Одиночество Мередит - Клэр Александер

— В выходные придешь на ужин?

Я сложила последние книги и обмотала скотчем коробку с выдуманным миром, в который я сбегала от реальности целых двадцать лет.

— Не уверена. Возможно, буду занята. — Она открыла мой шкаф и начала в нем рыться.

— Чем именно?

— У нас с Лукасом планы. И вообще, это не твое дело.

Я закусила губу и постаралась не реагировать. Провоцировать меня она всегда умела.

— Ну так приходи с ним. Возьму готовой еды на ваш вкус. Пиццу? Карри? Жареный рис со специями?

Она пробормотала что-то, чего я даже не расслышала.

Я оставила ее наедине с ее раздражением и начала складывать в пакет одеяло и подушки. Не мешало бы, конечно, купить новые — эти были у меня еще с детства. Но с подобными покупками придется подождать. Я уже год работала в колл-центре, экономила на всем, чтобы денег хватило на залог, арендную плату и счета за первый месяц, а также на непредвиденные расходы. По телевизору говорили, что очень важно иметь «подушку безопасности» на случай непредвиденных расходов. Мне казалось, что я поступаю по-взрослому.

Большинство людей сочли бы мое новое жилье совершенно обычным. Даже примитивным. Но эти люди, вероятно, росли, мечтая о большом доме с садом, шикарной кухней и огромным телевизором. О ванне с ножками в виде львиных лап. О спа-бассейне во дворе. О блестящем автомобиле на подъездной дорожке. А может, и о двух автомобилях на широкой подъездной дорожке. Мои же мечты всегда были гораздо скромнее. И вот я переезжала в крошечную квартирку на первом этаже, в которой нет никакой ванны, только узкая душевая кабина с не до конца закрывающейся дверцей, а в комнате обои отстают от стен. У меня даже телевизора не было. До переезда я намеренно не покупала ничего нового. Мама всегда предупреждала нас, чтобы мы не испытывали судьбу. Она говорила, что знает не понаслышке — жизнь имеет обыкновение идти наперекосяк, когда меньше всего этого ждешь.

— Эй, это моя.

Из сваленного на пол вороха одежды Фиона вытащила синюю толстовку с капюшоном.

Я подняла глаза:

— У нее рукав прожжен сигаретой.

— Все равно она моя.

— Ну так забирай. И вали отсюда со своим паршивым настроением. Я сама справлюсь.

Она посмотрела на меня с вызовом, просунула голову в ворот толстовки, потом руки в рукава. Но уходить не собиралась — уселась и принялась наблюдать за мной. Я обернулась. Лето выдалось жарким: щеки у нее были усыпаны веснушками, а светлые волосы местами выгорели почти до белизны. Я представила ее сидящей здесь лет через десять в той же самой толстовке с прожженным рукавом. Та же толстовка, та же комната, та же жизнь.

— Фи. — Я переползла к ней и потянулась к ее руке.

Она попыталась высвободиться, но я схватила ее пальцы и крепко сжала.

— Мне вообще-то больно.

— Плевать. Поговори со мной.

Я ждала, когда она скажет, что ей не хочется, чтобы я уезжала, чтобы бросала ее одну. Наверное, я даже ждала признания, что она мне завидует. Ведь все эти годы именно она была лидером, принимала решения, но сейчас на свободу пыталась вырваться я.

— Терпеть не могу, когда ты берешь мои вещи без спроса.

И, прежде чем я успела перейти в контратаку, обвинив в том же ее, она сжала в ответ мои пальцы, и мы дружно расхохотались.

— Я знаю, тебе нелегко. Но пора. На самом деле уже давно пора. У нас был уговор, помнишь?

— Мередит, нам тогда и десяти лет не было. Но и когда мне исполнилось шестнадцать, мы никуда не могли уехать.

Я пожала плечами.

— Ладно, я прождала еще шесть лет. И звала тебя с собой. Не забывай об этом. Ты еще можешь согласиться — еще не поздно. Только мы вдвоем.

— Я, может быть, перееду к Лукасу.

Я хотела услышать совсем не это. Лукас по-прежнему крутился поблизости, преследовал нас, как неприятный запах, хотя я все надеялась, что однажды он исчезнет. Он всегда задерживал на мне свой взгляд с прищуром, всегда задевал, проходя мимо, хотя вокруг было полно места. В его присутствии мне становилось не по себе.

Я бросила в пакет очередную охапку одежды.

— Ну, ты же не можешь оставаться здесь вечно.

— Знаю-знаю. А может, она скоро умрет. Слышала, как она кашляет? Тогда я смогу остаться здесь. Начну все сначала.

— Как ты можешь такое говорить! — ужаснулась я.

— Да брось! Не прикидывайся, что сама об этом не думала. О том, как нам было бы хорошо без нее.

— Нам будет здорово вместе, Фи. Ты и я, в самом центре города.

— Это ничего не изменит, прекрасно знаешь.

— Ты же мне обещала, помнишь? — Я старалась не повышать голос. — А я тебе верила. Все это время.

— Я тебя не обманывала! Я и сама в это верила.

— Так что изменилось? Давай, Фи. Мы можем все начать сначала — вместе.

Она вздохнула.

— Мередит, ты переезжаешь в однокомнатную квартиру.

— И что? Разве мы не жили в одной комнате всю жизнь? — У меня затекла нога, и я сменила позу, не отпуская руку сестры. — Если тебя это не устроит, можем найти квартиру побольше. Я выясню насчет задатка.

— Эй, да я жду не дождусь, когда эта комната станет полностью моей, — беззаботно сказала она. — К тому же мне ужасно лень собираться. Переезд вообще одна из самых стрессовых ситуаций в жизни, ты в курсе?

— Но еще больший стресс — оставаться здесь.

Она засмеялась:

— Может быть.

— Тебе почти двадцать два. И у тебя есть работа.

— Ну да, в супермаркете.

— Неважно, это работа. Мать тебя тут не держит. Не понимаю, почему ты хочешь остаться.

Настала моя очередь злиться. Мне хотелось дать ей пощечину, но я ограничилась тем, что вонзила ноготь ей в ладонь. Но она даже не вздрогнула.

— Я не хочу оставаться.

— Тогда почему? — Я никак не могла оставить ее в покое. — Не понимаю.

— Когда-нибудь поймешь. — И сестра отняла руку.

Вещей у меня было немного, но уместить их в машину Сэди оказалось задачкой не из легких. Нам понадобилось несколько попыток (и несколько перекуров), чтобы запихнуть все на заднее сиденье. Фиона нам не помогала — стояла в сторонке и только посмеивалась.

— Через заднее стекло ни черта не видно, но, думаю, все будет нормально. — Сэди бросила окурок на дорогу. — Ехать не так далеко.

— Мне нужно взять куртку. — Я махнула рукой в сторону дома, где в дверях за нами наблюдала сестра.

— Пойти с тобой?

— Не надо, спасибо. Я