Собрание сочинений. Том 2. Дневники и письма - Яков Семенович Друскин

тайной сотворенной личности. Ведь понимание греха как бесконечной дистанции между моей сотворенностью и бесконечным даром мне, как невозможности принять бесконечный дар, а рабской свободы выбора и вины — как невозможности ни принять, ни не принять бесконечный дар не объясняет различия личностей, то есть подробности, относительной, относительно-абсолютной и абсолютной, подробность остается тайной греха, но сама она не греховна, ведь абсолютно экстенсивная подробность — это творение мира (εε) и вочеловечение Слова (ει). Подробность свята, но открывается в тайне греха или тайной греха.

16 сентября. Может, в ТФТ будут две ступени:

I. Онтологически-теологическая. II. Трансцендентально-психологическая и гносеологическая — первая часть, вторая — религиозная: тайна греха.

Может, так:

Часть первая. Онтологически-теологическая.

1. Абсолютный факт. 2. Единственный факт.

Часть вторая. Трансцендентально-психологическая, религиозная.

1. Трансцендентальная психология. 2. Религиозная.

В трансцендентальной психологии должно быть и о солипсизме экстенсивном, интенсивном, абстрактном и безличном. Более понятным было бы обратное соотношение: раньше трансцендентально-психологическая часть, а потом онтологически-теологическая, но мне кажется, раньше надо понять абсолютный факт как онтологически-теологический, а потом более лично и психологически. Тогда читать ТФТ надо так: I, потом II, потом снова I.

19 сентября. Вот я беру какого-нибудь философа, Канта или Кьеркегора, или свои вещи. Беру поэта, например Введенского, или композитора — Веберна. В самых различных вещах я нахожу общее, общую связь, не всегда дискурсивную, всегда интуитивную, остается главная неизменная интуиция — интуитивная система. Дискурсивные изложения этой интуитивной системы большей частью, может, даже всегда, не вполне адекватны неизменной даже в изменении интуитивной системе. Кто автор или творец этой системы? Теперь я ограничусь собой. Вот у меня есть некоторая интуитивная система. Но ведь эта интуитивная система — акт творения моей души. Что же, я творец своей души, себя самого? Это бессмысленно. Автор интуитивной системы Бог, я только слабый посредник.

Музыка Веберна — мир в его творении. Не Веберн создал ее, а Бог, Веберн только посредник. Музыка его существовала от века, Веберн не написал, а только записал ее.

25 сентября. С конца 1963 г. я снова стал писать и писал много, но творчество было для меня мукой творчества — страданием. Я был почти тем, что Кьеркегор называет рыцарем веры, а жизнь рыцаря веры — страдание. Но почти — ложь. Я почти ушел из жизни, и это почти было ложью. После опустошенного взгляда с лета и осени 1967 г. началось истощение творчества. Затем неслучайная случайность, я вернулся к Т., Т. вернула меня к жизни. Четвертая часть Добавления к «Видению» (1968.I) — о молитве — прощание с периодом жизни 16.X.63–XII.67. Я вернулся к жизни, много пишу и имею от этого удовлетворение. Хорошо ли это? Я переделываю ТФТ, вернее, пишу заново седьмой вариант после восьмилетнего перерыва. То, что было, не прошло бесследно, тень опустошенного взгляда осталась, и всё же я вернулся ко времени до 16.Х.63. Нет ни того страдания, ни той радости страдания, которые были после 16.Х.63. Хорошо ли это или плохо? Не знаю, но лучше не быть рыцарем веры, чем почти быть рыцарем веры. И еще: мне не хватало ноуменальной близости: ту, которая была, я потерял, новой не было, я искал ее не только в Боге, и это тоже была ложь, двойная: во-первых, не только: Бог ревнив, Он требует только; во-вторых, я искал не там, где надо. Так как я был не готов к этому только, Он послал мне Т. Но Он отошел от меня; может быть, чтобы я искал Его на земле. Я поднялся на небо и снова упал на землю. Я поднялся почти на небо и потому снова упал на землю. Жалею ли? Нет, потому что у меня есть Т. Грех ли это? Не знаю, ведь я был почти на небе, а почти — грех.

12 октября. В пятницу — 16.Х.

A1 и A3 — правильные формулы, A2 слишком теоретична и незаинтересованна. Но формулы G скорее формулы веры в веру, а не в Бога.

A1. Я верю в Бога.

G1. Я не верю, что я верю в Бога, потому что:

1. Вера в Бога самое трудное, невозможное и если осуществляется, то только через невозможное.

2. Как и Сам Бог, вера как то, что она есть, больше того, что она есть. Поэтому когда веришь, то

или: α) я впервые сейчас понял, что значит верить, то есть впервые поверил;

β) я вспомнил, что всегда верил, без этого не мог бы жить;

или: я недостаточно сильно верю в Бога, моя вера очень слаба, ничтожна, бесконечно ничтожно мала, почти равна нулю.

И, может, это почти сделает ее бесконечно большой.

Надо различать теоретическую, философскую веру и практическую, живую веру, веру в Бога Авраама, Исаака и Иакова. Без второй первая не вера.

И еще: A2 если не равносильно: верю Богу, то еще не живая вера. Если A2 не ответ на вопрос, не возражение на зло, например: да, еще есть Бог на небесах, то не вера, а холодное, безразличное теоретическое утверждение. И также A3 истинно, как ответ на вопрос: есть ли Бог? Да, воистину есть.

16 ноября. Я говорил: свою профессию надо знать, но не надо быть профессионалом. Я пишу ТФТ, и меня это увлекает. Три недели у меня была и вторая работа — о Бахе, вынужденная и не увлекавшая меня. В этой работе я был профессионалом, плохо знающим свою профессию, в первой — профессионалом, хорошо знающим свою профессию. На днях я затосковал: где же я? У меня не хватало времени на себя. Вчера я отказался от второй работы. Я подвел М., но он благородно освободил меня, даже без упреков, от второй работы. Вечером я думал: разве эта работа мешала мне быть с собою, я сам мешал себе. Быть с собой — значит быть с Богом. Для этого не надо писать даже ТФТ. Скорее и ТФТ мешает.

28 ноября. В вере два момента: Аа — абсолютная субъективность и Аб — соборность. Им соответствуют, хотя и не вполне однозначно: Ба — Священное Писание и Бб — традиция. Соответствие, повторяю, не вполне однозначное. Всякая религия начинается с Ба, Ба — личный момент основания религии, без личного момента нет вообще религии, даже религии без Бога — Гаутама (Сакья Муни). В Евангелии личный момент — Сам Богочеловек. Но без традиции религии и вере грозит опасность химеризма (Якоби). Кьеркегор отрицает соборность: два рыцаря веры, встретившись, даже не узнают, что собеседник тоже рыцарь веры — это уже отрицание больше половины