Журавль среди волков - Джун Хёр

Она осеклась, заметив, как я поникла, и спросила:

– Почему ты винишь себя в том, что пошла домой одна? Откуда тебе было знать, что произойдёт нечто столь ужасное?

– И правда, – прошептала я.

Юль протянула мне окровавленную тетрадь.

– Принц попросил тебе передать, но у меня совсем из головы вылетело.

Я замешкалась, но всё же взяла её в руки. Сюда Вонсик записывал все свои рассуждения. С моих плеч словно сняли тяжёлый камень, и целеустремлённость придала мне сил.

– Он хотел бы, чтобы ты продолжила расследование, – сказала Юль и поднялась собрать свои скромные пожитки. – Следователь из Ведомства справедливости и законов сегодня зайдёт в гостиницу, наверное, опять для допроса. Поэтому вечером я сюда не вернусь. Прошу, не плачь слишком горько от тоски по мне.

Я помахала ей на прощание и с нетерпением открыла тетрадь. Записей было много. Я пролистала страницы с описаниями ран на жертвах, пробежалась взглядом по именам возможных свидетелей и полученным от них сведениям. Журнал расследования был буквально забит именами и датами. Я изучила описание цветов, оставленных на каждом месте преступления, и остановилась на последней заполненной странице. Моё внимание привлекли наспех выведенные слова:

Следователь Ку

Эту строчку он подчеркнул, а под ней написал:

Уезд Чанхын

Сердце у меня забилось быстрее. Я проверила предыдущие записи, но там не упоминались ни следователь Ку, ни этот уезд.

Мне на нос упала холодная капля, и я подняла взгляд на деревянные балки под крышей. Вода протекала через подгнившую солому. Я сразу подумала о Юль, надеясь про себя, что она встретила по пути телегу и поехала на ней, как обычно, а не идёт в гостиницу под дождём.

Я взяла ёмкости для сбора дождевой воды и расставила по полу. Всего минуту спустя мелькнувшая в голове мысль заставила меня застыть на месте. «Уезд Чанхын», – прошептала я, и по телу пробежал мороз. Вонсик предлагал отправиться туда после восстания, чтобы продолжить расследование; но что он рассчитывал там найти?

Возможно, следователь Ку знает ответ на этот вопрос.

Потерявшись в своих мыслях, я медленно, отстранённо закрыла окно и поправила миски и вёдра, в которые капала дождевая вода. Скрипнула дверь хижины, и я подумала, что Юль всё-таки вернулась, но, обернувшись, замерла от удивления.

В низком дверном проёме стоял принц. Дождевая вода стекала с его шляпы и соломенной накидки. Он перешагнул через порог, сбросил накидку и затворил дверь, прежде чем снова повернуться ко мне. Лицо его было лишено всякого выражения.

– Сюда добираться больше часа, – заметила я, бездумно листая тетрадь Вонсика. – Вам с Юль не обязательно постоянно за мной присматривать. Я уже не ребёнок и могу сама о себе позаботиться.

– Ты в горах, вдали от города. Здесь лучше не оставаться одной, – возразил Тэхён.

Я стиснула тетрадь в руках. В тесной хижине от него негде скрыться, а из-за ливня мы заперты внутри. Я открыла было рот, чтобы попытаться наладить отношения, но тут Тэхён положил на стол передо мной маленький мешочек.

– Что это? – спросила я.

– Посмотри.

Я нерешительно заглянула в мешочек и с удивлением обнаружила там сладкие угощения хангва, которые до этого пробовала только на праздничных фестивалях. Засахаренные фрукты, тягучие конфеты ёт из риса и другие лакомства.

– В знак примирения, – ворчливо объяснил Тэхён.

Я растерянно моргнула, не веря своим ушам.

Он снял шляпу и положил рядом со мной, опустив взгляд.

– Мне стоило…

Тэхён поджал губы и побледнел.

– Мне стоило раньше перед тобой извиниться. Я правда не хотел тебя обидеть, но так вышло…

Он снова замялся, подбирая нужные слова.

– Я бы расписал то, как сильно об этом сожалею, но боюсь, совершенно не способен выражать свои чувства, так что…

Я покачала головой и спрятала дрожащие руки под столом. Меня переполняли радость и облегчение.

– Мне тоже следует извиниться, – прошептала я. – Наговорила со злости того, чего на самом деле вовсе не думаю. Честное слово.

Наконец он посмотрел на меня, и маска на мгновение соскользнула с его лица, обнажив ранимую душу молодого человека.

– Рад слышать, что ты меня не презираешь, – сказал Тэхён и смущённо кивнул на мешочек. – Попробуй немного. Это всё сладости из дворцовой кухни, самые изысканные во всей стране.

– Хорошо.

Я взяла цукат из юдзу и положила на язык. С моих губ слетел вздох наслаждения. Долька была хрустящая и сладкая, и она вызывала воспоминания о солнечном свете и звонком смехе.

– Пожалуй, стоит чаще с вами ссориться, – сказала я, потянувшись за корнем лотоса в сахаре.

– Учитывая разницу в темпераменте, ссор у нас будет ещё много, – сухо произнёс Тэхён.

Какое-то время прошло в тишине, и лёд между нами постепенно таял под теплом хрупкого перемирия. Мы ненадолго заговаривали друг с другом, но по большей части молчали каждый в своём углу: я у горящей свечи, Тэхён у входа в хижину. Вместе нас свела тетрадь Вонсика.

– Я нашёл её под халатом, – объяснил Тэхён, листая страницы под слабым светом.

Я села подле него, и наши колени случайно соприкоснулись, но он не отодвинулся.

– Ты продолжишь расследование? – спросил Тэхён.

Я кивнула.

– Хочу закончить начатое им дело.

– Надеюсь, ты найдёшь его до Великого События. После того, как Ёнсан-гун потеряет власть, у Безымянного Цветка больше не будет причин убивать чиновников. И тогда выйти на его след станет намного сложнее.

Я кивнула.

– Значит, у меня всего два дня.

– Обдумаем всё вместе, – предложил Тэхён. – Мы с тобой и Юль.

Он внимательно изучал записи в тетради, но, когда я задумчиво потёрла своё перебинтованное запястье, перевёл взгляд на него.

– Клянусь, – прошептал он словно самому себе, – я своими руками убью того, кто ещё раз попытается тебя тронуть.

Я замерла, не зная, правильно ли его услышала.

– Прошу прощения?

– Тебе опасно находиться рядом со столицей, – продолжил он. – Твой дядя прав: лучше скрыться как можно дальше отсюда. У него есть один родственник…

– Мой дядя? – От одного упоминания о нём по коже пробежали мурашки. – Ему безразлично, в безопасности я или нет.

Тэхён задумчиво на меня посмотрел и медленно закрыл тетрадь.

– Что-то произошло. Расскажешь?

– Дядя… – Голос у меня дрогнул от ярости. – Дядя предал моих родителей. Сдал их Ёнсан-гуну.

Он нахмурился.

– Твой дядя?

– Моего отца казнили после того, как раскрылся его секрет: он был во дворце в день смерти королевы Юн. А вы знаете, что Ёнсан-гун мстил даже тем чиновникам, которым просто не повезло там находиться, хотя они и не были связаны с её смертью. Так случилось и с моим отцом.

Тэхён