Хранители Седых Холмов - Леока Хабарова

— Перевести сможешь?

— Издеваешься? — Марий вскинул бровь, но тут же добавил: — Ладно. Попробую.

Он бормотал что-то, растягивая слоги так и эдак, морщил от натуги лоб и цокал языком.

— Ну? Что там? — не утерпел Яр.

— Вроде, что-то про еду.

Яромир с сомнением поглядел на товарища.

— Про еду? Точно?

— Кажется, точно, — с завидной уверенностью кивнул Полумесяц. — Надо вскормить дракона.

— Чем?

— Об этом история умалчивает.

— Хреновый из тебя толмач, — буркнул Яр.

— Какой есть! — философски изрёк Марий, ничуть не обидевшись.

Яромир растерянно почесал в затылке. Он не имел ни малейшего понятия, чем питаются кованые драконы, сидящие на чугунных башнях. Мясом девственниц? Если так, в спальне должны иметься нехилые запасы барышень в нарезке. Но ничем таким здесь и не пахнет.

Ладно. Пусть. В конце концов, это не настоящий дракон, а всего лишь светильник. А значит…

Ледорез нащупал в кармане огниво, запалил лучину и сунул в драконью пасть.

Жри.

Пламя тут же занялось. Драконьи зенки вспыхнули красным, а злополучная дверь со скрежетом въехала в стену.

— Неплохо, — усмехнулся Марий.

Яромир ответил тяжёлым взглядом и шагнул в тёмный коридор.

Глава 16

Краткий Бестиарий земель познанных и непознанных занимал почётное место на центральном стеллаже каганской библиотеки. На пурпурных кожаных корешках поблёскивали золотые буквы. Енкур так гордился своим творением, что готов был часами разглагольствовать о чудищах, демонах и удивительных существах, описанных в нём. В Яромире — тогда ещё Вепре — Служитель обрёл благодарного слушателя и заинтересованного читателя, и на радостях испросил для него полномочное разрешение посещать библиотеку. Увы, после смерти Енкура тем разрешением осталось только подтереться. Потому и пришлось отправиться за книгами среди ночи тайными коридорами.

Впрочем, все части Бестиария Ледорезу не требовались. Нужна была всего одна конкретная страница.

Третий том, вторая часть, глава девятнадцать. Вот оно…

— Не спится? — раздалось за спиной.

Погань!

Яр быстро вырвал лист и незаметно сунул в карман, а фолиант вернул на место.

— Приветствую, Сиятельная госпожа, — сказал, развернувшись.

Айра присела на резной топчан у главного входа и закинула ногу на ногу. Полумрак скрывал её почти полностью, но Яромиру удалось подметить мертвенную бледность лица, тёмные круги под глазами и кричащую роскошь наряда. В темноте алое платье казалось траурно-чёрным.

— Ищешь что-то конкретное?

Отпираться было бессмысленно, поэтому Ледорез решил соврать. О чём именно, он не придумал, а потому брякнул первое, что пришло на ум.

— Хочу знать, чем кормят драконов.

Марий прыснул в своём углу, с душой обозвав его дятлом, а Айра заметно озадачилась.

— Странный интерес.

Яромир пожал плечами. Такой, мол, я загадочный.

Каганэ поднялась и подошла ближе.

— Не там ищешь, — сказала и потянулась к верхним полкам. — Все драконовы бредни Енкур собрал в отдельных книгах. Вот они.

Она достала тяжёлый том в коричневом переплёте с золотым теснением. Раскрыла в случайном месте.

— Занятная нелепица, не более.

Яр вопросительно вскинул бровь. Айра усмехнулась.

— Енкур свято верил в эти байки, — сказала она. — Мол, в Хладных землях далеко на севере обитает некий Красный змей. Дракон, иными словами. И якобы змей этот — источник невероятной магической силы. Енкур говорил, будто сила дракона способна разорвать ткань реальности и даже остановить само время. Любой, кто до него доберётся и покорит, обретёт великую чародейскую мощь.

— Так вот, чего хотел Енкур! — проговорил Марий.

Яромир многозначительно промолчал, и Айра продолжила:

— Да, старина Енкур совершенно помешался на драконах. Но он был невероятно умён и много знал… — Она вздохнула. — Его смерть — огромная потеря. Но оставить его в живых стало бы злом ещё более губительным.

Яр снова промолчал. Мысли вихрем кружились в голове. Красный змей… Красный змей разбудит спящих… Так говорила Сипуха тогда, на погосте. А значит…

Треклятой девочке с косичками нужен дракон!

— Вот же погань!

— Ты что-то сказал?

— Нет, — соврал Яр.

Айра улыбнулась.

— Мне по нраву твоя немногословность. — Она положила ладонь на его бицепс. — И основательность тоже. Полагаю, мне надо тебя отблагодарить, верно?

— Благодарить? — удивился Ледорез. — За что?

— Меня должны были замуровать в башне, — Сиятельная каганэ продолжала улыбаться, но глаза сделались льдистыми и колючими. — Считай, похоронить живьём. Однако возлюбленный сын заменил казнь изгнанием. Это ты присоветовал?

— Нет.

— Не отпирайся, мне всё известно. В здешних чертогах уши есть даже у стен. Так что… Спасибо тебе, северянин.

— На здоровье, — буркнул Яр и зыркнул на дверь.

Сиятельная каганэ мгновенно перехватила взгляд.

— Торопишься? Хочешь уйти? Погоди немного и послушай, что скажу. — Она смерила его взглядом и заговорила быстро, твёрдо и холодно: — С рассветом меня отправят в Улхазаг. Это дыра на краю каганата, где верблюды умнее погонщиков. А мой возлюбленный сын возьмёт жену и окажется под влиянием свежеиспечённого тестя. Новая родня задурит ему голову, и мальчик наделает глупостей. Поэтому мне важно, чтобы рядом с ним остался надёжный человек, который…

— Будет вещать своим ртом твои слова, — закончил за неё Яромир.

— А ты смекалистый, — криво улыбнулась она. — Никогда бы не подумала.

— Все ошибаются.

Айра хмыкнула, прошествовала обратно к топчану и уселась среди расшитых подушек, по обыкновению закинув ногу на ногу.

— Ну так что? Когда мы сообщим Таймуру, что ты принял сан первого советника?

— Никогда, — сказал Яр. — Каган даровал мне свободу. Я ухожу.

Айра мгновение переваривала его слова, а потом заливисто рассмеялась.

— Даровал свободу? Каган? Как мило!

Яромир нахмурился. Марий тоже. Сиятельная каганэ соблаговолила объясниться.

— Каган не имеет касательства к моему имуществу, — сказала она. — И тебя, и ту девчонку, с которой сейчас забавляются мои люди, купила я. На свои собственные сбережения. И никто, кроме меня, не волен распоряжаться вами. Даже каган. Таков обычай.

Ледорез похолодел. Преслава!

— Ты ничего нам не сделаешь, — отчеканил он каждое слово. — И отпустишь. Немедля.

Айра понурилась и покачала головой.

— Видит Солнце, я не хотела причинять вреда… — проговорила она. — Ведь ты люб мне, Вепрь. Но у меня не осталось выбора: ты слишком много знаешь…

И, прежде чем Яр сообразил, что к чему, выпалила:

— Стража! Взять его!

В библиотеку