Откроется не каждому - Константин Викторович Харский

Клара смеялась в голос, как никогда раньше.

– Кто вы ей? – ещё раз спросила «опека» с раздражением в голосе, пальцем показывая на Клару, и едва не ткнула ей в плечо своим экстремально длинным ногтем. Клара отодвинулась в сторону.

– Ну, если ей я больше не сын, – повернувшись к своей матери, сказал Йошка, потом изобразил сложный мыслительный процесс и, переведя взгляд на Клару, завершил, – то ей я теперь – подруга.

– Прекратите ломать комедию! Вы с представителем власти разговариваете! – «опека» уже сильно разозлилась.

– Ах, я забыл, что умею читать мысли. Конечно, представитель власти… Чем могу служить? – расшаркался Йошка.

– Как вас зовут? – Эмма Эдуардовна сделала ещё одну попытку разобраться.

– Йошка.

– Серьёзно?

– Да. Так и написано: «Иосиф Семёнович Резников». Только все зовут Йошкой. Вам надо, как написано? Или как зовут?

– Понятно, – сердито сказала «опека». Никто не может выносить Резниковых долго – Клара знала это на своём опыте.

– А вас? – поинтересовался Йошка.

– Король Эмма Эдуардовна, сотрудник отдела опеки и попечительства.

– Правда? – Йошка повторил интонацию «опеки» с поразительной точностью.

– Прекратите балаган!

– Мама! Ты что, от угроз перешла к делу и сдаёшь меня на попечение государству? За что?!

– Да идите вы, – выпалила Эмма Эдуардовна и, кажется, со слезами на глазах вышла со двора на улицу.

– Что это было? – спросил Йошка.

– Непонятно. – Клара пыталась разобраться. – Тут были трое, двое из которых приходили ко мне под видом покупателей. Женщина – та вообще позвонила вчера папе и сказала, что покупает дом. Он должен был сегодня приехать за деньгами, но его дела задержали. И вот главный из этой троицы нанял службу опеки, чтобы что-то сделать. Не знаю, чего они хотели. План они не раскрыли.

– План у них был – войти в дом и провести там обыск, – произнес Олег Васильевич. – Но дело застопорилось на входной двери. Они не смогли срезать петли.

Йошка поднялся по ступенькам на крылечко, осмотрел верхние петли, потом нижние, потом средние.

– А они пытались? Тут нет отметин.

– Один круг они сломали об дверь, второй, алмазный, я им спасла своим появлением, – усмехнулась Клара.

– Они хотели зайти в дом, – уверенно сказал Олег Васильевич.

– Зачем такие сложности, если не сегодня завтра дом всё равно станет их? – размышлял вслух Йошка и тем самым удивил Клару. Она подумала: «Йошка, оказывается, умеет быть серьёзным. Неожиданно!»

– Кажется, они решили, что сделка срывается, – сказала Клара, пытаясь остановить Йошку в его раздумьях: как бы не догадался…

– И что? Если сделка срывается, а им во что бы то ни стало надо войти в дом, значит, ценность не в самом доме, а в имуществе, которое можно незаметно вынести. Что им надо?

Клара пожала плечами.

– Ну не хочешь, не говори, – спокойно, без обиды в голосе ответил Йошка.

4.4.

Слегка за полдень домой вернулся Пётр Аркадьевич, папа Клары. С самого утра и до двенадцати дня его мурыжили в Следственном комитете. Ну как мурыжили – ничего не объясняя, предлагали посидеть вот тут, на стульчике, и подождать, пока его вызовут. Прождав так три часа, Пётр Аркадьевич узнал, что теперь он может быть свободен. Конечно, его первая мысль была – происки конкурентов. Но Пётр Аркадьевич надеялся, что у него нет конкурентов, способных управлять Следственным комитетом. Ещё он надеялся – хоть и в меньшей степени, – что Следственным комитетом никто не может управлять.

Пётр Аркадьевич приехал домой и пытался понять: в состоянии он сегодня ехать в Старую Руссу для завершения сделки или лучше успокоиться и поехать завтра с утра уже отдохнувшим? «Сегодня среда. Завтра нормальный рабочий день. Попрошу покупательницу быть готовой к сделке завтра.» Вчера он предупредил Елену Алексеевну о том, что вынужден отложить визит из-за вызова в СК. Сейчас, вспоминая тот разговор, Петру Аркадьевичу показалось, что Елена Алексеевна испугалась. С другой стороны – а кто бы не испугался?

Пётр Аркадьевич написал сообщение жене о том, что он на свободе и никто ничего не спрашивал. Жена написала: «Странно». Пётр Аркадьевич уточнил, рада она или нет. Жена ответила: «Дурак». Значит, рада.

Пётр Аркадьевич набрал Елену Алексеевну.

– Елена Алексеевна? – спросил он, когда на звонок ответили.

– Да, это я… Это вы, Пётр Аркадьевич? Вы… уже освободились? – было слышно, как девушка, волнуясь, с трудом подбирает слова. А ещё, кажется, телефон был включён на громкую связь.

– Да, всё нормально. Непонятно, зачем вызывали. Продержали три часа и отпустили, не задав ни одного вопроса. Думаю, какой-то сбой в системе.

В трубке послышался шорох и какие-то посторонние голоса. – Вам сейчас удобно говорить? – уточнил Пётр Аркадьевич.

– Да, конечно. Мы… Я ждала вас. С нетерпением. Хочу уже закрыть сделку. У меня всё готово. Вы как?

– Аналогично, но сегодня я, наверное, уже не поеду. Знаете, когда даже недолго посидишь в застенках, хочется просто принять душ и забыться. Давайте завтра, с утра. Четверг, все организации работают. Я приеду к десяти утра. Вы дом осмотрели? По нему у вас вопросов нет?

– Да, всё устраивает… Именно такой, как я хотела. И моя мама тоже осмотрела… И тоже очень ждёт сделки и новоселья, – Елена Алексеевна снова немного путалась и в конце фразы придала голосу излишний, неправдоподобный оптимизм.

– До завтра, – попрощался Пётр Аркадьевич.

«Может ли Елена Алексеевна быть аферисткой? – задумался Пётр Аркадьевич. – Почему она так волнуется и всё время сбивается? Надо будет внимательно прочитать договор и трижды пересчитать деньги. Дважды перечитать договор. Может быть, взять агента, чтобы он проверил чистоту сделки со стороны покупателя? Ладно, завтра решу».

Пётр Аркадьевич набрал телефон дочери.

– Клара, привет, – произнес папа максимально бодро, как ни в чём не бывало. – Как дела? Купаешься? Отдыхаешь?

Клара по наигранной интонации сразу поняла, что у папы всё не так легко и просто, как он хочет показать.

– Привет, папочка. Всё замечательно. Отдыхаю. Купила себе очки. Теперь всё вижу, – поделилась новостями Клара.

Это была часть новостей, всего лишь малая их часть …

– Мама знает про очки? – почему-то папа сначала подумал именно об этом.

– Да, конечно. Тебя когда ждать?

– Я уже дома. Не понял, зачем вызывали. Устал очень. Голова болит. Знаешь, как там душно? Дышать совершенно нечем. Сегодня отдохну и завтра к десяти буду в Старой Руссе. Не скучай.

– Ты говорил с покупательницей? – осторожно спросила Клара.

– Да, а что? Ты её видела? – папа встревожился.

– Давно ты с ней говорил? Я её видела издалека, а она меня, наверное, не узнала. Слепая, возможно, как я ещё совсем недавно. Я же