Каменная сладость прощения - Лори Нелсон Спилман

– Хорошо, – говорю я. – Пожалуй, поеду.

– Еще одно. Постойте!

Он устремляется в другой конец зала и открывает дверь, по-видимому, кладовки. Через минуту возвращается с парой ярко-желтых резиновых сапог:

– Раз вы настаиваете на отъезде, я настаиваю на том, чтобы вы их взяли.

– Я не могу взять ваши сапоги.

– Они достались мне вместе с винодельней. Я как раз поджидал кого-нибудь вроде вас, кто бы их забрал.

Я пожимаю плечами:

– Можете называть меня Золушкой.

И сразу жалею о неудачной попытке пошутить. Туфельку Золушке вернул принц… а потом она вышла за него. Наверное, Эр-Джей решил, будто я думаю, что он… Боже, ну и дура же я!

Снимаю туфли и засовываю ноги в сапоги. Они мне маловаты, но он прав: так намного удобнее.

– Благодарю. – Я верчусь, демонстрируя новый прикид, представляю себе, какой у меня видок: мокрые от снега волосы, лицо без косметики, разорванное платье, а теперь еще и резиновые сапоги. Ни за что не появилась бы в таком виде перед Майклом. – Не пора ли вызвать полицию моды? – спрашиваю я.

Однако Эр-Джей не смеется. Он пристально разглядывает меня и наконец произносит:

– Выглядите сногсшибательно.

Я опускаю взгляд на свои сапоги:

– Вероятно, у вас ужасное зрение.

– «Единица» на обоих глазах, – отвечает он, впиваясь взглядом в мое лицо.

– Мне пора ехать.

Вздохнув, он хлопает в ладоши:

– Хорошо. Погодите минутку. Дайте мне ваши ключи.

Я смотрю из окна, как он заводит мою машину, потом счищает с окон снег и лед. Эти простые действия трогают меня, возможно, даже больше, чем угощение и вино.

– Ладно, – говорит Эр-Джей, притоптывая ногами на пороге. – Карета ждет. Позвоните, как только устроитесь.

Я протягиваю ему руку:

– Спасибо вам. Вы дали мне кров, одежду, накормили, напоили и поддерживали компанию – и все в один день. Я вам очень благодарна за все.

– Не стоит благодарности. – Эр-Джей берет меня за руку. – До встречи.

Он произносит это с такой уверенностью, что я почти ему верю.

* * *

Напрасно я не послушалась Эр-Джея. Я даже не догадывалась, какой напряженной будет поездка в такую погоду. Снег накапливается на лобовом стекле быстрее, чем дворники успевают его смести. В тех местах, куда они не достают, образуются ледяные шторки, и мне приходится выворачивать шею, чтобы разглядеть дорогу. Через полчаса такой езды я чуть не поворачиваю назад, но, собравшись с духом, еду дальше. Лунный свет отражается от белого снега, создавая причудливую игру голубых и серых теней. Со скоростью черепахи я ползу по извилистой дороге и наконец добираюсь до Пенинсула-драйв. Внимательно вглядываясь в автомобильные колеи, освещаемые фарами, я петляю по полуострову. Кое-где ветер успел намести сугробы, и я не вижу перед собой ничего, кроме белой пелены. Еду почти наугад, иногда мне кажется, что я съехала с дороги. У меня затекла шея, устали руки, слезятся глаза. Но при этом я не перестаю улыбаться.

Обратная дорога в город занимает без малого два часа. Я останавливаюсь у первого попавшегося мотеля и с облегчением вздыхаю, когда глушу двигатель.

Номер скромный, но чистый и настолько дешевый, что я решаю, что не расслышала. Однако хозяин говорит, что в сезон номера в четыре раза дороже, а сейчас они рады любому постояльцу.

Сама не знаю, почему я первым делом решила позвонить Майклу. Или почему я сначала умылась и надела пижаму, а лишь затем позвонила ему. Все, что я знаю, – это то, что, когда наконец собралась набрать номер Эр-Джея, я лежу в кровати и у меня есть время, чтобы наговориться вдоволь.

Открыв сумку, я ищу его визитку. Проверяю наружный кармашек, потом внутренний.

– Где, черт возьми?!

Все больше выходя из себя, я вываливаю содержимое сумки на кровать. Визитки там нет.

Тогда я соскакиваю с кровати, хватаю плащ и обыскиваю карманы:

– Черт, черт!

Влезаю в резиновые сапоги и надеваю плащ поверх пижамы.

Минут пятнадцать я как полоумная обыскиваю салон машины, после чего признаюсь себе, что потеряла визитку Эр-Джея. Должно быть, выронила ее где-то на пути от двери ресторана до машины.

Я бросаюсь обратно в номер и открываю ноутбук. Изучаю сайт его винодельни и поражаюсь послужному списку Эр-Джея: докторская степень в области растениеводства, многочисленные награды и патенты. Нахожу телефонный номер винодельни, но, разумеется, его сотовый не указан.

Трясущимися руками я набираю номер. Ответь, пожалуйста. Пожалуйста!

– Вы позвонили в «Мерло де ла Митен».

Черт! Автоответчик винодельни.

– Чтобы узнать часы работы, нажмите один. Хотите узнать, как к нам проехать, нажмите два…

Я слушаю низкий голос Эр-Джея, пока не звучит последняя подсказка: «Чтобы оставить сообщение, нажмите пять».

– Э-э-э… привет… это Ханна. Я потеряла вашу визитку. Сообщаю, что добралась до города. Вы ведь просили меня позвонить, помните? Ладно. Э-э-э… спасибо. Большое спасибо.

Черт! До чего же глупо. Я отключаюсь, не оставив своего номера. Это было бы неправильно, у меня ведь есть любимый мужчина.

Я забираюсь в постель, чувствуя себя ребенком, который понял, что сегодня не Рождество.

Глава 12

Утром я просыпаюсь в растрепанных чувствах: то ли вернуться на полуостров и объясниться с Эр-Джеем, то ли прямо поехать к маме. Я решаю поехать к маме, а потом… потом, если только после встречи с ней останется время, быстренько смотаюсь на полуостров.

Вчерашняя снежная буря улеглась, и день выдался ясным, будто выбеленным. Но по прогнозу во второй половине дня снова обещают снегопад. Должно быть, жить здесь непросто, и я вдруг ощущаю прилив гордости за маму.

Сидя за рулем, я стараюсь не думать об Эр-Джее, не огорчаться из-за того, что не поговорила с ним вчера. Надо выбросить из головы этого милого хозяина винодельни. Приятно было пофлиртовать с ним, но цепляться за это нет никакого смысла.

Через десять миль на запад от города мне попадается красивое озеро, и я благодарю свой навигатор за то, как точно он указывает мне дорогу. Он приводит меня прямо на Дорчестер-лейн – это название больше подошло бы вымощенному булыжником переулку в Лондоне, чем узкой грязной дороге, петляющей вокруг небольшого озера.

По обеим сторонам дороги, подобно болельщикам, встречающим марафонцев, выстроились голые дубы. Снег с дороги не убирали, и я еду по колеям, проложенным другими автомобилями. Еду медленно, всматриваясь в дома и время от времени замечая слева замерзшую гладь озера. Постройки представляют собой хаотичную смесь старого и нового, где огромные перестроенные дома забивают старомодные, иногда обветшалые, летние коттеджи, которые я помню с детства.

С любопытством