Домик под скалой - Шэрон Гослинг

Анна понимала, что избегает его взгляда. Собравшись с духом, она сделала глубокий вдох и посмотрела ему прямо в лицо.

– Это мой дом, – просто сказала она. – И я не хочу ни в какое другое место. И еще… люди… не могу себе представить, что смогла бы уехать, не оставив здесь часть своей души.

Он улыбнулся, и Анна подумала, уже не в первый раз, что готова бесконечно долго любоваться его улыбкой. Роберт сделал еще один шаг, и теперь они стояли почти вплотную друг к другу. После секундного колебания он взял ее руку и, не встречаясь с ней взглядом, провел большим пальцем по ее ладони. Сердце Анны гулко билось в груди. Она спрашивала себя, чего он ждет и не нужно ли ей самой сделать первый шаг; и боялась, что он не чувствует того же, что она, и что это всего лишь очередное проявление дружбы, которую предлагал ей Старый Робби Маккензи с тех самых пор, как она переехала в «Счастье рыбачки».

– Я… – Она отчаянно пыталась найти подходящие слова. – Ой!

Это ощущение застало ее врасплох. Что-то шевельнулось у нее в животе.

– Что? – спросил Роберт. – Что случилось?

– Мне кажется… – Вот оно, опять. Слабое движение, словно лопающиеся пузырьки воздуха. – Кажется, я чувствую ребенка!

Анна прижала его руку к своему животу. Они молча ждали, а потом…

– Вот! Чувствуете?

– Да!

– Боже, как странно. – Анна рассмеялась, не отпуская его руки. – Бедняжке, наверное, не нравится мое сердцебиение.

Смех Роберта превратился в улыбку и вскинутую бровь. Его ладонь по-прежнему лежала на животе Анны. Потом он слегка сдвинул руку, обнял ее за талию и притянул к себе.

– Сердцебиение? – спросил он. – И что с ним не так?

От близости его тела, от его тепла у нее перехватило дыхание.

– Ну… – с трудом выговорила она, – наверное, немного участилось.

– Правда? – усмехнулся Роберт. – С чего бы это?

Анна покачала головой:

– Понятия не имею.

Он наклонился к ней:

– Совсем?

– Ни малей…

Окончание фразы заглушили его губы. Они прижались к ее губам, нежные и теплые, дарившие странное ощущение чего-то родного и в то же время совсем нового, незнакомого.

Потом они вышли из «Счастья рыбачки» и, держась за руки, направились к «Криви Инн».

– Думаешь, у нас получится? – спросила Анна, разглядывая облупившуюся краску и выцветшую вывеску.

Роберт поднес ее пальцы к губам и поцеловал.

– Мы справимся, я знаю. Ты справишься.

– Это будет нелегко.

– Да, нелегко.

Анна кивнула и повернулась к морю. Солнце уже начинало садиться, расцветив кучерявые облака яркими сполохами оранжевого и розового. Вдали от берега Анна заметила какое-то движение. Гибкие блестящие тела стремительно приближались к ним, выпрыгивая из воды. Снова и снова.

– Ты видишь это, Анна Кэмпбелл? – спросил Старый Робби, обнимая ее за плечи и прижимаясь губами к ее волосам. – Дельфины приплыли пожелать нам удачи.

Эпилог

Анна отложила телефон и посмотрела на цветные страницы верстки, разложенные на столе. Кулинарная книга была почти готова, и у Анны оставалось еще три дня, чтобы еще раз все проверить и сообщить Мелиссе, что ей хотелось бы изменить. Она взяла карандаш и постучала по изображению крыжовника, который сама собирала и сфотографировала в тот день, когда внизу, на кухне, устанавливали новые рабочие столы. Яркие солнечные лучи проникали в окна, освещая помещение, в котором Анна теперь проводила много времени. До открытия «Криви Инн» оставалось еще три месяца, но она уже знала эту кухню как свои пять пальцев.

Она попыталась прочесть еще одно предложение, но отвлеклась, вздохнула и снова принялась постукивать карандашом по столу.

Сзади послышался какой-то звук, а затем тихий, но отчетливый смех. Улыбнувшись, Анна пошла к проснувшейся дочке. Малышка лежала на спине в кроватке, которую Роберт смастерил по чертежам Фрэнка. Он трудился несколько месяцев, доводя свое изделие до совершенства и думая о человеке, которого спящий в кроватке ребенок никогда не увидит.

– Ну вот, – Анна взяла дочь на руки и покрыла поцелуями ее пухлую сладкую шейку. – Смотрите, кто проснулся. Выспалась?

В ответ малышка уткнулась головой в плечо матери и принялась махать ручками, радуясь миру и материнской любви.

Анна оставила гранки на столе – теперь ей все равно не сосредоточиться – и вышла в коридор. Где-то негромко играло радио, а из почти законченной спальни «Криви Инн» доносились голоса.

– Пэт, Сьюзен! – позвала Анна. – Мне нужен перерыв. Мы прогуляемся до «Счастья рыбачки». Скоро вернемся.

– Хорошо, милая! – крикнула в ответ Пэт.

Внизу Анна устроила агукающую дочку в слинге у себя на груди и надела ей на головку, покрытую пушком, крошечную шапочку.

– Я знаю, ты не любишь, – сказала она, целуя девочку в лоб, – но на улице ветер.

Анна открыла заднюю дверь таверны и вышла на тропинку. Несмотря на свежий ветер, день был теплым; солнце заливало золотом берег и придавало рыжеватый оттенок траве. Анна повернулась и помахала водителю бульдозера, убиравшего последствия оползня. Он махнул ей в ответ. Рокот мощного мотора сливался с плеском волн и пронзительными криками чаек над головой. Работы по расчистке всего за несколько дней продвинулись настолько, что результат был заметен даже из деревни. Все гадали, когда дорогу наконец освободят и ею можно будет пользоваться. После шторма прошло уже несколько месяцев.

– Анна! – По тропе из Геймри спускался Молодой Робби с неизменным биноклем на шее.

– Что ты тут делаешь? – спросила она мальчика, когда он подбежал к ней и потянул вниз, чтобы звучно поцеловать малышку в щеку. – Надеюсь, ты не один?

– Нет, Рона идет сзади, – ответил Робби. – Она хочет тебе что-то показать. Папа сказал, что сегодня не может выйти со мной в море, потому что ему нужно заканчивать «Счастье рыбачки», но дельфиний патруль пропускать нельзя, и я решил пойти сюда. Хоть с тропы посмотрю…

Анна взъерошила ему волосы – совсем как у отца – и подняла голову. На тропе показалась Рона.

– Привет, подруга, – поздоровалась она, подойдя ближе. – Куда это ты собралась?

– Я все утро сражалась с гранками кулинарной книги. Подумала, что стоит сделать перерыв и посмотреть, как там дела у Роберта в «Счастье рыбачки».

Рона склонилась к ребенку.

– Ага, логично. У меня есть пара новых образцов плитки – посмотришь и, если захочешь, на следующей неделе добавишь к другим для сравнения. А я хочу потискать малышку, ты ведь ничего не имеешь против, да?

– Эй! – скривился Молодой Робби. – Только не это!

Рона ласково потрепала мальчика по щеке:

– Тогда пойдем. И заварим чай для Пэт и Сьюзен.

– Они наверху, разбирают