Год без тебя - Нина де Пасс

– Наедине, – уточняю я и направляюсь к лестнице на второй этаж. Я слышу, что он идет за мной, и сворачиваю в ближайшую пустую спальню.

– В чем дело? – спрашивает Скотт и делает шаг ко мне.

Я на шаг отступаю.

– Дело в Джеймсе… По словам Поппи, он упоминал, что не хочет быть в отношениях.

– Джеймс всю жизнь такой – человек-загадка. – Скотт улыбается, но звучит это неискренне.

– Слушай, Скотт, если… если… – Я не нахожу слов. И тупо спрашиваю в лоб: – Она ему реально нравится? Потому что сейчас она ходит и всем подряд рассказывает, что они встречаются, и если завтра он передумает… – Я сажусь на край кровати, и он опускается рядом.

– Не заморачивайся, Кара. Это их дело.

– Я знаю… просто он правда ей очень нравится.

– И она ему нравится, – говорит Скотт, будто это все решает. Я не могу отделаться от мысли, что у нас с ним разное представление о значении слова «нравится». – Вы, девчонки, всегда все так буквально воспринимаете.

Я запрокидываю голову.

– В каком это смысле?

Он не успевает ответить, потому что прямо за дверью кто-то в этот момент кричит: «Это что, шутка?» Я узнаю голос Джи, даже не видя ее, и выскакиваю из комнаты. Она с рассерженным видом смотрит в спальню прямо напротив той, где находимся мы.

– Ты мне только встречаться предложил… Что тогда ты с ней тут делаешь?

Я заглядываю в дверной проем и прихожу в ужас – не меньший ужас, чем тот, что наполняет голос Джи: там стоят Джеймс и Поппи. Я поочередно смотрю то на него, то на нее, но, прежде чем успеваю спросить, что тут творится, до меня доходит.

Поппи шагает навстречу к Джи, тянется к ней.

– Джи, я могу объяснить…

Джи отталкивает ее, в глазах у нее стоят слезы. Ее немного заносит, и я вспоминаю, что она уже изрядно пьяна. Меня накрывает осознанием: если я сейчас что-нибудь не сделаю, она устроит скандал, а здесь для этого слишком много свидетелей.

– Мы уходим, – резко говорю я, обнимаю ее за плечи и веду к лестнице. У нее заплетаются ноги, и она хватается за меня, чтобы сохранить равновесие.

– Поехали отсюда, – убеждаю ее я. – Давай я отвезу тебя домой.

Возле машины Джи долго копается в своей сумке, и я забираю у нее ключ зажигания. Открываю пассажирскую дверь и помогаю ей забраться внутрь, пристегиваю ремнем безопасности. Она обмякает и смотрит в окно, по щекам ее тихо струятся слезы.

Когда мы выезжаем на автостраду, будто в знак солидарности начинается дождь – лобовое стекло расчерчивают диагональные полосы воды. Часы на приборной панели показывают 00:00. По радио поздравляют с Новым годом. Мы неделями обсуждали этот момент. Новый год, новые мы. Джи будет встречаться с Джеймсом; я попробую походить на свидания со Скоттом. В этом году все будет иначе.

А дальше все происходит будто в замедленной съемке. Я не замечаю сам грузовик – только столкновение с ним. Машину крутит, а потом она переворачивается.

15

Мы с Гектором сидим в разных концах моей кровати лицом друг к другу. В какой-то момент рассказа он положил свои ладони на мои и придавил их к матрасу, чтобы те не дрожали.

– Надо было нам на той вечеринке остаться, – с отчаянием говорю я.

Он непонимающе смотрит на меня.

– Остаться, хотя она только что застукала близкую подругу с собственным парнем? Сомневаюсь. Вы уехали в нужный момент, Кара. С твоей стороны это было заботливо по отношению к ней.

Я резко втягиваю воздух; если бы чувство вины могло убивать, я уже давно была бы мертва – и вполне заслуженно.

– Не стоило мне это предлагать, надо было просто не встревать в их ссору. Возможно, тогда с вечеринки ушли бы они. Я тогда даже не сообразила, как буду объяснять родителям, почему мы вернулись, зачем мы так вырядились, почему Джи пьяна в хлам и почему я за рулем ее машины. Я ничего не продумала. Это было спонтанное решение. Решение, которое стоило Джи жизни.

Гектор стискивает мои руки.

– А что там ваши подружки, Поппи и Леннон? Как они объяснили произошедшее?

Я закрываю глаза.

– Ни одна из них не навестила меня в больнице, а в школу я больше и не ходила. После того, как это случилось, я увиделась с ними только один раз, и там было столько осуждения, что мне больше не хотелось с ними встречаться.

– А им – с тобой…

Я открываю глаза.

– В каком смысле?

– Да ладно, Кара, неужели ты не понимаешь? Твоя подруга Леннон устроила вечеринку, которая закончилась аварией. Есть в этом и ее доля ответственности. А потом еще Поппи и Джеймс – ну, там и без объяснений все понятно, согласись?

– Я была за рулем, Гектор, – обрываю я его. – Вся ответственность на мне.

Он игнорирует мои слова.

– Что стало с водителем грузовика?

– Он умер на пути в больницу.

– Как думаешь, ты иначе относилась бы к этой аварии, если бы он выжил?

Я выдергиваю руки из его хватки.

– Что ты имеешь в виду?

– Мне просто кажется странным, что речь о втором водителе зашла только сейчас. Я к чему: если бы ты реально считала, что виновата в аварии, то на твоей совести была не одна, а две смерти. Но по отношению к другому водителю ты не испытываешь…

– Это несправедливо…

– Это не претензия, Кара. Я только хочу сказать, что, останься он жив, держу пари, именно его считали бы виновным. Тот факт, что он погиб, означает, что груз ответственности приходится нести тебе. Вас было трое, а уцелела только ты.

– Я жалею, что уцелела.

Гектор резко выпрямляется.

– Никогда так не говори.

– Гектор, ты что, прослушал мой рассказ? Ты так и не понял, что я такое? Я повела себя ужасно; если кому и следовало умереть, так это мне. А не ей.

– Кара, судя по рассказу, ты была абсолютно нормальной…

– Ага, видимо, я себя приукрасила. Наверное, следовало изобразить себя сукой, потому что именно ею я и была. Большую часть времени я ужасно вела себя с Поппи и Леннон, пробуждая в них комплексы, потому что сама была не уверена в себе. Скотт… ну, он мне толком и не нравился, я просто не хотела показываться без пары на той вечеринке. Гектор, я была… я все еще ужасный человек. Джи ни в чем не виновата – это благодаря ей на меня