Суждения и беседы «Лунь юй» - Конфуций

о переправе.

Чжан Цзюй в ответ задал вопрос:

– А кто тот муж, который правит экипажем?

Цзы Лу ответил:

– Он – Кун Цю!

Чжан Цзюй:

– Не луский ли Кун Цю?

Цзы Лу:

– Да, это он.

Чжан Цзюй:

– Он знает переправы!

Тогда Цзы Лу обратился к Цзе Ни.

Цзе Ни в ответ спросил:

– А ты-то кто?

Цзы Лу:

– А я Чжун Ю.

Цзе Ни:

– Ты ученик Кун Цю из Лу?

Цзы Лу:

– Да, так и есть.

Цзе Ни:

– Потоп-хаос повсюду в Поднебесной,

кому по силам это изменить?

Чем следовать за тем учёным мужем,

кто бегает по царствам от одних людей к другим,

не лучше ль следовать за тем учёным мужем,

кто удаляется от суетного мира?

Сказал и стал боронить, больше не отрываясь от работы.

Цзы Лу вернулся и сообщил обо всём Конфуцию.

Учитель с досадой произнёс:

– Нельзя быть в сообществе птиц и зверей.

И если мне не с этой массою людской идти по жизни,

то с кем тогда?

Будь в Поднебесной Дао,

я вместе с вами был бы против перемен в стране.

XVIII, 7

Сопровождая Конфуция, Цзы Лу (Ю) отстал

и встретил на дороге старца,

нёсшего через плечо на палке корзинку.

Цзы Лу спросил:

– Не видели ли Вы моего Учителя?

Старец молвил:

– Не утруждает рук и ног,

не может различить пять злаков,

так что же это за Учитель?

С этими словами он воткнул палку в землю и принялся

собирать травы.

Цзы Лу застыл в приветственном поклоне

со сложенными перед грудью руками.

Старец оставил у себя Цзы Лу ночевать,

зарезал курицу, приготовил просо, накормил его

и представил ему двух своих сыновей.

На следующий день Цзы Лу догнал Конфуция

и рассказал ему обо всём.

Учитель сказал:

– Это отшельник.

И вновь послал Цзы Лу увидеться с ним.

Цзы Лу вернулся на прежнее место, но старца не застал.

Цзы Лу сказал:

– Не служить, значит отрицать долг.

Невозможно стереть разряды старших и младших;

тогда разве можно допустить упразднение отношений

долга между государем и подданными?

Желающие холить свою чистоту

нарушают великие принципы морали.

Для благородного мужа служба —

выполнение своего долга.

А то, что Дао не осуществляется,

об этом нам давно известно.

XVIII, 8

Отшельниками были: Бо И, Шу Ци, Юй Чжун, И И,

Чжу Чжан, Люся Хуэй, Шао Лянь[156].

Учитель сказал:

– Не поступились своими помыслами

и не опозорили себя: Бо И и Шу Ци!

О Люся Хуэе и Шао Ляне сказал:

– Они поступились своими помыслами

и покрыли себя позором,

хотя в словах у них звучала глубокая мораль,

в действиях сквозила глубокая разумность.

Этим-то они и отличались!

О Юй Чжуне и И И сказал:

– Они жили в уединении и пользовались свободой слова,

хранили душевную чистоту,

сосредоточивались на главной мысли.

Что касается меня, то отличаюсь от них сознанием того,

что можно и чего нельзя.

XVIII, 9

Придворный музыкант Чжи

отправился в Ци,

музыкант при второй трапезе Гань

отбыл в Чу,

музыкант при третьей трапезе Ляо

ушёл в Цай,

музыкант при четвёртой трапезе Цюэ

бежал в Цинь,

барабанщик Фан Шу

уплыл по водам Хэ (Реки),

игравший на маленьких ритуальных барабанчиках У

ушёл на берега Хань,

помощник придворного музыканта Ян

и игравший на каменном гонге Сян

перебрались к морю[157].

XVIII, 10

Чжоу-гун, обращаясь к князю царства Лу, сказал:

– Благородный муж

не отказывается от своей родни;

не доводит сановников до ропота, пренебрегая ими;

не бросает старых друзей без веских причин;

не требует совершенства во всём от одного человека.

XVIII, 11

В Чжоу было восемь учёных мужей:

Бо Да, Бо Ко, Чжун Ту, Чжун Ху,

Шу Е, Шу Ся, Цзи Суй, Цзи Гуа.

Глава XIX. «Цзы Чжан…»

XIX, 1

Цзы Чжан сказал:

– Если учёный муж

при виде опасности готов пожертвовать собой,

при виде выгоды думает о долге,

при жертвоприношении думает о благоговении,

при похоронах думает о скорби —

то и этого уже достаточно,

чтобы назвать его учёным мужем.

XIX, 2

Цзы Чжан сказал:

– О том, кто держит Дэ не расширяя,

кто верит в Дао не искренне,

можно ли сказать, что он есть?

можно ли сказать, что его нет?

XIX, 3

Ученики Цзы Ся спросили у Цзы Чжана,

как строить отношения с людьми.

Цзы Чжан в ответ сам спросил:

– А что говорил об этом Цзы Ся?

Ученики ответили:

– Цзы Ся говорил так:

«Водите дружбу с теми, кто подходит,

кто не подходит, тем отвод давайте».

Цзы Чжан сказал:

– Это отличается от того, что известно мне:

благородный муж почитает достойных

и великодушно относится к простым людям,

он хвалит добрых и сочувствует немощным.

Обладай я великими достоинствами,

к кому из людей я был бы не великодушен?

Не будь у меня великих достоинств,

то люди отвергли бы меня, а если так,

как я бы смог отвергнуть их?

XIX, 4

Цзы Ся сказал:

– Даже на малом пути-Дао непременно есть то,

что заслуживает внимания.

Однако, устремляясь вдаль, боюсь, на нём завязнешь.

Поэтому благородный муж на него не вступает.

XIX, 5

Цзы Ся сказал:

– Того, кто изо дня в день узнаёт то, чего ранее не знал,

и из месяца в месяц не забывает то, что смог постичь —

можно назвать философом!

XIX, 6

Цзы Ся сказал:

– Широкая эрудиция и непреклонная воля,

пытливость ума и тщательное обдумывание —

во всём этом содержится человеколюбие.

XIX, 7

Цзы Ся сказал:

– Ремесленник жизнь свою проводит в мастерской,

чтобы в совершенстве овладеть своим делом.

А благородный муж учится,

чтобы постичь своё Дао.

XIX, 8

Цзы Ся сказал:

– Совершив ошибку,

маленький человек непременно маскирует её.

XIX, 9

Цзы Ся сказал:

– Благородный муж пребывает в трёх ипостасях:

взираешь на него издалека – суров,

соприкасаешься с ним – он мягок,

а слушаешь его слова – он строг.

XIX, 10

Цзы Ся сказал:

– Благородный муж обретает доверие

и лишь потом утруждает народ,

а если пойдёт на это без доверия,

то прослывёт мучителем.

Благородный муж обретает доверие

и лишь потом увещевает,

а если пойдёт на это без доверия,

то прослывёт клеветником.

XIX, 11

Цзы Ся сказал:

– Если в великом Дэ соблюдаются нормы,

то в малом Дэ отклонения туда-сюда возможны.

XIX, 12

Цзы Ю сказал:

– Ученики Цзы Ся способны к тому,

чтобы мыть и подметать, вести беседу,

встречать и провожать. Однако это лишь вершки.

А где же корешки, их