Баба Яга спасает мир - Анна Каракова

– Вот так встреча... – охнула старая. – Дружила я с твоими бабками... Знатные были кудесницы! Таких историй тебе порассказать могу...

Лицо Марьи радостно вспыхнуло. Поверила сразу. Всегда знала, что она не от мира сего. Теперь понятно почему.

– Она?

Рядом нарисовались двое полицейских и водитель.

– Она, ведьма! – крикнул дядька, указывая на Ягу рулём от джипа.

Полицейский – тот, что помоложе, – сделал решительный шаг вперёд и взял под козырёк:

– Младший лейтенант Митрохин! Прошу пройти в отделение для составления протокола!

– Ага! – сказала Яга, медленно пятясь.

Вдруг с неожиданной прытью отскочила в сторону и вскинула руку для колдовства. Вжу-ух! Полицейские исчезли. Водитель замешкался немного. И тоже пропал.

– Вы что творите?! – возмутилась Марья. – Так нельзя! Немедленно верните их обратно!

– Куда вернуть? – переспросила Яга. – Они все здесь.

И посмотрела себе под ноги.

По тротуару ползли две улитки. И оранжевый шершавый слизень. Все в разные стороны.

– Ужас какой... – с отвращением глядя на эту компанию, произнесла Марья.

– А чего ты их защищаешь?

– Потому что нельзя вот так! Любого во что хочешь превращать!

– Кто запретил? – деловито поинтересовалась Яга.

– Кто-кто! Не знаю, – растерялась Марья. – Но тут так не принято!

– А как у вас принято?

– Надо сначала поговорить, разобраться.

Марья посторонилась на полшажка, поскольку полицейские-улитки целенаправленно ползли к её белым кедам. Это было неприятно.

– Верните их обратно, – попросила она. – Я с ними объяснюсь. И не делайте так больше!

Баба Яга с интересом наблюдала за молодой искусницей-кудесницей. Как же она раньше её не раскусила? Девка – огонь!

– Ладно, Марья! Коли просишь за дружинников, так тому и быть.

Яга взмахнула клюкой. Пара улиток и рыжий слизень превратились в людей.

...Полицейские Валера Митрохин и Сергей Назаров сделали вид, что ничего особенного не случилось. Но по тому, как задумчиво водитель разглядывал руль от джипа в собственных руках, было понятно, что он подозревает что-то неладное. Пытается осмыслить странные ощущения, которые только что пережил.

Стараясь быть убедительной, Марья обратилась к полицейским:

– Вы нас извините, пожалуйста! Бабушка не местная...

– Младший лейтенант Митрохин, – хмуро завёл старую пластинку молодой. – Поползёмте в отделение!

Второй полицейский – старше по возрасту и по званию – бросил на напарника удивлённый взгляд:

– Петрович, ты чего несёшь?!

– Ой, тьфу... – спохватился Митрохин. – Пройдёмте, говорю.

Водитель безлошадной телеги, сжимавший обеими руками руль от джипа, молчал. Он шёл в отделение замыкающим, стараясь не скользить, слегка подруливая на поворотах.

Глава 7

Ищи его, свищи!

Согласившись идти в отделение полиции, Баба Яга теряла время. Это было глупо, неправильно. Но, следуя волшебной логике, что бы ни делалось, всё – к лучшему. «Если уж Марья Искусница встретилась мне на пути, – думала Яга, – это что-то да значит. Пригодится». Вслед за Марьей она спокойно доковыляла до палат дружинников. И даже дала заковать свои руки в железные браслеты. Избавиться от них было легче лёгкого, но Яга не пыталась. Она чуяла: всё идёт как по писанному. Надо просто подождать.

К старухе, да и к Марье дружинники отнеслись с уважением. Девицу усадили за стол. Вручили перо самописное, которым та бойко водила по бумаге, рисуя красивые ровные строчки. Иногда перо замирало – Марья задумывалась. Но потом, преодолев запинку, бойко строчила дальше.

– Как писать? Бабушка превратила машину в телегу? – снова запнувшись, спросила она полицейского, который был постарше и выглядел солиднее.

Старший лейтенант Назаров внимательно посмотрел на девушку: вроде в себе и не дура. Красивая даже. Может, они сговорились?

Ладно, разберёмся.

Полицейский перевёл взгляд на старуху – древнюю, как стены старого кремля.

– Превращали, бабушка? – строго спросил он, втайне надеясь, что та опомнится и войдёт в разум.

– И тебя превращу! – злобно пригрозила старуха. – А ну сымай оковы! Если не хочешь жабой болотной век вековать!

– Тоже мне! Нашли лягушку-царевну, – вздохнул старший лейтенант.

Теперь он чётко понимал: это дело так просто не решится. Полицейские переглянулись. Митрохин, которого в отделе для солидности звали Петровичем, незаметно покрутил пальцем у виска – мол, похоже, девица с бабкой не в себе. Его напарник кивнул в знак согласия.

– Так и пишите, – грустно сказал он Марье. – Бабуся превратила одно дорожно-транспортное средство в другое.

– Какая я тебе бабуся? – вскинулась Яга. – Леший тебе бабуся!

Девушка бросила на старуху испуганный взгляд и с усердием налегла на самописное перо. «Почему перо?! Обычная ручка! Что это я в архаизмы ударился?» – подивился сам себе полицейский.

Пока напарник оформлял протокол, Петрович взялся за осмотр вещдоков. Он придвинул к себе ветхую холщовую сумку, изъятую у старухи. По очереди стал выкладывать на стол пузырьки, тряпичные кульки с травами, прочий мусор: ссохшиеся куриные лапки, какие-то порошки в берестяных коробках, то ли грязные камешки, то ли комки глины... На самом деле это были сушёные глаза, но Яга не стала об этом рассказывать. Её и не спрашивали.

Каждый предмет Петрович пристально разглядывал, нюхал и морщился.

– Какого года рождения, вы сказали? – продолжал заполнять протокол старший лейтенант Назаров.

– ...Горыныч когда Новгород дотла пожёг? – задумалась сумасшедшая бабка. – Вот и прибавь к энтому пять веков.

Полицейские снова переглянулись: всё понятно. Пора, не привлекая внимания, вызывать скорую помощь. Но не простую, а золотую. То есть психиатрическую.

Старший лейтенант Назаров стал набирать номер в телефоне...

Марья заметила эти взгляды. Они ей совершенно не понравились. Похоже, странной бабушке грозит опасность. А может, наоборот – полицейским. Как бы она чего не выкинула... Марья с удивлением поняла, что в любой ситуации примет сторону сказочной старухи. Хотя бы потому, что та обещала ей порассказать историй про маму, бабку Марью, и даже дальше, чего уже никто не знал и не помнил.

На стене напротив светился экран телевизора. Пока шла реклама, старая не обращала внимания на мелькание лиц и предметов, но как только началась трансляция из городского парка, она удивлённо вскинула косматые брови и с интересом включилась в происходящее:

– Что это за блюдечко у вас такое чудное? Не круглое? И без яблочка?

– Это, бабушка, телевизор. Не узнали? –