Одри, герцогиня Йорк - Айлин Лин

– Что проще, а что сложнее – нас не касается. Есть приказ, и он не обсуждается, – насупил кустистые брови лорд Гленн. – Поезжай лучше, проверь колонну.

– Есть, капитан! – Ромул стукнул кулаком по правой стороне кожаной брони, развернул своего жеребца, и неспешной рысью потрусил вдоль повозок в обратном направлении.

Вдоль широкого тракта, убегавшего до самого горизонта, двигались многочисленные кареты. С одной стороны дорогу обрамляли смешанные леса с неказистыми деревцами, с другой – поля с невысокой, но сочной травой. Колёса экипажей тихо скрипели, иногда неуклюже подпрыгивая на ухабах. В воздухе стоял едва уловимый аромат цветущих лугов, смешиваясь с запахом разогретой земли.

– Вы хотите о чём-то спросить? – пронзительно поглядел на своего сюзерена герцог. – С того самого торжественного обеда у Её Светлости вы молчите. Интересно, почему? Мы давно не дети, Ваше Величество, давайте поговорим откровенно, тем более что дворец Йорков остался далеко позади и нас навряд ли смогут подслушать. – Кемпбелл замолчал в ожидании ответа и ненароком, в который раз покосился на заряженный под завязку алый камень в перстне короля, потёр висок и недовольно поджал губы.

– Зачем? – пронзительно глянул на своего советника правитель.

– Не понимаю вас? – искренне удивился Уильям.

– Вы предали моего отца, соблазнив леди Николетту. Зачем?

Неожиданно! Кемпбелл изумлённо откинулся на спинку скамьи, скрестил руки перед грудью и, пожевав губами, всё же ответил:

– Мне пришлось так поступить. Твой отец стал буквально одержим некоей идеей, Его святейшество Оран плотно взял Карла в оборот, забил ему голову странными мыслями, они вдвоём начали строить планы далеко не во благо Аскалы. А ради личной выгоды. И только Николетту Карл продолжал слушать, пусть и отчасти. Меня же так и вовсе перестал воспринимать как соратника, скорее, как врага. Я соблазнил леди Йорк и через неё пытался вразумить твоего отца. Но тот всё равно развязал никому не нужную войну с Нарголой.

– Это вы приказали сразить стрелой опальную герцогиню? – через полминуты тишины, уточнил король.

– Нет. Но знаю, кто это сделал.

– И кто же?

– Ваш секретарь. Барон Джонатан Эддингтон. Бывший беззаветно влюблённым в прекрасную Николетту.

– И вы его никак не наказали, а он ведь, таким образом, продемонстрировал неуважение к решению своего повелителя, мой приговор так и остался не приведённым в действие. И толпа горожан видела, что можно избежать наказания и мои приказы – пустой звук, – констатировал Карл, продолжая холодно рассматривать старого герцога, который развёл руками и уточнил:

– Только это тебя беспокоило, Ваше Величество?

– Я не договорил, – припечатал монарх, – из этого вытекает следующее: ты считаешь род Лоарнов не достойным короны.

Черты лица старого советника заострились, на скулах заиграли желваки, в светло-голубых глазах полыхнуло тёмное пламя.

– Маски сброшены?

– Да, – Карл нервно дёрнул уголком рта.

– Недостойны. Ни один из вас. Мой предок совершил глупость, поклявшись в вечной верности на крови и своим посмертием. И нас, своих потомков, в эту кабалу загнал.

Мужчины смотрели друг на друга, глаза в глаза, внутри кареты и без того было душно, но с каждой секундой напряжение росло и воздух постепенно накалялся, становясь тягучим, словно лава, не давая нормально дышать, опаляя горло. Перстень на пальце короля ослеплял своим сиянием, и в какой-то миг показалось – ещё чуть-чуть и он взорвётся, не оставив от герцога и самого Карла и пепла.

– Ты нужен, – взяв свои эмоции под контроль, выдохнул молодой монарх. – Выполни поручение, и я дам тебе то, чего ты столь отчаянно желаешь – свободу от любых клятв моему роду и не возьму новых.

Не поверив собственным ушам, Кемпбелл ошарашенно уставился на Карла, не пытаясь скрыть своих эмоций.

– Ты не боишься, что я тут же попробую отнять у тебя трон?

– Попробуй. Если выживешь.

– Выживу, помирать не входит в мои планы… Думаешь, в нашем с тобой противостоянии Одри Йорк примет твою сторону?

– Она дала недвусмысленно понять, что предпочитает меня в качестве союзника, но никак не тебя, Уильям, – устало покачал головой Его Величество.

– Потому что я был любовником Николетты и не пришёл в нужный момент на выручку им обеим? Но не меня она должна винить, ведь не я отправил её мать на виселицу. Это тебя она должна ненавидеть.

– Не намерен обсуждать с тобой чувства и решения леди Одри. Я сказал всё, что хотел. А теперь к делу, – Его Величество наклонился вперёд и, вынув из корзины бутылку вина, наполнил свой кубок, сделал большой глоток, не почувствовав вкуса. После чего откинулся на спинку сиденья и поглядел в распахнутое окно.

– Моя мать приготовила для меня незавидную участь, в качестве сосуда для души Гедо Сурейха, – безэмоционально начал повествование молодой монарх, было заметно, что он уже переварил эту информацию, пришёл к каким-то выводам и даже нашёл возможные пути решения возникшей проблемы.

– Что значит "сосуд"? – нахмурился советник, повторил за правителем и тоже налил себе вина – горло пересохло от недавного воздействия на него артефакта подчинения, магоканалы горели огнём и требовалось время, чтобы они остыли.

– В прямом смысле. Моё тело по плану Сурейха станет его, он поглотит саму мою суть, не оставив и шанса на перерождение. Я просто исчезну, как будто и не было. Можешь внутренне ликовать.

– Да, непременно. Но после, в одиночестве посмакую, – парировал Уильям. – Леди Одри что-то придумала?

Карл, не скрывая раздражения, посмотрел на Уильяма.

– В первой версии, если матушка придёт за мной, я должен был бежать от неё без оглядки. Но перед нашим отъездом произошло непоправимое: мама получила сердце светлого неистинного мага, у которого оказались чистыми душа и помыслы. Редкость в любые времена. И в связи с этим леди Йорк попросила меня откликнуться на призыв Гедо, явится к нему, оказаться как можно ближе и активировать специальный артефакт-ловушку. И тогда у нас появится шанс выжить и разведать, где расположен проход в подземелье.

– Отыскать этот проход – не самое главное, насколько я знаю, чтобы прорваться в иную реальность, необходимо собрать тысячу душ и принести их в жертву некоему демону, которому поклонялись Сурейхи. Что с этим условием думает делать малышка Одри? Умертвить всех друидорцев? – скептически выгнул бровь Кемпбелл.

– Герцогиня откуда-то знает, что Гедо подстраховался и часть, некогда пойманных душ, запечатал в какой-то артефакт, то есть убивать кого-то нет необходимости. И этот артефакт ждёт своего часа неподалёку от заветных врат.

– Да уж, – потерев переносицу, Кемпбелл замолчал, обдумывая услышанное. – Почему она не рассказала об этом и мне тоже? Ведь я один из тех, кто якобы должен отправиться в столь опасное путешествие.

Король