Баба Яга спасает мир - Анна Каракова

Старуха тяжко вздохнула, как пуд гвоздей подняла:

– Он-то? Иван-царевич.

Поразмыслила и добавила:

– Был...

Глава 9

Дивноцвет

Оказалось, если миновать музейные хранилища-закрома, повернуть направо, потом налево, пройти через конференц-зал и узкий тёмный коридорчик, попадаешь в огромный аквариум – оранжерею, заросшую всякой зеленью сверху донизу. Здешний стеклянный потолок подпирали двадцатиметровые пальмы: та с кокосами, эта с финиками, а вдалеке ещё одна – с бананами.

– Скрещивать пытаемся, чтоб на одной пальме сразу всё росло, – пояснил Марье Иван Додонович. – Ещё арбузы хотим привить. И авокадо.

– Ничего себе! Получается? – загорелась та.

– Пока нет, – скромно потупился Академик-профессор. – Но! Это вопрос времени.

Худосочные, вытянувшиеся вверх кипарисы рядом с пальмами-гигантами казались двоечниками-второгодниками. В лицо лезли кусты и лианы – то белоснежные гортензии, то голубые глицинии.

– Зимние сорта выводим. До минус двадцати пяти, – сообщил Директор.

– Вывели? – заинтересовалась Марья.

– Да! Но только до минус пяти. Работаем над этим.

Марья сделала шаг и почувствовала, что ступает по мягкому, как по перине. Пригляделась – под ногами стелился разноцветный мох.

– Антивандальный! – с гордостью сказал Директор. – Ни машины ему, ни гололёд – всё нипочем!

– Надо же! – восхитилась девушка. – Этот мох, получается, можно и на дорогу, и на тротуар! Это же как красиво будет!

– Да. Можно, – согласился Додоныч. И тут же поправился. – Но... нельзя. Со всех дорог асфальт придётся снимать. Тротуары переделывать. Дорого.

– А-а, – разочарованно протянула Марья.

Иван Додонович понял, что этот раунд в борьбе за сердце красавицы он проиграл.

Баба Яга меж тем копалась в грядках среди экзотических растений. Некоторые отдалённо напоминали дивноцвет, но при ближайшем рассмотрении оказывались вовсе не тем, что надо.

Аквариум оранжереи, ещё недавно залитый солнечным цветом, постепенно погружался во тьму из-за наползающего мрачного облака.

Марья бросала тревожные взгляды на грозовую тучу, которая теперь висела прямо над ними. Иван Додоныч, казалось, ничего не замечал, продолжая с энтузиазмом шмеля кружить над девушкой, словно над прекрасным цветком.

– Обратите внимание, редчайшие экземпляры, все из Красной книги! – показывая куда-то в кусты, не сдавался Директор. – ...А вы, простите, замужем?

– Нет, я пока одна.

В глазах Ивана Додоныча загорелась надежда.

– Вы сами растения сажаете? И ухаживаете? – Марья попыталась развернуть тему разговора в другую сторону.

– Сам, всё сам! Изучаю... с научной точки зрения. Пытаюсь сохранять, что осталось... Старательно тружусь на ниве флоры и фауны...

Неожиданно из кустов выскочила растрёпанная, злая Яга.

– Насажал не пойми чего, а дивноцвета нету! – недовольно сказала она. – Раньше, как грязи... Под каждой избой. Дожили!

– Так избы-то где? У нас теперь кругом – каменные джунгли!

– Твоя правда, Иван, – признала Яга. – Джунгли и есть.

– А как выглядит этот цветок? Может, я помогу? – осмелилась вмешаться Марья.

Баба Яга поморщилась, будто зуб заболел:

– Ан смотрю, совсем тебя бабка ничему не учила...

Она протянула девице древний кисет с вышивкой цветка – очень старой, полинявшей, затёртой.

– Ой! – пригляделась Марья. – Точно как бабушка моя вышивала!

– Дык! Она его и вышила! Энтот самый!

Марья бережно провела пальцами по цветку.

– Я тоже умею. Только как у бабушки не получается, – грустно призналась она. – А баба Марья всюду его шила – и на блузках, и на сарафанах. Только грустила. Говорила, что нет его больше.

– Как нет?! – вытаращилась Яга. – Не может энтого быть!

– Извели его люди. Решили, сорняк. Вроде вредный он был. Вот весь и выкорчевали.

Громовая грозная туча нахлобучилась на стеклянный потолок оранжереи, словно шапка. Вдруг раздался зловещий стон, будто из-под земли. Растения вздрогнули. Марья и Яга настороженно переглянулись и отступили на пару шагов, где им казалось безопаснее. Додоныч занервничал, забегал глазами туда-сюда, но из последних сил держал себя в руках и делал вид, что ничего особенного не происходит.

Он подскочил к Яге и развёл руками:

– Значит, не нашли дивноцвет?

Старуха насупленно смотрела на него и не отвечала.

– Не может быть, чтоб весь извели, – сказал Иван Додоныч особенным, оптимистичным директорским голосом. – Отыщем, Матушка Ягиня! Обещаю: подниму все свои связи!

– Что за связи такие? – подозрительно спросила Яга.

– Да разные... Всё-таки я – большой человек, академик-профессор, музеем командую.

Он кинул многозначительный взгляд на часы:

– Проводил бы вас... Но – пора, важная встреча.

Иван Додоныч посмотрел на Марью. Вдруг по-гусарски нырнул в кусты и вернулся, протягивая девице куцый цветочек:

– Это вам!

Сказал и шаркнул остроносым лакированным ботинком.

Марья взяла цветок, понюхала, зарделась:

– Благодарю, – смущённо проговорила она.

Яга смотрела на них, брезгливо морщась:

– Тьфу! На черта он тебе сдался? Пятьсотлетний дурак? Пойдём!

Старуха вырывала у Марьи цветок, швырнула его в кусты и потянула девицу за собой к выходу.

– Всего наилучшего! – крикнул им вслед Иван Додоныч.

И почти беззвучно, но от души добавил:

– Чтоб ты сгинула, зараза старая!

– Вот скряга, даром что царский сын! – злилась Яга, ковыляя к выходу из музея. – Профессор! Директор! Фу ты ну ты! Даже чаю не налил!

– А я-то хороша! – вскинулась Марья. – Вы же устали, наверное, с дороги? Есть хотите. Давайте я вас пирогом угощу? По бабушкиному рецепту!

Яга остановилась. Спросила предвзято:

– А с чем пирог? С мухоморами?

Марья недоуменно растопырила и без того огромные глаза:

– Н-нет... с капустой.

– Эххх... – разочарованно протянула Баба Яга. – Мельчает народишко. Ничего не понимает. Где мухоморы – и где капуста!

Глава 10

Знакомство с роднёй Афанаськи

В самом обычном многоквартирном доме на ничем не примечательной улице жила-была Марья Искусница, сама не ведая того, что она – настоящая волшебница и кудесница.

Воспитывала её бабушка – пироги пекла, прибаутки пела. Учила Марьяшу всему понемногу – тому, что сама умела: шить-вышивать, травками лечить, погоду понимать. Учила на совесть, но не главному. Всё казалось, рано девчонке силу волшебную применять. Пусть повзрослеет, поумнеет, с характером своим пообвыкнется-справится, вот тогда... Знала бы, как сложится, не откладывала бы волшебную науку в долгий ящик. А так... пошла за хлебом да под машину попала. К старости совсем раздружилась с этими монстрами