Ананасы в шампанском - Игорь Северянин

Глаз царицы, скрытой сонным тюлем, —

И вспорхнули грёзы Мая ульем,

И впились в сиреневые кисти…

Полярные пылы

Снеговая поэма

Влюбленная в Северный Полюс Норвегия

   В гордой застыла дремоте.

Ленивые лоси! вы серебро-пегие,

   Льдяное пламя поймете…

И там, где сливается с снегом медведица,

   Грёза ее постоянна…

Бледнея в экстазе, сомнамбулой светится

   Так же, как д’Арк Иоанна.

Не быть Северянке любовницей Полюса:

   Полюс – бесплотен, как грёза…

Стремленья об иглы лесов укололися…

   Гаснет ее ариозо…

Морей привидения – глыбы ледя́ные —

   Точат насмешливо лязги…

И марева сыплют пророчества рдяные

   Во́лнам в сердитой припляске…

Дух Полюса чутко тревожит элегия, —

   Она воплощается в ноте…

И гордо вздыхая обманом, Норвегия

   Вновь застывает в дремоте.

Квадрат квадратов

Никогда ни о чём не хочу говорить…

О поверь! – я устал, я совсем изнемог…

Был года палачом, – палачу не парить…

Точно зверь, заплутал меж поэм и тревог…

Ни о чём никогда говорить не хочу…

Я устал… О, поверь! изнемог я совсем…

Палачом был года – не парить палачу…

Заплутал, точно зверь, меж тревог и поэм…

Не хочу говорить никогда ни о чём…

Я совсем изнемог… О, поверь! я устал…

Палачу не парить!.. был года палачом…

Меж поэм и тревог, точно зверь, заплутал…

Говорить не хочу ни о чём никогда!..

Изнемог я совсем, я устал, о, поверь!..

Не парить палачу!.. палачом был года!..

Меж тревог и поэм заплутал, точно зверь!..

В предгрозье

Этюд

Захрустели пухлые кайзэрки,

Задымился ароматный чай,

И княжна улыбкою грёзэрки

Подарила графа невзначай.

Золотая легкая соломка

Заструила в грёзы алькермес.

Оттого, что говорили громко,

Колыхался в сердце траур месс.

Пряное душистое предгрозье

Задыхало груди. У реки,

Погрузясь в бездумье и безгрёзье.

Удили форелей старики.

Ненавистник дождевых истерик —

Вздрагивал и нервничал дубок.

Я пошел проветриться на берег,

И меня кололо в левый бок.

Детонировал бесслухий тенор —

На соседней даче лейтенант,

Вспыливал нахохлившийся кенар —

Божиею милостью талант.

Небеса растерянно ослепли,

Ветер зашарахался в листве,

Дождевые капли хлестко крепли, —

И душа заныла о родстве…

Было жаль, что плачет сердце чье-то,

Безотчетно к милому влекло.

Я пошел, не дав себе отчета,

Постучать в балконное стекло.

Я один, – что может быть противней?

Мне любовь, любовь ее нужна!

А княжна рыдала перед ливнем,

И звала, звала меня княжна!

Молниями ярко озаряем,

Домик погрузил меня в уют.

Мы сердца друг другу поверяем,

И они так грёзово поют.

Снова – чай, хрустящие кайзэрки.

И цветы, и фрукты, и ликер,

И княжны, лазоревой грёзэрки,

И любовь, и ласковый укор…

Грасильда

1

Когда взвуалится фиоль,

   Офлеря ручеек,

Берет Грасильда канифоль,

   И скрипку, и смычок.

Потом идет на горный скат

   Запеть свои псалмы.

Вокруг леса, вокруг закат,

   И нивы, и холмы.

Прозрачна песня, как слюда,

   Как бриллиант в воде…

И ни туда, и ни сюда, —

   И всюду, и везде!

2

Я выхожу в вечерний сад,

   Утопленный в луне.

Шагну вперед, шагну назад, —

   То к дубу, то к волне.

Повсюду сон, везде туман,

   Как обруч – голоса…

Струят чарующий обман

   Еловые леса.

Грасильда песнь поет во тьме,

   Подобную звезде…

И ни в груди, и ни в уме, —

   И всюду, и везде!

3

Какая ночь! – и глушь, и тишь,

   И сонь, и лунь, и воль…

Зачем же, сердце, ты грустишь?

   Откуда эта боль?

Грасильда, пой. Грасильда, пой,

   Маячь пути ко сну.

Твоей симфонией слепой

   Я сердце захлестну!

Грасильда, пой!.. Уста к устам, —

   И мы уснем в воде…

Любовь ни здесь, любовь ни там, —

   И всюду, и везде!

Июневый набросок

Мисс Лиль

Взгляни-ка, девочка, взгляни-ка! —

В лесу поспела земляника,

И прифрантился мухомор —

Объект насмешек и умор…

О, поверни на речку глазы

(Я не хочу сказать: глаза…):

Там утки, точно водолазы,

Ныряют прямо в небеса.

Ты слышишь? – чьи-то голоса

Звучат так весело-задорно

Над обнебесенной рекой?

Дитя, послушай, – успокой

Свою печаль; пойми, всё вздорно

Здесь, на земле… Своей тоской

Ты ничего тут не изменишь,

Как нищего ни обезденежь.

Как полдня ты не олунишь…

Взгляни вокруг себя, взгляни ж!

Оно подобно мигу, лето…

Дитя, ты только посмотри:

Ведь мухомор – как Риголетто,

Да не один еще, – их три!

Гурманка

Сонет

Ты ласточек рисуешь на меню,

Взбивая сливки к тертому каштану.

За это я тебе не изменю

И никогда любить не перестану.

Всё жирное, что угрожает стану,

В загоне у тебя. Я не виню,

Что петуха ты знаешь по Ростану

И вовсе ты не знаешь про свинью.

Зато когда твой фаворит – арабчик

Подаст с икрою паюсною рябчик,