Девочка-птица - Нелли Мёле

слышались голоса и хлопанье дверей. Нужно действовать. Сейчас же. Я подхватила цепочку клювом и смогла перекинуть её так, что цепочка в итоге образовала восьмерку, и я осторожно просунула голову и во вторую петельку. Теперь медальон и волшебное перо висели у меня на груди. Они, конечно, по-прежнему заметны, но уж точно не станут препятствовать полёту.

Дин-дан-дон! – прогремел школьный гонг.

Я шмыгнула под дверь кабинки и запрыгала по прохладным плиткам. Открытое окно теперь было довольно далеко, однако несколько взмахов крыльями – и вот я уже на подоконнике. Вес нового птичьего тела почти не ощущался.

В оконном стекле блеснула серебряная цепочка. Из отражения на меня смотрела маленькая симпатичная сойка с забавным чёрно-белым хохолком на макушке.

Когда дверь распахнулась, и из коридора послышался шум голосов, я расправила крылья и без труда взлетела. Это было что-то невероятное! Я смотрела на школьный двор сверху, при этом страх высоты будто унесло весенним ветерком, который мягко покачивал меня. Вот уже первые школьники и учителя потянулись во двор из стеклянных дверей. Я немного снизилась и взяла курс на школьные ворота. Поняв, что приземляться придётся на проволочный забор, я запаниковала и суетливо захлопала крыльями. Но тоненькие ножки успешно обхватили проволоку. Отсюда, сверху, я видела всех, кто выходит из здания школы. А вот на сойку наверняка никто не обратит внимания.

– Ой, смотрите, а у той птицы какая-то цепочка на шее, – крикнул в этот момент незнакомый мальчик и указал на меня пальцем.

Тут же несколько голов повернулись в мою сторону. Послышался шум, крики и смех.

Я метнулась к ближайшему дереву и, затерявшись в его ветвях, осторожно выглянула в зазор между листьями.

Даже из этого укрытия мне было видно всех. Целый поток учеников, смеясь, крича и толкаясь, устремился из здания школы во двор. Мои одноклассники тоже были в этой толпе. Кроме Мерле, её я так и не увидела. Зато на глаза мне попался паренёк с тёмными локонами в чёрной толстовке, который побрёл к воротам. Милан.

Сама того не желая, я испустила пронзительный крик. Были бы у меня сейчас руки, я бы тотчас зажала ими клюв. Милан посмотрел в мою сторону и прищурился. Я сглотнула, мой тяжёлый клюв странно постукивал. Наконец Милан отвёл взгляд, видимо решив не высматривать вздумавшую покричать птицу, и быстро зашагал к воротам.

Подпрыгнув, я развернулась на сто восемьдесят градусов, чтобы не упускать его из виду, но оставаться незамеченной. Нельзя, чтобы Милан увидел цепочку с медальоном. Если у него есть такая же, он тут же всё поймёт.

Только когда Милан пересёк проезжую часть и свернул на боковую улочку, я полетела вслед за ним. Поначалу я работала крыльями очень быстро, пытаясь приспособиться к встречному весеннему ветру. Но как только я набрала скорость, у меня всё получилось.

Прямо подо мной прогрохотал школьный автобус. Я так перепугалась, что чуть не врезалась в светофор и приземлилась на подоконник третьего этажа ближайшего дома, чтобы отдышаться. Впереди по тротуару шёл Милан. Хотелось бы надеяться, что в этот раз он не сядет в машину перед цветочной лавкой. Может быть, кто-то из родителей забирал его с этого места и вёз домой?

В окне позади себя я уловила какое-то движение и одновременно с этим услышала тихий шорох. Оглянувшись, я увидела уставившиеся прямо на меня жёлтые кошачьи глаза. Голова кошки, которая, пригнувшись, сидела на подоконнике и рассматривала меня, казалась просто огромной. Длинный хвост покачивался туда-сюда.

Кошек я очень люблю, но сейчас следовало быть крайне осторожной: я же теперь птица! На мгновение я представила, как мама всюду меня ищет, а в школьном туалете находят только мой рюкзак, а то, что от меня осталось, переваривается у кошки в желудке.

Нет, скорее прочь отсюда, иначе, ведомая страхом, я полечу прямо домой, а туда пока нельзя. Я быстро снялась с места и продолжила высматривать Милана. Ага, вон он, как раз заворачивает за угол. Сейчас я летела так высоко, что мне были не страшны, ни автобусы, ни фонари, ни кошки, и я свернула за Миланом на улицу с той цветочной лавкой. Но сегодня он не остановился на обочине в ожидании чёрной машины, а перешёл на другую сторону улицы и потом снова свернул за угол. Здесь уже не было такого оживлённого движения. Милан бежал по тихой улочке до самого её конца, а я, не слишком торопясь, летела за ним. Чем дальше мы продвигались, тем всё реже встречались многоквартирные дома, намного больше было односемейных домов с маленькими аккуратными садиками. Сверху вид открывался просто восхитительный: всюду цвели весенние цветы, а кусты и деревья будто светились изнутри ярко-зелёным.

Но долго ли ещё собирается бежать Милан? И домой ли он вообще направляется? Полёты, очевидно, требовали долгих и усердных тренировок, и у меня постепенно тяжелели крылья.

– Эй, ты! – крикнул вдруг кто-то. Меня догнала другая сойка и теперь она летела вровень со мной. – Здесь моя территория. Убирайся по-хорошему, не то кубарем у меня на землю полетишь.

Я покачнулась и немного снизилась, краем глаза заметив, как Милан толкает блестящую садовую калитку.

– Да я только в гости прилетела ненадолго, а потом сразу обратно к себе, – крикнула я той сойке. Я ведь знаю, что эти птицы могут стать очень агрессивными, если на их территории шныряют непрошеные гости. – Ты больше меня не увидишь, обещаю.

Я лишь чуть-чуть развернула левое крыло, но уже ушла резко в сторону, оставив Милана позади. У меня не было времени на драку за территорию. И сил тоже.

А блестящая дорожка из светлых плит, по которой сейчас спешил Милан, вела к современному дому, похожему на белую коробку. Крыша была плоской, стены почти совсем гладкими, не считая окон. Милан порылся в кармане брюк, вытащил ключ и отпер серую входную дверь, которая тихонько за ним закрылась.

Я ужасно собой гордилась: ведь я смогла выяснить, где живёт Милан.

13. Дом как аквариум

Окошки в передней части дома были совсем маленькими, без подоконников, и какого-либо другого подобия посадочной площадки, куда я могла бы приземлиться.

– Ух, чтоб вас! – процедила я и сделала ещё один круг над домом. По крайней мере, та другая сойка, по-видимому, поверила, что я скоро улечу, и больше не показывалась.

Я села на стеклянный козырёк. Понадобилось некоторое время, чтобы приноровиться и не скользить, потому что птичьи лапки постоянно разъезжались в разные стороны. Когда я наконец смогла стоять более или менее уверенно, я