Предатель в красном - Эш Хейсс

«Плевать на Кампус, на принятие, на мечту. Брат умирает!»

Когда эти белые всевидящие ублюдки сочтут, что я стала принята обществом? А если это займет годы? Десятилетия? Делиан не протянет до тех времен. А мне брат нужен живым!

«Плевать на белые маски. Доберусь до края земли и сама вырву его из рук призраков!»

* * *

Спустя десяток часов в дороге, с наступлением ночи, на горизонте появилась пустынная местность. В атмосфере ощущалась прозрачная вуаль мертвых, и я твердо напомнила себе: «Сегодня я уйду отсюда свободной».

Ступив на выжженное поле, я гордо сорвала с головы старый платок. Волосы подхватил порывистый ветер. В тишине стали проскальзывать звуки, не принадлежавшие этому миру. Шепот. Сиплый. Звуки усиливались. Души легко проникали в разум, как переступали порог собственного дома.

– Я пришла сюда сообщить вам свое решение, – громко объявила я пустующему полю. – Я знаю вашу боль. Я видела, как вы горели. Но ни месть, ни пролитая кровь не смогут переписать историю прошлых лет!

В голове нарастал плотный гул, но я настойчиво продолжила:

– Трагедия полей – ваша история. И моей роли в ней нет! Так позвольте последнему из нас прожить в мире. Мой брат умирает. Прошу вас, отпустите и позвольте мне его спасти! – Это была мольба, срывающаяся на отчаянный крик.

Гул голосов перешел в возгласы, но один из желающих высказаться зазвучал несколько четче остальных:

«Вместо того чтобы просить о помощи в спасении брата, ты пришла от нас отречься?»

– Я сама спасу его. Брат сказал, что дождется меня. Он всегда держит обещания. Я создам для нас дом в мире равноправия. Вы же хотите гребаной мести. К черту кровопролитие. Хватит!

Раздался скрежещущий смех мертвых.

«Пока мы в сосуде – в твоем теле таится сила… Провидец в руках тех, кто играет в богов. Пустоголовая, не справишься без нас!»

– Справлюсь. Топь, всю жизнь как-то справлялась! Брат сказал идти незаконным желанием, только тогда он дождется меня. Мое желание – верить в мир равноправия. А ваше – разрушить его. Потому нам с вами не по пути.

«Белый город – не твой дом».

Поверх пронесся голос брата:

«…С о п р о т и в л я й с я…м е р т в ы м…»

Но голос быстротечно затих. Мысли стали путаться, а грань понимания, что в моей голове действительно принадлежало мне, а что – нет, истончилась, и тогда Делиан снова напомнил:

«…Корень этот уже сплел узел и проложил дорогу судьбы, как и у сенсора с Багрянником…»

«…Всегда есть два пути: сломленная законом воля и незаконное желание. Если впустишь души, они сломают волю и получат камень, а ты познаешь ярость Асентрита и канешь в небытие. Я хочу, чтобы ты продолжила путь незаконного желания: борись за себя и верь в Кампус…»

– Захлебнитесь в Топи! Хотите сломать веру в Кампус? Этот сраный второй закон эфилеанского мира, я знаю его наизусть. Мести хотите, еще и силу камня в придачу? И все, что требуется, – это соблазнить меня силой мертвых для спасения брата? Хрен джелийский, меня примут в белом городе – рано или поздно!

«Что изменилось в твоей жизни с приходом в Кампус? Синяки после насилия смотрителя – в Шоссе это были синяки от побоев. Игры информатора – в порту это были уловки полицейских. Фэй, упивавшаяся местью, унижая потомка так же, как и наркобарон Тог когда-то унижал тебя».

Внутри что-то кольнуло. Словно голос душ все это время был той самой правдой, на которую я закрывала глаза.

«Появился ли в твоей жизни хоть кто-то, кто отличался от портового мусора? Нет! Все осталось прежним!»

Последняя капля, и вера внутри предательски пошатнулась. Но души не останавливались в ядовитых речах:

«А тот самый чистокровный? Двадцать лет назад эфилеаны ночи были соучастниками заговора. Они вносили смуту в наши кланы. Сжечь его первым делом – не об этом ли ты подумала, когда он впервые тебя обманул?»

Брат снова взмолился:

«…С о п р о т и в л я й с я… м е р т в ы м…»

Я вскрыла пузырек, и из него фонтаном хлынула темно-зеленая пена, впитываясь в землю. За считаные секунды земля на десятки метров пропиталась ядом мертвых.

В голове раздался шум. Неистовый крик вырвался из общей какофонии других душ:

«Остановись, пока не поздно! Все в эфилеанском мире подчиняется законам бога! Пойдешь против – познаешь кару!»

– Брат для меня превыше бога. Он сказал выбирать незаконное желание. Я верю в Кампус. А теперь вы пойдете к чертям собачьим и отпустите меня на спасение Дела!

«Все имеет цену. Получишь силу камня на пути спасения брата – потеряешь его. Отдашь силу камня нам – Делиан останется жив».

Содержимое пузырька полностью пропитало землю. Я достала нож и приложила его к правой ладони, но левая рука предательски дрогнула.

Снова раздался голос мертвых:

«Твой отец тоже пошел путем незаконного желания – спасти семью, и целый подвид познал кару бога! Не совершай ошибки, не отвергай закон!»

Слова пронзили сознание, посеяв семя сомнения.

«…Будет больно. Ярость обжигает страшнее огня. Но помни: два пути. Ты справишься…»

Молящий голос брата становился слабее, будто из рук ускользала надежда.

Но если не справлюсь?..

Руки дрожали, а голова раскалывалась, как пересушенная земля.

«Закон… второй закон…»

– Я живу в белом городе! Наш новый мир плевал на законы открытого мира. Воля брата превыше воли бога. Отныне и впредь – я не ваш сосуд!

Нож мгновенно пронзил плоть, и кровь пролилась на прах помутневшего разума и потерянной души в месте, где эфилеаны огня были убиты самими собой.

– Я верю в мир, который есть у нас сейчас. Верю в жизнь, которую вы не смогли у меня отобрать, и верю в жителей Кампуса, ведь они также желают мира!

«Ты должна воплотить волю предков!»

Новый порез, уже уверенный. Последние струи крови сбрызнули прах.

– Катитесь в свой мир, отродья огня.

Сила мертвых, как толстая удавка, стянула шею.

– Ка… ти… те…

Сопротивление. Грудь сдавила невидимая хватка. Сама жизнь словно ускользала из меня.

– Ка…

Это сопротивление поставит точку в нашей битве, и я готова была до конца бороться с душами за свое тело, за свою волю, за себя на пути отречения от прошлого.

На пути к спасению брата!

№ 42. Информатор мертв

Территория: Кампус. Подвал Дона

Изаль обхватила холодные прутья решетки подвала, прислонившись к ним лбом, обреченно произнесла:

– Он похож на пришибленный скот! Я не могу смотреть на