Фонд - Дмитрий Ромов

Вернулась Джейн.

— Ну что босс, кажется мы неплохо повеселились сегодня, — подмигнула она и усмехнулась.

— Мне нравятся добрые, справедливые и весёлые люди, — улыбнулся я.

— Если бы кто-то мне сказал что я с какого-то перепугу буду заниматься такой хренью, какой мы занимались сегодня, — покачала головой она и всплеснула руками.

— А у тебя неплохой русский.

— Неплохой, я знаю. Может, потому что это мой родной язык?

— Да? Вот это поворот. Может быть, пропустим по стаканчику по этому поводу? — предложил я. — Вроде тут открыт бар на самой верхотуре. С прекрасным видом на роскошный, утопающий в огнях город. Кстати, один из самых безопасных городов на земле.

Она расхохоталась.

— А почему бы и нет? — ответила она, отсмеявшись.

— Ну тогда идём.

— А твоего папу мы с собой не возьмём?

Теперь засмеялся я.

— Папе нужно поспать, — ответил Чердынцев и нахмурился.

* * *

Мы поднялись наверх — бар действительно работал, правда посетителей было очень мало. Вернее, единственными посетителями были мы с Джейн.

— Слушай, — нахмурилась она. — А ты есть хочешь? Я лично проголодалась.

— Да, есть такое дело, — усмехнулся я. — Я бы не отказался червячка заморить.

Она кивнула и спросила у бармена, что у них есть из еды.

— Сорри, мадам… — ответил черноглазый и кудрявый представитель сферы обслуживания.

Я сразу всё понял.

— Слушай, — поморщилась Джейн, — не знаю как ты, но я их закусками и тупыми чипсами точно не наемся.

— Ну, может быть где-то в другом месте можно в это время поесть? Поехали, поищем.

— Можно… Есть такое место, — ответила она. — Правда, оно не такое шикарное как ты привык, быть может.

— Я? — засмеялся я. — Не сказал бы, что я привык к еде исключительно в шикарных местах.

— Тем лучше.

— И что это за место?

— Это моё место.

— Ну окей, а мне что, туда нельзя?

— Ладно так и быть, — подмигнула она, — в порядке исключения. Ввиду того что ты проявил себя очень даже неплохо в этот вечер. Хоть и безрассудно.

— Класс. И что же это за место?

— Ну… это мой дом, место, где я живу.

— О, как мило! Так что же мы ещё стоим? Побежали скорее! — засмеялся я. — Если хочешь могу, конечно, показать свой номер с видом на Дубай. На худой конец, опустошим мини-бар. Должно же там что-нибудь съедобное быть. Но я бы предпочёл поехать к тебе.

— Любоваться видом — для девочек, — усмехнулась она. — Мне нужен кусок мяса.

Мы снова помчали по ночному городу, который как бы тоже не спал, как и Москва. Правда, в гостинице поесть было нельзя. Ехали мы минут пятнадцать и оказались в паркинге современной высотки ближе к центру. Моря и собственного пляжа здесь не было, но в остальном всё выглядело очень даже симпатично. Яна жила на шестнадцатом этаже в просторной двушке.

— Там терраса, — махнула она рукой в сторону занавешенного окна во всю стену. — Здесь кухня.

Она кивнула на кухонную зону, отделённую от гостиной барной стойкой.

— Тут гостевой туалет, за той дверью ванная и моя спальня. Располагайся. Чувствуй себя как дома, но не забывай что ты в гостях.

— Ну надо же, — улыбнулся я. — Фольклор…

Она сбросила туфли и босиком прошагала на кухню.

— Помогать? — спросил я.

— Не надо. Мясо или рыба?

— Мясо.

— Молодец. Сейчас пожарю, у меня тут есть отличная телячья вырезка. Открой пока вина что ли. Думаешь, мы заслужили по бокальчику, а?

— Однозначно… А где вино?

— Вон, слева от тебя винный холодильник, видишь? Во встроенном шкафу.

Я заметил тёмное стекло с красивой подсветкой.

— Возьми что-нибудь на своё усмотрение.

Да уж, на своё усмотрение. На своё усмотрение я мог взять только что-нибудь грузинское или советское, типа «Токайского»… Я открыл дверцу. Судя по всему, здесь были только итальянские и французские вина.

— Белое или красное? — спросил я.

— Ну вообще-то, я к мясу предпочитаю красное, но, поскольку это телятина, то теоретически можно подобрать и белое, — крикнула она с кухни. — Если хочешь конечно.

— Нет, я за классику, — ответил я и взял, не рассуждая, первую попавшуюся бутылку.

— «Марина Кветик», — прочитала я.

— Подойдёт, — Яна засмеялась. — Только не «Кветик» а «Цветич». Думаю что в свете сегодняшних манифестаций о принадлежности Косова вполне подойдёт. Будем считать, что у нас тематический вечер.

— Это что, сербское что ли вино?

— Нет итальянское. Просто жену винодела зовут Марина Цветич. Хорошее выбрал, молодец.

На кухне кипела работа. Всё шипело, булькало и распространяло невыносимо прекрасные запахи. Пока Яна готовила, я осмотрелся.

Телевизора в гостиной не было, имелись только журнальный столик, встроенный шкаф, в который, в свою очередь, был встроен винный холодильник, полка с книгами, дизайнерский журнальный стол из целого куска стекла, покрытого с одной стороны серебром, как зеркало. Ещё здесь находился шикарный и довольно большой диван с красивой кремовой обивкой.

Я выглянул на террасу, а потом прошёл в хозяйскую часть, заглянул в её ванную. Там всё было практически в идеальном порядке. Единственной деталью, оказавшейся не на своём месте, были маленькие трусики, расшитые кружевными розочками. Они висели на держателе полотенца. Сушились. Я усмехнулся и прошёл в спальню.

Спальня была небольшой. Два огромных платяных шкафа и широкая кровать занимали практически всё пространство. Кровать стояла не заправленной, одеяло с одной стороны было откинуто. Рядом с кроватью лежали брошенные комнатные тапочки, нацелившие мыски в противоположные стороны.

Осмотревшись, я вернулся в гостиную. Подойдя к барной стойке, попросил открывашку для вина. Яна выложила барменский складничок, и я, повозившись с минутку, откупорил бутылку.

— Разлей по бокалам, — попросила хозяйка, выставляя на стойку два красивых бокала из тонкого стекла. — Немного, на одну треть. Пусть пока постоит, подышит, а заодно нагреется. А то в холодильнике ему было прохладно. Через десять минут всё будет готово. Салат, тальята из телятины. Ну и так помельче ещё чего-нибудь. Хлеба только у меня нет, но если хочешь могу дать рис.

— Я всё хочу!