Таблетка от понедельника - Александр Горбов

Кричали ли древние дети, оставляя отпечаток ладони? Кто знает. Но я думаю – да. Чтобы страшный взрослый, проводящий ритуал, больше не гнался. Туки-туки! Здесь больше нет ребёнка, только новый взрослый, прошедший испытание. А выйдя из пещеры, учили младших братьев играть в прятки – тренироваться к испытанию.

Кто там гонится за мной в темноте первобытной пещеры? Поздно! Туки-туки!

Групповой портрет

– Господа, и в заключение встречи выпускников будет нарисован наш групповой портрет.

– Ой, ну зачем…

– Правильно, будет на память. А то опять десять лет не соберёмся.

– Становимся в два ряда! Ну давайте, господа, не затягиваем.

– Да встаём, встаём…

– Отлично! Теперь стараемся не шевелиться, пока художник нас рисует.

– Можно будет копию заказать?

– А мне бы маленькую версию, я переезжаю часто.

– Да, потом договоритесь с художником.

– И долго так стоять?

– Пока не нарисуют.

– Надо застольный портрет заказывать, хоть поели бы.

– В прошлый раз так делали: весь стол в объедках, и половина пьяные. Такую картину даже в сортире повесить стыдно.

– Ну долго ещё?

– Почти готово. Вот, можете посмотреть.

– Эй! А почему я куда-то в сторону смотрю?

– А я моргнул!

– И я тоже!

– Ты не моргал, ты заснул.

– Нет, не годится. Господа! Становимся снова и делаем ещё одну картину. На этой не все удачно вышли.

– Опять три часа стоять?

– Может, дождемся, пока фотографию изобретут? Ну хоть чёрно-белую!

– Ага, вас тогда вообще не соберёшь. Становимся, господа. Рисуй, художник! И старайся, чтобы все как живые получились – серьёзных людей пишешь, а не девочек-фрейлиняш для королевского инстаграма малюешь.

Стреляй, Маша!

– Расчёт, внимание! Враг выбросил диверсантов. Маша, по ближайшему парашютисту огонь!

– Ой, девочки, а он симпатичный.

– Маша!

– Ну серьёзно. Молоденький такой, миленький. Может, в плен его возьмём?

– Маша, ты уже семь раз была замужем.

– И что?

– Твой последний муж плакал и просил его расстрелять.

– Правильно, нечего было говорить, что его мама лучше борщ варит.

– Маша, ты вообще готовить не умеешь. Я помню, как ты угощала нас булочками: я сломала зуб, а Надюхе пришлось вправлять челюсть.

– Зато у меня характер золотой.

– Точно! Такой же тяжёлый, и за него убить могут.

– Как будто у вас легче. Наш расчёт, между прочим, «три ведьмы» называют. И вовсе не за боевые заслуги.

– Маша, стреляй!

– А может, всё-таки в плен?

– Маша, жестокое обращение с пленными запрещено Женевской конвенцией. Как ты стреляешь, он, может, ещё и выживет: полежит в госпитале, потом обменяем на нашего. Парашютист, кстати, уже тебя заметил: зовёт на помощь и машет руками, чтобы улететь за линию фронта к своим. Стреляй, Маша! От нас ещё ни один мужик просто так не сбегал.

Драконоизоляция

– Принцесса! – рыцарь на белом коне подъехал к башне, – я спасу тебя!

Окошко на верхнем этаже распахнулось, выглянула голова с рыжими кудрями и закричала.

– Где маска?

– Что?

– Почему без медицинской маски?

– Не знаю, – рыцарь растерялся, – я как-то не подумал. Да ладно, сейчас я поднимусь, возьму тебя на руки и мы уе…

– Стоять! Никаких «на руки». Социальная дистанция – полтора метра.

– А как же… Я же…

– Ничего не знаю, – принцесса погрозила ему пальцем, – я тут на драконоизоляции.

– Это как?

– Это вот так, – из-за башни показался дракон. – Ехай давай отседова.

Рыцарь икнул. Ящер был раза в три крупнее, чем предполагал рыцарь.

– А я это… Не подходи! Почему социальную дистанцию не соблюдаешь?

– Так ты же без маски.

– В маске! – рыцарь захлопнул забрало и натянул латные рукавицы. – Меня вообще есть нельзя, я, может, заразный. Я только что из крестового похода, мало ли с кем контактировал. Да и домой мне пора…

Развернув лошадь, рыцарь ударил пятками и ускакал прочь.

– Коша, – принцесса вздохнула и посмотрела на дракона, – когда гулять можно будет? Уже надоело тут сидеть. Так все рыцари разбегутся, пока я эту дистанцию соблюдаю. Скуууучно!

– Ты всего третий день сидишь! Книжку почитай, эльфийский язык поучи, на арфе поиграй. Скучно ей. А то, что в королевстве бушует Волшебный Насморк, ты забыла? Гулять она хочет. А если ты заразишься?

– Бе-бе-бе!

Принцесса ушла от окна, прерывая спор. Но на всякий случай пошла и помыла руки. А то ведь и правда подхватишь Насморк, а потом всю жизнь будут Красноносой Принцессой дразнить. Лучше уж эльфийский выучить и пусть называют Мудрой.

Русалочник

– Я ему говорю: «Милый, какие ноги? У меня хвост!»

– А он?

– Как стал канючить: «Ну давай тебе ноги сделаем, переедешь ко мне на сушу…»

– А ты?

– Я ему говорю: «Сдурел? Ноги брить надо, целлюлит на попе появляется, варикоз опять же. А хвост – это венец эволюции. Хочешь встречаться – делай ты себе нормальный хвост. В крайнем случае купи ласты».

– И что?

– В общем, рассталась я с этим принцем.

– Правильно! Одна морока с людьми. Ишь хвост ему не угодил. Да у тебя он самый элегантный во всём атлантическом океане!

– А я, девочки, вчера к морской ведьме ходила.

– Да ты что?!

– Пришла и спрашиваю: «Есть оперные голоса?» А она такая: «Они сейчас не в моде, возьми рэперский». Я послушала – это же ужас какой-то! «Йоу, йоу, мазафака!» Говорю: «И как этим моряков приманивать? Я, между прочим, сиреной работаю, а не пугалом».

– А она?

– Стала искать по закромам, вот, говорит, есть голос Джигурды.

– Фу!

– Почему фу? Я взяла, очень удобно китов отпугивать. Или скандал им закатывать, когда муж выпивший приплыл.

– А ко мне вчера свекровь приехала. Целую истерику устроила: «А почему икринки плохо одеты? Почему лежат так тесно?» Почему выгуливаю икру не три раза в день.

– Ой, ужас!

– Я ей, главное, говорю: «Мама, это вы мне скажите, почему ваш сын-тритон с ними не гуляет? Где он шляется целыми днями? Вчера, соседка рассказывала, видела его в компании каких-то креветок. А если я начну с лобстерами прогуливаться?»

– Дамы, – к столику подплыл дельфин в костюме аквалангиста, – наш ресторан «На Титанике» закрывается. Вам раздельный счет?

– Я заплачу, девочки, – рыжая русалка бросила официанту золотой дублон. – А может, ещё гульнем? Рано же ещё.

До самого утра редкие корабли в Бермудском треугольнике пугали нетрезвые девичьи голоса. А что, имеют право! Не так часто русалки собираются на девичник в честь дня рождения Ганса Христиана Андерсена.