Поступь Хели - Ирина Итиль

в коридоре возле столовой ее перехватила Кайлах и утянула за локоть в свое логово. Глаза ее лихорадочно горели, волосы растрепались. Она приложила палец к губам, покопалась в своих бумагах и сунула ей лист. Локи пробежала глазами по куче цифр и развела руками. Кайлах закатила глаза и ткнула в шесть последних цифр.

– Я вычислила, откуда в Утгарде идет дым. Это хелевы координаты, и они до секунд совпадают с координатами Института. Но главное, вот. – Она села на коленки перед столом, еще покопалась в бумагах и жестом попросила Ангейю наклониться над картой города. – Я нашла тебе идеальное место для разрыва Утгарда. Вот тут круглая площадь недалеко от Южного моста. – Она провела пальцем по карте. – Тут завеса тоньше и нестабильная – тебе проще будет.

– О, спасибо!

– Еще не все. – Кайлах нахмурилась. – Насчет дыма. Там происходит что-то ужасное. Очень нестабильно, очень опасно, очень непредсказуемо. Очень много очень. Я бы на твоем месте развернулась и бежала, но ты же друга своего ищешь… думаю, найдешь его в эпицентре. Если он такой, как ты, то я не решусь предсказывать ничего. Просто будь осторожна и не слушайся взрослых – они полные идиоты. Кроме меня, конечно.

– Спасибо, Кайлах, – мягко сказала Локи, сжимая в кулаке координаты.

– Не спасибкай, еще рано. Я останусь с вами до конца всей этой кутерьмы: прослежу, чтобы Ланья и Даану выжили и уехали подальше от Свартальхейма. Не хочу, чтобы старания моего мужа прошли зря. – Она усмехнулась.

– Он?..

– Он помог устроить побег Даану. Был фанатом Ланьи. – Она вздохнула. – Так что эта соплячка должна жить, понимаешь? Тогда я спокойно смогу вернуться и сдаться за правдопреступление.

– Но ведь, – Локи была обескуражена откровенностью ее горькой речи, – тебе не обязательно возвращаться.

– Ты плохо знаешь души сварта, ас, – она снова ухмыльнулась и как-то погрустнела. – Я из той категории, что предпочитает за правду умирать, а не бороться. Для борьбы я слишком труслива.

– По-моему, ты храбрее, чем думаешь, – сказала Локи.

– Сказала девочка, прошедшая полмира ради друга, – проворчала Кайлах, начиная убирать бумажки в стопки. – Если он тебя обидит – скажи, я ему шею сверну.

– Кому шею собрались сворачивать? – В комнату заглянула Даану. – Локи, там еще еды дают, иди ешь и баиньки.

– Да, ма-ааам, – захихикала Локи, пока сварта закатывала глаза, и протиснулась мимо нее.

– Спасибо, – сказала Даану в спину Кайлах.

– За что? – глухо переспросила она, не оборачиваясь.

– За то, что твой муж умер ради моей свободы. – Даану постояла еще немного, отлепилась от косяка и ушла, потому что Кайлах промолчала и продолжила прибираться.

Несмотря на тяжелый день, Локи нашла в себе силы посидеть с «Дроздами» в столовой, жадно слушая сплетни. Мартин и Ал уже ушли на разведку, Фергас Лонан торчал в штабе, Ланья и Даану тоже обсуждали свои дела. Остальные ужинали в перерывах между совещаниями и потихоньку оставались в столовой, потягивая кофе и болтая о пустяках. Когда Иден заканчивала историю, как у нее курок на снайперке заело, в столовую вошел Кун, позвякивая поясом из монеток. Турс осклабился, несмотря на настороженные взгляды:

– Не помешал? Или вы обсуждаете какие-то свои тайные делишки? – Он подмигнул Киллину, который молча протянул Локи чашку с чаем. Она кивнула и чуть улыбнулась, залпом выпивая почти половину. Киллин дернул плечом и сел в угол рядом с Ки.

– Рот свой закрой, куланов пес, – вдруг тихо и вкрадчиво сказал Мердок. У Локи мурашки побежали по спине от ненависти, с которой это было сказано. Кун, не переставая улыбаться, повернулся всем корпусом к нему. – Вечно от вас, полоумных, одни проблемы.

– Попрошу уважительно относиться к тому, кого пригласила госпожа мэр, – сказал Вилкатис громко и агрессивно.

Кун остановился у столика, за которым сидели Локи, Тобиас и Иден. В его ухе варварски поблескивала серьга.

– Я уважительно отношусь к вашему мэру, – отрезал Мердок. – Но с этим кулановым отродьем я в поле… – Это была самая длинная фраза, которую от него слышала Локи за все время пути. Оши кивнул Морне, которая считалась заместителем Фергаса, и ушел. За ним сбежал и доктор Хольм, бормоча о пополнении медикаментов.

– Прошу прощения за них, – сказала Морна.

– К сожалению, мой клан не очень популярен. – Кун развел руками, забрал поднос с ужином, сел напротив Локи и с аппетитом принялся за еду.

Она не сразу поняла, что пялится ему прямо в глаза. Кун щелкнул себя по порванной левой мочке.

– Красивая сережка. Птичка. Ворона?

У Локи похолодело в груди. Почему он обратил внимание на сережку Рейвен? Он что-то знает о ней? Проглотив ставший вдруг горьким чай, Локи невозмутимо отставила кружку.

– Спасибо. Ваша мне тоже нравится. – Она зеркально тронула правое ухо.

Кун с улыбкой кивнул. Змея-татуировка на его черепе будто насмехалась над ней.

– Ты милая вежливая птичка. – Он протянул руку, будто собирался коснуться сережки, но Локи резким движением выхватила духовник и вонзила в стол перед собой. Он отдернул руку. Оживленные разговоры стихли. Иден подняла брови. Тобиас сложил руки на груди с горделивым видом и поглядывал на Локи с умилением.

– Доброй ночи, – Локи вдруг почувствовала смертельную сонливость, зевнула, забрала духовник и вышла. Она повидала уже много опасностей, но из-за Куна у нее все внутренности скручивало. Скользкая змея.

– Я за ним послежу. – Тобиас догнал ее в коридоре. – Может, мэр ему и доверяет, но я не собираюсь. Чуть в нос ему не заехал.

– Этого он и добивается, – задумчиво сказала Локи, останавливаясь у двери, где спали женщины. – Что ты думаешь о замначальника Вилкатисе?

Тобиас вдруг вздохнул.

– Он меня вспомнил.

– Вспомнил?

– Мы были знакомы в детстве, – уклончиво начал Тобиас, но под скептическим взглядом Локи поправил себя: – Я задирал его в детстве. Мы жили в одном районе, ходили в одну школу, а я был трудным ребенком без присмотра родителей.

– Он знает о…

– Нет, – Тобиас покачал головой. – После выпуска мы не пересекались. Но он всегда был честным ябедой. За это его и поколачивали. Постараюсь меньше попадаться ему на глаза. Только не говори, что я должен извиниться.

– Хотелось бы, но ладно. – Локи с трудом сдержала зевок. – Может быть, это и на руку, что он тебя знает. Будь осторожен.

Он кивнул и скрылся в тени. Локи вздохнула и отправилась спать. Завтра ей нужны все силы. Положив катану в изголовье матраса, она подумала и не стала снимать перевязь с катарами. Да и раздеваться сил не было, только ботинки скинула.

Скрипнула дверь. В полусне Локи почувствовала, что кто-то наклонился над ней, позвякивая, как банка с гвоздями, нащупал