Хранители Седых Холмов - Леока Хабарова

Яр сорвал с роскошной каганской постели простыню и набросил на плечи Преславы. Уселся рядом. Сжал кулаки и хмуро уставился на них.

— Прости.

— Ничего, я понимаю… наверное… — отозвалась она и вдруг выпалила. — Хотя, нет. Не понимаю! Ты… делаешь это ради её забавы?

Преслава выразительно кивнула в сторону дверей, за которыми полсвечи назад скрылась Айра.

— Вроде того, — честно признался Яромир. Зачем отпираться? — Она меня купила.

— Купила?

— Да. Выкупила с Кровавой потехи. — Он поймал непонимающий взгляд. Преслава явно жаждала объяснений, но Яр был к ним не готов. Не сейчас. Возможно, позже. Но только не сейчас. — Долгая история. Выкладывай, зачем ты здесь?

— Мы приехали за тобой.

От признания перехватило дух. Чего⁈

— За мной? — выпалил Яр, с трудом умещая в башку услышанное. — Мы? Кто… С кем…

Слова разбежались, как тараканы, но Преслава безошибочно уловила суть вопроса.

— Мы с Синегоркой отправились на твои поиски. Ты… ведь помнишь Синегорку?

Яромир кивнул. Как не помнить! Грудь колесом, чёрная коса толщиной в руку, крепкие икры… Разве такую забудешь? Только вот…

— На кой ляд вы за мной попёрлись?

— Нам сказали, ты в беде, — последовал бесхитростный ответ.

— Кто?

— Рыжий карлик верхом на чёрном коте, — ответ прозвучал более чем странно. — Он… просил отыскать тебя и передать кое-что. Сказал, ты поймёшь.

Яромир поглядел вопросительно.

— Цветок, — сказала Преслава. — Цветок с синими лепестками. Почти увядший.

Сердце заныло, а к горлу подкатил ком. Яр сглотнул.

— Где он?

— Прости… — княжна понурилась, и белокурые пряди упали на лицо. — Я потеряла его, когда напали солёные братья. Они подстерегли ладью у тарханских берегов, а потом…

Преслава вздрогнула.

— Не суть, — Яромир избавил княжну от необходимости говорить на больные темы. Главное, она цела. Остальное — мелочи. Сейчас важно другое. — Где держат Синегорку?

— Не знаю, — девушка сделалась совершенно несчастной и почему-то зарделась. — Меня… одну взяли.

— Слава Небу.

— «Слава Небу»? — она озадаченно уставилась, видимо, не веря ушам.

— Конечно, — подтвердил Яр с завидной уверенностью. — Синегорка успела уйти. Она на свободе и ищет тебя, а стало быть — непременно найдёт.

— Думаешь? — Преслава шмыгнула носом.

— Знаю. — Он заглянул девушке в глаза. — Синегорка своих не бросает. Никогда. Верь мне.

Княжна кивнула… и вдруг кинулась к нему на шею. Обняла крепко-крепко.

— Какое счастье, что ты жив!

На полмгновения застопорившись, Яромир обнял её в ответ. Прижал. И вдруг увидел у дальний стены…

Марий!

Полумесяц приложил палец к губам — тихо, мол — и заговорщически подмигнул. Вид у призрак был на редкость довольный.

Яр мысленно усмехнулся. Вот ведь…

Айра так и не вернулась. Вместо неё заявился каган. Мрачный, как грозовая туча.

«Понял видать, что матушка плела интриги за спиной», — подумал Яромир.

— Похоже, забавам Айры пришёл конец, — протянул Полумесяц. — Жаль. Горячая была баба! Умела зажечь.

Ледорез хмуро зыркнул на товарища. Да, уж! Легко говорить. Не ему приходилось ложиться с невольницами по первой прихоти Сиятельной каганэ.

— Поверь, я бы справился, — заверил Марий.

«Не сомневаюсь», — мысленно ответил Яромир.

— Вепрь… — изрёк Таймур без долгих предисловий. Синие глаза кагана потемнели, а Преславу, казалось, он даже не замечал. — Матушке больше не понадобятся твои услуги… и ничьи вообще.

Ледорез кивнул. Каган продолжил.

— Все её… кхм… питомцы будут распроданы, а чертог разрушен: со дня на день я возьму жену и не хочу оставлять… гнездо разврата… — мальчонка помедлил. Вздохнул. Яр заметил, что глаза у него красные. Наверное, плакал или не спал всю ночь. Скорее всего и то и другое. — Ну а ты… Станешь моим телохранителем, наставником в ратных делах и новым советником, заместо Енкура.

Яромир медленно моргнул. Вот же!.. Марий закатился хохотом. Преслава продолжала сидеть, как сидела — она явно не знала тарханского и не понимала ни слова.

Таймур молчал. Видать, ждал реакции. Пришлось говорить.

— Я воин, — сказал он. — Не политик. А ты, каган, у меня в долгу.

— Знаю.

— И обещался выполнить любое моё желание.

— Помню.

— Освободи меня.

Таймур нахмурился. Просьба явно пришлась не к душе.

— Я предложил свободу сразу, как мы вернулись в Шатры, — напомнил он. — Ты отказался.

— Всё так, — кивнул Яромир. — Но теперь мне свобода нужна. Позарез.

— Что же переменилось? — не унимался юный каган.

Яр вздохнул. Ну, что ж. Сгорел сарай — гори и хата.

— Моя женщина в беде, — выдал без обиняков.

— У тебя есть женщина?

— Да. — Ледорез понурился. — И я ей нужен.

— Это она? — парень кивнул на Преславу.

— Нет.

Каган задумался и задумался всерьёз. Он медлил с ответом целую вечность: молчание затянулось так, что Преслава нервно заёрзала. Яр нашарил её ладонь и легонько сжал, успокаивая.

Наконец, Таймур заговорил.

— Хорошо, — сказал чуть слышно. — Раз так, я тебя не держу. Отправляйся на рассвете. Можешь взять в стойлах любого коня.

Яр кивнул. Он уже знал, какого именно жеребца выберет: Енкуров воронок давно запал в сердце.

— Благодарствую.

— Что-то ещё?

— Девушка, — он взглядом указал на Преславу, и та сжалась. — Подари её мне.

— Забирай, — равнодушно изрёк Таймур. — Матушкины игрушки мне ни к чему.

Ледорез постарался изобразить нечто, напоминающее улыбку. Каган улыбнулся в ответ.

— Прощай, Вепрь. Мне будет не хватать наших тренировок. — Он развернулся, чтобы уйти.

— Постой, — окликнул Яромир. — Твоя мать… Не торопись с решениями. Пустынники могли оклеветать её.

Мальчик грустно усмехнулся и качнул головой.

— Ты и впрямь не политик, Вепрь, — сказал он. — Пустынники здесь ни при чём. Я бы никогда не отправил родную мать в башню из-за пустого поклёпа. Матушка затеяла опасную игру и проиграла. Она созналась во всём на допросе.

— Всё равно не торопись. — Яр хорошо знал, как тарханские палачи умеют допрашивать. — Всё-таки — мать.

Каган помолчал, кивнул и вышел. Преслава тут же всполошилась. В васильковых глазах смешались надежда и страх.

— Что? Что он сказал? — она вцепилась ему в руку.

— Сказал, что мы свободны, — изрёк