Надежда узника - Дэвид Файнток

– А вот об этом не следует распространяться, лейтенант.

– Сэр, но вы же не случайный прохожий, а генерал-инспектор. Разве от вас надо скрывать такие вещи? Между прочим, ради снижения массы на этом кораблике почти не оставили оружия. Всего две лазерные пушки, на корме и на носу.

– Такому кораблю просто необходима большая скорость, ведь с двумя пушками против рыб долго не продержишься.

– Хотелось бы взглянуть на него. Знаете, я собираюсь попроситься в его экипаж.

После этого разговора я долго размышлял о грядущих переменах. Раньше от Лунаполиса до Надежды надо было добираться шестнадцать месяцев. Теперь почти в два раза меньше. Как это повлияет на авторитет капитана? Что будет, если ученые придумают еще более совершенный двигатель и сократят время полета, скажем, до одного месяца? Не приведет ли это к тому, что любое важное решение капитан будет откладывать до конца полета, чтобы свалить ответственность на Адмиралтейство? Может быть, капитанов лишат права выносить и приводить в исполнение на борту смертный приговор? Тогда капитану придется держать мятежников в карцере до конца полета, вместо того чтобы сразу повесить. Как это скажется на дисциплине?

С такими мыслями я вернулся в офис.

– Я слетаю на орбитальную станцию, – известил я Толливера.

– Для инспекции, сэр?

– Просто посмотреть. – Конечно, я надеялся увидеть «Викторию».

– И все? – удивился Толливер.

– Не совсем. – Это означало, что мне также интересно посмотреть, на какие неприятности я нарвусь в этот раз. Забавно, как бы реагировал Де Марне, если б я отстранил генерала Тхо? Тхо и Хартов. Неплохое сочетание.

– Когда вы встретитесь с плантаторами?

– Когда вернусь. – Надо будет попросить Буперса найти замену Толливеру. Один только его голос чего стоит! Когда-нибудь он доведет меня до ручки. – Закажите нам билеты на шаттл.

– Есть, сэр. Ближайший шаттл отправляется в девять вечера.

Как раз то, что надо. Есть время смотаться в квартиру за вещами для ночевки.

– Квартирмейстер прислал нам отчет?

– Нет, сэр.

– Сходите на космодром и возьмите отчет сами, – приказал я.

– Есть, сэр. А если квартирмейстер скажет, что отчет еще не готов?

– Возьмите то, что он успел написать. Нам надо разобраться с грузами, переполнившими склады, выяснить, сколько времени они там пылятся. Встретимся в девять.

В квартире было темно и тихо. Вначале я подумал, что Анни куда-то ушла, но вскоре нашел ее на кровати. Она лежала поверх одеяла одетая.

– Сегодня я буду ночевать на станции, – сообщил я.

– Угу, – промычала она, не отрывая лица от подушки. Я бросил в сумку пару рубах и туалетные принадлежности.

– Точно не знаю, когда вернусь. Может быть, завтра.

– Угу.

– До свидания.

– До свидания.

В груди что-то заболело. Я постоял у двери, помялся. Говорить было больше нечего, и я вышел к электромобилю. Просить Анни проводить меня до космодрома я не стал, потому что обратно ей пришлось бы ехать одной, а она очень не любит водить машину.

Я рулил осторожно даже на краю города. Расслабиться можно было только на дороге к плантациям, где машины встречались редко, а здесь того и гляди наедет на тебя какой-нибудь грузовик или автобус. Правила дорожного движения здесь никто не соблюдал.

Пешеходов было немного, но я посматривал на них с опаской. Любой из них мог ни с того ни с сего ринуться через улицу, норовя попасть под колеса. В этом городке люди не привыкли себя чем-то стеснять. Вот солдат начал переходить улицу, но замедлил шаг, пропуская мой электромобиль. Вот дама с собачкой, подросток с рюкзаком. Да это же…

Я резко затормозил. Пацан, ошарашенный визгом тормозов, остановился, уставился на меня.

– Джеренс! Что ты здесь делаешь? – крикнул я, высунувшись из окошка.

Ни слова не говоря, он развернулся и потопал обратно. Я дал задний ход, нервно поглядывая в зеркальце заднего вида.

– Твой отец знает, что ты здесь?

Он припустил со всех ног и вскоре скрылся за углом. Я поехал к космодрому. В конце концов, ребенок не мой. Сообщу Хармону, пусть разбирается со своим чадом. Если захочет, прилетит в Сентралтаун на вертолете. Правда, пока он долетит, уже стемнеет, и найти паренька будет трудновато.

Я остановился у космодрома. До отлета оставалось еще полчаса, а летное поле было совсем рядом.

Какое мне дело до Джеренса? Я генерал-инспектор и должен заниматься военными объектами. Правда, никто не отменял мое прежнее задание – работу с плантаторами. Но означает ли это, что я должен…

Черт возьми! Я завел двигатель, поехал назад к центру города, выискивая взглядом среди пешеходов Джеренса. Он не мог убежать далеко. В одном из переулков мелькнула фигура, напоминающая Джеренса. Я тормознул, пригляделся – никого нет. Еще через пару километров я развернулся, доехал до подозрительного переулка, остановил электромобиль и пошел пешком.

Не в этом ли доме скрылся Джеренс? Странное строение: в окнах нет света, хотя уже вечер. Может быть, просто в нем никого нет? Двор зарос сорняками. Войти? Но у меня нет оснований вторгаться в чужие частные владения. Я пошел прочь, через несколько шагов передумал и вернулся. Проклиная свое тупое упрямство, я вошел во внутренний двор, моля Бога, чтобы хозяин не огрел меня электрошоковой дубинкой.

С крыльца вскочил пацан и припустил со всех ног мимо меня на улицу. На спине у него прыгал рюкзак. Конечно, это был Джеренс. Не раздумывая, я погнался за ним.

Бегал он хорошо. Я весь вспотел и на ходу расстегнул китель. Джеренс на мгновение оглянулся, увидел меня и рванул вперед еще быстрее. Наконец я расстегнул китель и сбросил его. В Академии мы бегали на дистанции пятьсот метров, один и два километра. В этом деле я никогда не был в числе первых, но и последним ни разу к финишу не приходил. Позади группы курсантов грозно бежал тренер. Если кто-нибудь отставал настолько, что тренер мог дотронуться до него своей палкой, то такого курсанта пороли на скамье. Слава богу, этого мне удалось избежать и в прямом и в переносном смысле слова.

Я старался не выбиваться из ритма, зорко следил за Джеренсом. Еще один квартал. Дыхание мое превращалось в агонию, сердце стучало бешено, но я все еще ухитрялся не отставать.

Видимо, Джеренс тоже устал. Расстояние между нами сокращалось.

Мы пронеслись мимо женщины, выглянувшей со двора своего дома. Я совсем запыхался и объяснить ей, в чем дело, не мог. Оставалось надеяться, что она сама догадается вызвать полицию.

Джеренс споткнулся, мгновенно вскочил, но потерял несколько драгоценных секунд. Я почувствовал себя тренером Академии, протягивающим к нерадивому бегуну страшный жезл. Почуяв мое приближение, Джеренс резко метнулся влево, но я успел схватить его за рубашку. Мы оба упали и покатились по придорожной траве.