Что?!

– Я говорю, социальную дистанцию держим.

– Э-э-э…

– Где маска, я вас спрашиваю?

– Какая ещё маска, это театр!

– И что?

– Как меня зрители узнают?

– На маске можно написать. «Мавр, Отелло, страшный», и всё будет понятно, не вижу проблем.

– Вы вообще кто?

– У меня написано.

– «Марина, младший реквизитор». Эй! Тут Дездемона должна быть.

– Она опаздывает, я за неё. Слушайте,