Девочка-птица - Нелли Мёле

Вслед за Миланом я подскочила, расправила крылья и, подхватив когтями сумку с Хрониками, издала негромкий торжествующий крик и взмыла в ночное небо.

Так мы и летели над спящим городом. Я держалась позади Милана, целиком сосредоточившись на транспортировке бесценных Хроник, которые ощутимо оттягивали мне лапы. Страшно подумать, что было бы, если я выронила книгу. Не факт, что её удалось бы найти.

Но вот под нами, освещённое жёлтым светом уличных фонарей, появилось шоссе Азалий, и я, ускорившись, обогнала Милана. Снижаясь, мы описали небольшой круг над палисадником и перед самым приземлением, в нескольких сантиметрах над землёй, выпустили из когтей свой груз, а сами опустились на крыльцо виллы Аурелии.

В доме и саду было тихо. Мы приняли человеческий облик, и я, достав из тайника ключ, отперла дверь. Милан, подобрав Хроники и неся в другой руке притихшего ворона, последовал за мной на чердак. Благодаря фонарику на его смартфоне мы без труда добрались до нужной комнаты.

– Ух ты! – задрав голову, восхищённо пробормотал Милан. Над нами в ночном небе сверкали звёзды, и я на мгновение даже забыла о нашем задании.

– Прямо тысяча и одна ночь, – сказала я, медленно переступая по кругу и не сводя глаз с неба.

Кра-кра! – донеслось из переноски: Корбин напомнил нам о нашей проблеме.

– Сначала давай спрячем Хроники, – тихо шепнула я Милану, хотя ворон вряд ли понимал язык людей. Я быстро оглядела большой чердак – где можно спрятать толстую книгу, чтобы никому даже в голову не пришло искать её там? Среди множества книг на нижних полках стеллажей она вряд ли бросится в глаза. Как раз нашлось подходящее место, и Хроники встали на полку, будто стояли там всегда.

А переместить ворона в птичью клетку оказалось совсем просто. Это была даже не клетка, а целый вольер, высотой с меня и очень просторный. Особенно красивы были башенки в каждом углу изогнутой крыши клетки. Вскоре большая чёрная птица уже сидела в своём новом временном доме.

– Он выглядит уставшим и истощённым, – Милан вытащил из кармана брюк остатки лакомства и высыпал их в клетку. Я принесла из кухни мисочку с водой. Но ворон обиженно косился в другую сторону.

– Мы справились, – с облегчением сказала я. – Теперь Корбин точно ничего нам не сделает.

– А ещё он, сам того не зная, охраняет Хроники. – Милан ухмыльнулся.

Мне вдруг очень захотелось вернуться к себе в кровать. Милану, похоже, тоже не терпелось хоть немножко выспаться, потому что он сказал:

– Давай-ка по домам, мы оба устали. – Он крепко сжал мою руку: – Я очень рад, что во всём разобрался. Даже не представляю, как теперь ко всему этому относиться и чего ожидать от дяди Ксавера, когда он всё же узнает, что мы с тобой заодно.

От этих слов у меня по всему телу побежали мурашки.

22. Проболтался

На следующее утро прошедшая ночь казалась мне безумным сном. Сонная и голодная, я сидела с мамой на кухне, наслаждаясь воскресным завтраком, когда вдруг затрещал домофон.

– Да, кто там? – спросила я, сняв трубку.

– Это Милан.

Я уставилась на дверь, затем оглянулась на кухню, где мама уже гремела посудой.

– Эй, ты меня слышишь? – заволновался Милан, и я, поспешно нажав на круглую кнопку, открыла дверь подъезда и, выскользнув из квартиры, поспешила к лестнице. Быстрые шаги снизу приближались, и когда я перегнулась через перила спиралевидной лестницы, то увидела поднимающегося наверх Милана.

– Ты что здесь делаешь? – спросила я его шёпотом, потому что мне совсем не хотелось, чтобы появилась мама и начала задавать вопросы. Но Милан не успел ничего ответить, потому что за спиной раздался удивлённый мамин голос:

– Доброе утро! Вы к нам?

По воскресеньям у нас обычно не бывает гостей, разве что Мерле иногда заглядывает.

– Это Милан, – поспешно представила я. – Мы с ним поём в хоре и собирались ещё немного порепетировать для предстоящего мюзикла, – и, взяв Милана за руку, я повела его в квартиру мимо мамы.

– А давно это ты в хоре занимаешься? – крикнула она нам вслед. – Да ещё и в мюзикле будешь выступать? Больше ничего мне не хочешь рассказать?

– Я совсем недавно туда записалась. И это ненадолго, там срочно нужен был новый состав, – ответила я, прежде чем закрыть за нами дверь.

У мамы округлились глаза. Кажется, она испугалась?

Но сейчас мне было не до неё, потому что, раз Милан объявился здесь, что-то явно случилось. А учитывая наши вчерашние приключения, всё это уж точно не к добру. Господи, неужели Корбин выбрался из клетки?!

– Ну выкладывай: что стряслось? – нетерпеливо спросила я. Но Милан, не ответив, достал из рюкзака маленькую деревянную шкатулочку, в длину не больше моего указательного пальца, но довольно широкую, и протянул её мне.

– Открой, – коротко сказал он.

Я осторожно сбросила металлический крючок и открыла крышечку. Внутри оказался светло-голубой шёлковый лоскуток, и я аккуратно развернула его.

– Волшебное перо! – прошептала я. Да, в шёлковую ткань действительно было завёрнуто перо сойки с узнаваемыми синими, белыми и чёрными полосками.

– Дядя Ксавер сейчас в командировке, – сказал Милан, – поэтому я временно прятал перо в своей комнате. Он часто в разъездах по делам фирмы.

Я возмущённо ахнула:

– И ты только сейчас говоришь мне об этом?! Что перо всё это время было у тебя?!

Милан нахмурился.

– Я должен был убедиться, что твои подозрения верны, – парировал он. – Логично же!

Ха! Получается, я могла просто залететь к нему в комнату и забрать перо, сэкономив и силы, и нервы, и время. С другой стороны, у меня появился союзник. Больше не нужно бороться в одиночку, теперь мы стали командой.

Милан отвлёк меня от этих размышлений.

– Если ты отнесёшь это перо Аурелии, может она быстрее пойдёт на поправку? – голос его звучал виновато.

– Тут бы скорее помог её медальон, – сказала я. – Сам же слышал, что без него аваност мало того что лишается волшебной силы, так ещё и слабеет и чувствует себя сломленным. Такие дела!

Милан кивнул и уставился на свои ногти.

– Значит, надо поскорее вернуть Аурелии её медальон, – сказал он после паузы и поднял глаза.

Мы с Миланом долго смотрели друг на друга.

– Я думаю, что Корбин украл медальон не только у Аурелии, но и у многих других аваностов, – вслух начала рассуждать я. – Ему ничего не стоит подлететь к окну и стащить украшение, оставленное на подоконнике. Их ведь обычно