Остров Свободы - Борис Геннадьевич Цеханович

Таким образом я прогуливался ещё около часа, пару раз наведываясь к бару Елены Александровны, которая радушно встречала меня. После чего опять появился в комнате КГБистов. Врач уже был довольно «хорошим» и что-то весёлое рассказывал Виктору Николаевичу и Сергею, которые в отличие от врача были лишь слегка подогретые. Кивнули мне, принимая доклад, и я тоже присоединился к компании.

Приглушенно зазвенел звонок телефона и Виктор Николаевич поднял трубку. Выслушал, положил трубку и обвёл нас глазами, скинув с лица маску благодушности, превратившись сразу же в строгого и требовательного начальника самой авторитетной силовой структуры.

– Для законченного образа не хватает только серых стальных глаз и квадратного подбородка, – мелькнула у меня мысль и я внутренне собрался.

– Всё, парни, балдёж закончился, начинаем работать. Через двадцать минут приезжает Рауль Кастро. Личная его охрана взяла всё под контроль и все на своих постах. Боря, слушай задачу. Мы находимся здесь. Ты сейчас собираешь всех своих людей с постов, кроме поста у бассейна и туалета. Там два человека. Остальных сосредоточь в одном месте. Место сам подберёшь, но так чтобы они были недалеко… Это так, на всякий пожарный. Сам, с одним из солдат, находишься в районе ворот и периодически заглядываешь на кухню и протокольный зал. Но там, в зале, особо не светись. Основную задачу по охране Рауля будет выполнять его охрана, а ты там нужен только как наш представитель службы безопасности… Мало ли, какая там ситуация сложится. Ну и.., как наши глаза и уши. Вопросы есть?

– Был бы опыт таких мероприятий, наверно были бы вопросы, а так – не знаю, что и спросить. Единственно – До какого времени приём будет проходить?

КГБисты и врач знающе ухмыльнулись.

– Вот от него и будет всё зависеть. По неписанным дипломатическим законам приём заканчивается, когда уезжает самый почётный гость. В данном случае Рауль Кастро. И вот тут, – Виктор Николаевич выразительно пощёлкал ногтём по бутылке с вином, – вот как он нарежется так и закончится приём. Когда он быстро ломается, а когда до четырёх утра куролесит. А как сегодня произойдёт – не знаю. И все будут находится здесь, пока его не увезут. Так что, Боря, дерзай.

Ещё когда расставляли бары для гостей на площадке, я заметил, что один бар расположили недалеко от калитки из каслинского литья, то есть недалеко от КГБистов. Удобно было и то, что он был как бы оторван от других баров и туда во время приёма никто из гостей не заходил. Вроде бы он был в тридцати метрах от основной площадки, но к нему никто не шёл. Вот туда я и собрал своих подчинённых.

Двум студентам, которые маялись от скуки, приказал: – Кормите, поите моих разведчиков, но алкоголя не давать. А мне плесните вина.

Бойцы обрадовались и обступили барную стойку, а я отвёл в сторону сержантов Никифорова и Карташова и поставил задачу быть наготове выполнить любую задачу.

Взяв со стойки бокал с вином, позвав с собой Варданяна, я повернулся и пошёл в сторону въезда в посольство и тут прямо на меня вывернули командир бригады и начальник политотдела.

– Что, Цеханович, пьянствуешь? Мы же тебя предупреждали…, – Ещё издалека возмущённо закричало начальство.

Я мгновенно сунул руку с бокалом вина за спину и с досадой матюкнулся про себя: – Ну, блин, не вовремя их нанесло…., – но вслух прокричал подходившему полковнику Меркурьеву.

– Ни как нет, это у меня в бокале «Мента», – и тут же почувствовал, как по руке что-то потекло, мгновенно поняв, что это меня выручают солдаты и льют в вино безалкогольный напиток, которого в баре было дополна.

– Вот смотрите, – вытащил из-за спины мокрую руку с тёмным, пенистым напитком.

– Хм…, точно «Мента». Ладно, Цеханович, как тут у вас дела? – Спросил комбриг.

– Всё нормально, товарищ полковник. Через пятнадцать минут прибывает Рауль Кастро. Всех разведчиков по приказу безопастников собрал в кулак, а сам с рядовым Варданян следую к въезду в посольство для встречи Кастро.

– Ну и ладно, молодец. Работай по своему плану дальше. Только разъясни нам тут ситуацию насчёт – Где тут поесть и где попить? В смысле выпить…. А то мы только что приехали….

– Тогда вам, товарищ полковник, нужно идти на площадку, – бокалом показал на толпу гостей, колыхающуюся на основной площадке, – там все бары, вино, закуска. А здесь почти и ничего нет и только для наших солдат, – слегка приврал я и полковники, развернувшись, нырнули в толпу гостей.

Я схватил очередной бокал с вином: – Варданян, за мной – и мы скорым шагом направились к воротам.

….Без всякой помпы и излишнего шума в распахнутые ворота въехал чёрный лимузин с затемнёнными стёклами. Проехал метров двадцать и остановился у неприметной, явно не парадной двери. Грузно выбравшись из автомобиля, Рауль Кастро зашёл в здание.

Мы с Варданяном остались у ворот и я разговорился с одним из охраны, неплохо говорящим по-русски, которого запомнил ещё при представление меня охране. Варданян принёс нам два бокала вина, потом ещё по одному. Кубинец размяк, разоткровенничался, а после нырнул в рядом растущие кусты и достал оттуда небольшой чемоданчик. Картинно распахнул и представил его содержимое, довольный нашим удивлением. В чемодане компактно лежали в специальных креплениях автомат АКСУ-74, шесть магазинов с патронами. В специальных углублениях покоились несколько гранат: тут были шумовые, световые гранаты, пару наступательных. Даже неплохой ножичек. Были ещё какие-то причиндалы неизвестных назначений.

Насладившись нашим искренним удивлением, кубинец распахнул пиджак, продемонстрировав нам теперь кожаную сбрую, где на левом боку висел автоматический пистолет «Стечкина», а справа штук пять магазинов к нему.

– Ну, а у вас как? – Захлопнув чемоданчик, поинтересовался охранщик.

– Да ни как, – я распахнул пиджак и показался, а когда кубинец мотнул головой на Варданяна, то и солдат распахнул полы пиджака.

– А как же вы тогда? – Удивился кубаш.

– Карате, дорогой, карате и быстрая реакция, – я, слегка присел, внезапно крутанулся на левом носке, одновременно приподнимаясь и, выставляя руками блок, правой ногой сымитировав удар в голову охранщику. Это был мой любимый приём и он получился хорошо. Если бы удар был нанесён по настоящему, то у кубинца не было бы ни одного шанса. Он даже среагировать не успел, лишь скосил глаза на ногу, замершую у виска.

Кубинец восторженно выдохнул, но продолжить не успел,