Откроется не каждому - Константин Викторович Харский

Клара уверенным жестом отодвинула огнеборца, безуспешно пытавшегося «болгаркой» срезать петли двери, и внимательно их осмотрела. Потом похлопала мужчину по руке, в которой он держал свой инструмент, чтобы он опустил руку.

– Это хорошо, что вы не поцарапали дверь, – с сочувствием в голосе произнесла Клара.

– Из какого они сплава? – поинтересовался огнеборец, вытирая пот со лба. Он только что поменял круг «болгарки» на дорогой алмазный, но даже такой нисколько не поцарапал дверные петли.

– Военные. Секретная технология, – наклонившись к огнеборцу, заговорщицки шепнула Клара.

– Девочка, подойди-ка сюда, – громко, безапелляционным тоном распорядилась представитель опеки, поправляя очки, сползающие на кончик носа из-за плохо отрегулированных дужек.

– Здравствуйте, – отозвалась Клара, подходя к представителю опеки.

– Здравствуй… – начала представитель власти.

– Нам в школе рассказывали, что представители власти обращаются к гражданам на «вы», первым делом представляются и объясняют своё появление. Учителя снова обманули? – спросила Клара вроде как в шутку.

– Специалист отдела опеки и попечительства Король Эмма Эдуардовна, – отчеканила сотрудник опеки.

– Правда? – искренне удивилась Клара. – Представляю, как вас дразнили в школе… Ой! – и она слегка похлопала себя по губам, как бы наказывая за случайно вылетевшее слово. «Да, уровень троллинга надо слегка убавить», – пронеслось у неё в голове.

– А что случилось? – невинно поинтересовалась Клара.

– Поступила информация о том, что в этом доме живёт несовершеннолетняя и ведёт асоциальный образ жизни. Мы должны проверить сигнал. Можете предъявить свои документы?

– Конечно. Я живу в доме у Резниковых, вот там, напротив. Мой паспорт тоже там. Пройдём? Дверь больше не будем ломать? – сказала Клара. Огнеборец с «болгаркой» выглядел уставшим, но довольным: он не хотел больше вскрывать эту дверь.

Эмма Эдуардовна посмотрела на Альберта. Олигарх энергично, всем своим видом показывал, что в дом Замковых всё равно надо зайти. Эмма слегка подтормаживала.

– Вы не стесняйтесь, пойдите узнайте, что вам делать, – подсказал Олег Васильевич.

– Я сама знаю, – ответила с недовольством Эмма Эдуардовна и обратилась к Кларе: – Вы можете открыть дом? Участковый! Николай Фёдорович, подойдите!

– Озвучьте, пожалуйста, цель осмотра, – обратился Олег Васильевич к участковому.

Клара была очень благодарна другу деда за помощь. Она совершено не знала, как вести себя в подобной ситуации. Почему этому не учат в школе?

– Мы хотим убедиться, что в доме нет ничего запрещённого, – ответил участковый.

– Это будет обыск? – спросил Олег Васильевич.

– Нет, осмотр, – уточнил участковый.

– Понятно, то есть представители власти самостоятельно не будут ничего открывать, перемещать и трогать руками? Они будут просить законного представителя владельца показать заинтересовавшие их предметы, а после осмотра будет составлен соответствующий документ?

– Я с проживающим в доме членом семьи просто пройду по комнатам, чтобы убедиться в необходимости других процессуальных действий. Если вам нечего скрывать, то это самое простое и быстрое решение в данной ситуации, – буркнул участковый, которому всё происходящее уже давно разонравилось. Вот сидел он у себя в кабинете, работал с бумагами, так хорошо всё было…

– Клара, если ты согласна, открой дом. Зайди вместе с участковым, и пусть он пройдёт по комнатам. Не разрешай ему ни трогать, ни прикасаться к чему бы то ни было. Пусть, если надо, трогает себя. Ничего, кроме дверей в комнаты, не открывай. Пусть проведёт осмотр. Если у него внутри дома появятся дополнительные просьбы, хоть бы он даже захочет в туалет – категорическое «нет», и выходи из дома. Он будет обязан выйти с тобой. Поняла? – проинструктировал Олег Васильевич.

Клара кивнула и пошла к дому, доставая на ходу ключ из рюкзака. Легко открыла дверь. Огнеборец, который несколько минут не мог найти способ открыть входную дверь, с удивлением стал рассматривать дверь, замок и петли.

– А как мы вас спасать будем, случись чего? – спросил огнеборец.

– С этим домом ничего не случится. Если вам позвонят и скажут…

Клару остановил другой огнеборец, отрицательно покачав головой. Клара поняла, что слово, которое она собиралась сказать, не стоит произносить вслух.

– … И скажут, что вам нужно приехать на этот адрес – знайте, что это шутка, – закончила мысль Клара.

– Прошу, – сказала Клара участковому, стоя в дверях дома.

Альберт подошёл к «опеке» и напомнил про понятых. «Опека» стала отмахиваться от олигарха, объясняя ему, что она не хочет сидеть, что ей и стоять пока не надоело, и сказала даже, чтобы он вообще исчез из её поля зрения.

Участковый быстро и поверхностно осмотрел комнаты, не побоялся заглянуть и в котельную, всё время повторяя себе под нос: «Чисто. Чисто. Чисто».

Через минуту Клара и участковый уже стояли на крылечке.

– Сигнал не подтвердился. Никаких признаков притона или других противоправных действий не выявлено. Осмотр завершён, – отчитался участковый громко, чтобы заказчик тоже услышал, и, обращаясь к огнеборцам, добавил: – Извините, ребята, что дёрнули вас.

– Надо законодательно запретить такие двери и замки, которые нельзя вскрыть, – заявил старший из пожарных обиженным голосом. – Как их спасать? Сам подумай!

– Давай не сейчас, – отмахнулся участковый. Ему давно уже очень хотелось закрыться у себя в кабинете: он, если уж на то пошло, не любил людей и общался с ними только в самом крайнем случае.

Пожарные стали собираться вслед за участковым. Эмма Эдуардовна посмотрела на олигарха, на его охрану и сказала виноватым голосом: «Понятые свободны». Пришлось гуськом уходить и этим. Олигарх почувствовал себя сначала побитым, потом оскорблённым и… задумал новый план.

Во дворе остались «опека», тётя Лиза, Олег Васильевич и Клара.

– Ну, что мне с вами делать? Расскажите своими словами, кто вы, что вы, – Эмма Эдуардовна посмотрела на Клару, как на грудничка, ожидая в ответ услышать «агу-агу».

– Папа решил продать этот дом. Попросил меня помочь, так как он не мог приехать в Старую Руссу сам и провести здесь несколько дней или пару недель. А у меня как раз каникулы. А я – что? Я – всегда пожалуйста: рада помочь любимым родителям. Тем более я с детства знаю семью Резниковых – это наши соседи, вон их дом напротив. И их сын Йошка – мой лучший друг. Папа привёз меня сюда вечером шестого августа. Так что я тут немного отдыхаю, готовлюсь к школе, читаю литературу по списку и вместе с этим показываю дом всем, желающим его купить, – охотно объясняла Клара.

Во двор вошёл Йошка.

– Вы кто? – спросила Эмма Эдуардовна.

– Сын её, Йошка, – ответил мальчик, и Клара приготовилась: сейчас точно будет концерт.

– Вы не можете быть её сыном, – уверенным тоном возразила «опека».

– Мама, вы меня