Дикая долина - Оливер Митчел

– Завязывай с этим! – одёрнул его колдун. – Обращаясь ко мне, говори, как нормальный че… люмен.

– Усёк. Так мы, это… прикроем срам?

– Давайте. А это, – и он отправил каждому по лёгкой головной боли, – чтобы не учудили чего. И рогатины себе возьмите… А с луком обращаться умеете?

– С трёх десятков шагов белку в глаз бью, – без ложной скромности заявил Сивый.

– Тогда тебе лук, а рогатину возьмёт Дирк. Теперь вы, – и он повернулся к кладоискателям. – Стяните с них вещи, чтоб не запачкать, и кончайте этих молодчиков.

Дирк сразу же бросился исполнять приказ, Дитар начал переминаться с ноги на ногу, а Ольф нахмурился.

– Кровью нас повязать хочешь?

– Не только. Хочу убедиться, что вы не обделаетесь, когда завяжется бой.

– Не дождёшься, Меркел! – Дирк уже стащил рубаху с одного из охотников и, подхватив лежащую на земле рогатину, вогнал тому в сердце с той же непринуждённостью, с которой вчера выковыривал драгоценности из кристальной ящерки.

Ольф тяжело вздохнул и, без всякой охоты, занялся своим пленником, а вот Дитар так и стоял понурившись, не решаясь встретить взгляд командира.

– Помочь, кэп? – поинтересовался Сивый, уже пристроивший на плече колчан.

– Нет. Дитар, теряем время.

– Да з-зачем? – неуверенно проблеял кладоискатель. – В бою я легко смогу, а вот так… Давай, лучше, Хаши.

– Либо делай, либо вон из отряда. Мне слабаки не нужны.

Горестно вздохнув, Дитар встал на колени и, вытащив нож, вогнал его в горло парализованной жертвы, слышавшей каждое слово. Ещё и зажмурился перед этим, а, выдернув клинок, отвернулся, не желая смотреть на последствия своих действий.

– Да повернись ты! – Дирк ухватил товарища за плечо и силой заставил взглянуть на тугие фонтанчики крови, вырывавшиеся из глотки люмена. – Прав командир, пора мужиком становиться!

Дитара тут же вывернуло наизнанку, прямо на умирающего, с которого он так и не потрудился снять робу. Невелика потеря. Решительно раздавив проклюнувшийся было в груди росток жалости к бедолаге, Мерк снял паралич с уже мёртвого тела и повёл отряд на восток, к берлоге Медведя.

* * *

– Привет, – помахала Лиссандра показавшейся из воды морде. – Давно хотела тебя кое-о-чём расспросить. Не против?

– С-спраш-шивай, – прошипел Схичлан, опираясь руками о каменный край бассейна.

– Как ты попал в это озеро?

– Приплыл.

– Море не близко. По рекам, что ли?

– И подводным пещ-щерам, – согласно наклонил голову ящер. Манеру кивать, как и некоторые другие вещи, он перенял у наставницы.

– И что ты тут делаешь?

– С-смотрю. Подводный город крас-сивый.

– Давно ты здесь?

– Меньш-ше цикла.

– И всё это время ты жил в пресной воде?

– Мы можем и в прес-сной, и в морс-ской.

– Понятно. А чем раньше ты занимался?

– Путеш-шес-ствовал.

– У вас ведь это запрещено?

– Не с-совс-сем. С-скорее не интерес-сно. Дома ес-сть, чем занятьс-ся.

– Например? – девушку аж распирало от любопытства.

– Волш-шбой, Потомс-ством.

К немалому её сожалению, продолжать он не стал, видимо, посчитав, что для жизни длиной в тысячу с лишним лет этого более, чем достаточно. Хотя неодарённые нагчи наверняка живут куда меньше. А может, и нет. Столько вопросов!

– А тебе, значит, интересно стало, и ты поплыл путешествовать?

– Да.

– Долго странствовал?

– Дос-статочно.

– Что, весь мир посмотрел?

– Не с-совс-сем. В жарких мес-стах тяжко. Приходитс-ся с-спус-скатьс-ся на дно, к холодным течениям.

– Значит, сейчас тебе здесь в самый раз?

– Да, люблю зиму.

Стоило отметить, что за время их двухнедельного обучения Схичлан добился просто поразительных результатов. Это касалось как его словарного запаса, так и произношения, хотя ящер до сих пор не избавился от лишних шипящих. В том, что им двигало любопытство, чародейка и прежде почти что не сомневалась. Очень уж много вопросов о культуре, обычаях и магии сухопутных ей задавал ученик. Выходит, он своего рода изгой. Ну, или просто белая ворона. Иначе о таких, как он, путешественниках давно уже было бы известно науке.

– Если тебе было так интересно, почему раньше почти не общался с другими разумными?

– Вот это запрещ-щено. Мы с-сами по с-себе.

– А при знакомстве со мной, ты не удержался, – констатировала тёмная очевидный факт.

– Не удержалс-ся, – снова кивнул чешуйчатый.

– Так, может, тоже что-нибудь мне расскажешь? – поинтересовалась она, стараясь не выдать своего напряжения. – Как вы живёте там, на Северном континенте?

– Нет. С-секрет.

Фух! У неё прямо от сердца отлегло. Если у ящера есть секреты от девушки-люмена, значит, он не планирует на прощанье свернуть её шейку, чтобы не проболталась об их случайном знакомстве, верно? По крайней мере, теперь на это можно было всерьёз надеяться. По-хорошему, стоило бы смыться, просто-напросто не вернувшись из очередной вылазки в город, но Лиссандра никогда бы себе этого не простила. Нутро чародейки брало своё и требовало вытрясти из разговорчивой рыбины все возможные знания, точно так же, как та поступала с ней. Интересно же! Да и полезно. Лишние знания никому ещё не мешали.

– А сколько вы живёте тоже не скажешь?

– Нет.

– И про наг ничего не расскажешь? Ты ведь наверняка их встречал в своих странствиях.

– Вс-стречал, – кажется, упоминание наг Схичлану не очень понравилось. – С-секрет.

– Ладно-ладно, – примирительно подняла руки девушка. – Но о том, что видел и где побывал расскажешь?

– Рас-скажу. Многое видел. С-слышала когда-нибудь о с-стальных кораблях?

– Ни разу, – покачала головой Лиссандра. – Звучит, как полная глупость.

– Я видел с-стальной корабль. С-самое с-странное из вс-сего, что вс-стречал.

– И где ты такое чудо нашёл? – она даже не пыталась скрыть скепсис.

– На макуш-шке мира.

– Чего?

– Вы знаете, что Эквилиум не плос-ский?

– Конечно знаем! – возмутилась магичка. – За дикарей-то нас не держи!

– У мира ес-сть две холодных макуш-шки. С-северный континент и больш-шой лёд на юге.

– Теперь поняла. Так это что же, у вас дома железный корабль стоит?

– Не у нас-с. Он в южных льдах. Там пус-сто. Нет ни душ-ши. Только морс-ские с-создания в глубинах.

– И там внизу ты нашёл железный корабль? – Лиссандра почувствовала себя маленькой девочкой, которой на ночь читают волшебную сказку. И прямо как в детстве, она начинала верить рассказчику. Слишком уж серьёзно тот говорил.

– Нет. Он во льдах. Вмёрз. С-странный с-светлый металл.

– И вот прямо корабль? С мачтами, парусами и всем таким?

– Нет. Он плос-ский. Гигантс-ский и плос-ский.

– Бредятина. Насколько гигантский?

– Как замок.

Казалось, Схичлана не сильно-то и волнует, верит ему собеседница или нет. Просто долго носил в себе впечатления и решил выговориться.

– С чего ты тогда решил, что это корабль?

– Трудно с-сказать. Это не дом, не с-строение. Он криво вмёрз, это с-сразу видно.

– И что было на