Планы на лето - Ася Лавринович

Коридор оказался темный и совсем пустой. На стенах – обшарпанные старомодные обои. Не знаю, какой я представляла себе квартиру бывшей рок-звезды, но этому коридору явно не хватало ремонта.

– Вова! – негромко позвала я.

Брат выглянул в коридор и сердито сказал:

– Я же велел ждать меня снаружи.

– А что там? – в страхе кивнула я на комнату.

– Ничего, – вздохнул Вова, – нет никого. Просто дверь забыли закрыть. Я ж сказал, что с дядей Пашей такое бывает. Он в последние несколько лет сильно пьет.

– Из-за забвения? – спросила я, припомнив, что не нашла в интернете никакой новой информации о рок-группе отца Матвея.

– А ты думала? Раньше была популярность, востребованность, гастроли…

Я прошлась по комнате, которая казалась безжизненной и практически пустой, будто из нее нарочно вынесли всю мебель. Ни книг, ни техники, только старый диван да разбросанная мужская одежда.

– Очень аскетично, – сказала я, взглянув на брата.

– Он запойный, многое пропил. Еще и ставками увлекается, весь в долгах. Матвей свои вещи у себя в комнате под замком держит.

– Под замком? – удивилась я.

Вова молча кивнул в сторону второй комнаты, и только тут я обратила внимание на белую дверь с замком. Однако сейчас замок был сломан.

– Это комната Матвея?

– Кать, я не думаю, что это классная идея. Мотя злиться будет, – предупредил Вова, но я уже направилась в комнату Мальцева.

Обстановка здесь была совершенно другой, не такой удручающей, как во всей остальной квартире. Светлая и очень чистая комната с кроватью, шкафом и письменным столом. В углу обнаружилась гитара. Я тут же подумала, что ее можно дорого продать, и замок в такой ситуации точно не помешает. Вот почему Матвей предпочитал проводить так много времени у нас с самого детства.

Вова следом за мной зашел в комнату и продолжил ворчать:

– Ох, блин, Матвею не понравится, что я тебя сюда привел…

Кажется, мы заметили ее одновременно – фотографию на письменном столе. В лаконичной белой фоторамке она стояла на самом видном месте. На снимке мы втроем – в очередной раз сбежали из дома навстречу приключениям. Тогда мы набрели в парке на небольшой контактный зоопарк и сфотографировались на фоне плюшевых альпак. На фотографии Вовка, как обычно, жует яблоко, которое мы взяли для животных, а мы с Матвеем над ним смеемся. Рассматривая снимок, я в деталях вспомнила тот день и не смогла сдержать улыбку. Тут же на столе я увидела еще две фотографии. На одной из них – незнакомая женщина, снимок явно давнишний, и, хотя Матвей был очень похож на отца, я сразу узнала черты Мальцева. У них с мамой похожие улыбки… На второй фотографии была я. Прошлогодний снимок, нас в школе всех фотографировали. Фотка мне не нравилась. Она долго валялась в прихожей, а потом вдруг пропала. Но я и подумать не могла, что ее взял Матвей. Решила, что Вовка выкинул… Смутившись, я спрятала эти фотографии под учебники. Тревога вновь напомнила о себе. Куда мог пропасть Матвей? И неужели Перов замешан в исчезновении Мальцева?

Когда я вышла из комнаты, Вова сидел диване и внимательно читал что-то в телефоне.

– Что же мы будем делать? – спросила я, подойдя к окну. – Где нам теперь искать Матвея? Неужели у него совсем никого нет?

– Есть дядя, – вспомнил Вова, – старший брат дяди Паши. Они редко общаются, но вполне возможно, что в случае форс-мажора Матвей к нему обратился.

– А у тебя есть его номер? – заволновалась я.

– Нет, откуда? – покачал головой брат. – Но я тут читаю, можно ли номер как-то вычислить… Я помню, Матвей говорил, он работает во Всеволожске.

И тут в окне я увидела Матвея. Он вошел во двор и направился к своей парадной.

– Вова! – закричала я со всей дури. – Вовочка! Он идет!

Не успел брат отреагировать, как я уже кинулась к входной двери. В одних носках сбежала по лестнице и выскочила на улицу, едва не сбив с ног Мальцева, который как раз подходил к крыльцу.

– Катя? – удивился Матвей, увидев меня. – Ты что здесь делаешь?

– Мы тебя потеряли! – жалобно проговорила я и бросилась ему на шею. – Я так волновалась!..

Когда мы отстранились друг от друга, Матвей посмотрел мне в глаза. Первым коснулся моей щеки, и у меня дыхание перехватило. Несколько секунд мы не сводили друг с друга взгляда. Губы Матвея растянулись в улыбке, такой красивой и родной, что сердце гулко застучало. Тогда я отвела пальцами темную прядь с его лба и первой поцеловала его. Матвей прижал меня к себе и углубил наш поцелуй. Я обнимала его так крепко, как только возможно. До этого момента я даже не подозревала, что так бывает: голова кружится от счастья, я одновременно падаю и лечу.

Мы целовались долго, прерываясь лишь на мгновение, чтобы перевести дыхание. Нас отвлек громкий, тягучий скрип подъездной двери. Тогда мы нехотя оторвались друг от друга и одновременно перевели взгляд на крыльцо, на котором стоял растерянный Вова.

* * *

Последний вечер перед отъездом был посвящен сбору вещей. На полу – раскрытые чемоданы, а на диване – разложенная стопками одежда.

– Сейчас в Кейптауне началась зима, – говорила мама, – температура воды в океане всего пятнадцать градусов. Удивительно, как мы не совпадаем с вами…

Я решила, что мы с родителями не совпадаем не только в сезонах и погоде, но промолчала. Вова ходил по квартире и говорил в этот момент с Матвеем по телефону. Они решали взрослые вопросы: отца Матвея пришлось поместить в клинику из-за белой горячки. В этот раз, чтобы достать деньги на алкоголь, он пошел на радикальные меры: сломал замок в комнате сына и вынес ноутбук, который Матвей покупал на собственные сбережения – скопленные с корпоративов деньги. Матвей даже вызвал того самого дядю из Всеволожска, который приехал по звонку, а после того как дядю Пашу определили в больницу, предложил племяннику на время перебраться к нему. Матвей отказался: впереди экзамены, да и вообще он считал себя самостоятельным и взрослым. Ситуация со срывом отца произошла так внезапно, что в то утро Матвей не успел предупредить Вову. Уехал в больницу, оставил дома телефон… Сам не думал, что Вова вдруг поднимет такую панику, потеряв друга. Мама, слушая историю Мальцева, вздыхала: «Бедный мальчик, обуза ему на всю жизнь…»

Когда вещи были собраны, мама предалась воспоминаниям. До этого накануне она привезла от бабушки старые фотоальбомы. Так мы просидели на кухне,