Сорняк - Евгений Вторкин

— Удивительно, что ты сам в них веришь. Я-то всегда считал тебя недоверчивым и осторожным. В чём-то даже слишком осторожным.

Мужичок нагнулся и поднырнул под пышную ветку. Ну а мне, чтоб пройти, пришлось отодвинуть её в сторону. И, когда я это сделал, то на мгновение замер от красивого пейзажа вечерней деревни.

Жёлтый свет, исходивший от окон домов, манил своей теплотой. А огоньки факелов гипнотизирующие покачивались на ветру, отбрасывая изогнутые тени. Из-за большого количество источников света казалось, будто деревня полыхает в пожаре.

Чем дольше я смотрел на освещённый путь, тем больше хотелось воспользоваться приглашением и шагнуть вперёд в объятие сказочного места. Я мотнул головой и проморгался, и мне удалось вернуть мысли в норму. Но навязчивое желание поселиться в этом месте укоренилось глубоко в сознании.

Переведя взгляд, я увидел, что Тощак сильно нервничает, спускаясь по крутой тропинке. Отчего в голове тут же сформировался вопрос:

— Слушай, а чего ты искал в лесу, что аж в такую глубь забрался?

— Искал чешуйчатые цветы. У меня материалы закончились, а доспехи доделать уже хотелось.

— Что за спешка? Зачем было так рисковать?

— Ну вот. Ты спросил и теперь сюрприза уже не получится. Хотя и мне самому уже надоело молчать. Дело в том, что в начале зимы Люба попросила меня о помощи. Она захотела сделать доспехи на всё тело, которые оградят тебя от любых опасностей. И мы всё это время трудились над ним втайне от тебя. А когда мою девочку забрали орки, я решил закончить его уже сам. Потому что она бы этого хотела.

— И ты их закончил?

— Почти. Не хватает парочки декоративных чешуек. А, вообще, считай, что закончил. Поэтому и обрадовался, что тебя встретил. Ведь дальше предстоит примерка и подгонка. Но для начала… давай хорошенько перекусим.

После того, как Тощак напомнил про еду, мой пустой желудок сжался ещё сильнее, вызывая неприятную боль, вместе с тем отбив любое желание продолжать разговор.

Оставшуюся дорогу до его дома мы проделали в полной тишине.

Сорняк — Глава 14. Пришлый чужак

Герою настолько понравилась компания причудливого старичка, что он наконец смог расслабиться и перестать отвлекаться на внутренние тревоги. Понимая, что на его волчьих плечах эта шкура смотрится как на настоящей овце, он перестал страшиться разоблачения и погрузился в непринуждённую беседу.

После вкусной трапезы мне стало настолько комфортно, что я почувствовал себя здесь в полной безопасности. Наверное, потому я без сомнений воспользовался гостеприимством старичка и остался у него на ночь, чтобы наутро вновь отведать вкусных угощений.

После завтрака он привёл меня в свою мастерскую и продемонстрировал те самые кожаные доспехи. И мне они, конечно, показались очень красивыми и крутыми, пока меня в них не запихнули и не заставили стоять в неудобной позе с поднятыми руками и раздвинутыми ногами.

Не знаю, сколько времени я так уже торчу, ожидая, пока Тощак подгонит каждую часть обмундирования… но я уже успел как следует устать. Благо, болтливая натура старичка помогает отвлечься.

— Слушай, Чад, а все арсанты такие здоровые и мускулистые?

Сегодня за завтраком я узнал, что в этом мире существует множество рас и народов, начиная от атлантов и заканчивая гномами. Теперь выясняется, что я и сам не являюсь человеком… а каким-то арсантом.

— А что ты сам знаешь о нас?

— То, что вы появляетесь по воле божьей в городах-обелисках. Рождаетесь сразу взрослыми и сильными. Ну и там же, на месте, ставят перед выбором: уйти прочь в неизвестность или до конца дней своих жить в городе на благо народа. Кстати, а ты не жалеешь, что выбрал изгнание?

— Думаешь, есть из-за чего расстраиваться?

— Конечно. Ведь тем, кто остаётся, дарят множество тайных знаний. Я слышал, что у вас там в городах-обелисках не только оружие из особых материалов, но и удивительная броня. Тонкая и лёгкая! Я вот не отказался бы поработать с такими таинственными тканями… А то за всю жизнь ничего кроме дублённой кожи, да и не трогал.

— А что ты ещё знаешь об арсантах?

— Почти ничего. Лишь то, что ты сам мне когда-то рассказывал. Хотя нет… Помню, хотел я как-то потравить крыс в мастерской, вот и спросил у Крестыча об ядовитых растениях. Так он мне тогда не только рассказал о скрытых свойствах поганок, но и пожаловался, что большая часть этой отравы, вообще, не подействует на вас. Сказал, что «арсанты невосприимчивы к болезням». И ещё он добавил, что раз я действительно надумал избавиться от непутёвого мужа своей дочери, то лучше бы мне купить нормальный яд, приготовленный мастером алхимии.

— Ну и что? Купил?

— Хах-ха, если бы я купил, то ты бы тут уже не стоял. Хех-хе… Ладно, я всё. Вроде закончил. Можешь двигаться.

Старик отошёл в сторону, давая мне пространство покрутиться на месте. И действительно. Броня сделана под меня! Движения не стесняет, и даже в местах ремешков и заклёпок ничего не давит.

Встав в стойку и попрыгав на носочках, я понял, что мне намного комфортнее в этих высоких сапогах, чем в старой обуви. Да и перчатки с накладками на кулаках так приятно сдавливают пальцы, что мне хочется их сразу же испробовать в действии.

— Тощак, спасибо тебе. Мне очень нравится.

— Ты не меня благодарить должен, а Любаню. Ладно, давай не будем о грустном. Расскажи лучше, куда сейчас планируешь? Небось даже домой заходить не станешь и сразу отправишься к старой мельнице, в подвал к своему другу?

— Не понимаю. Почему ты так сильно не хочешь, чтобы я к нему ходил?

— Если задуматься… Мы оба с тобой желаем одного и того же: чтоб Люба вернулась домой. И раз ты считаешь, что альв может хоть как-то поспособствовать с этим, то я даже готов предложить свою помощь.

— Договорились. Если что-то понадобится… я обязательно скажу.

Старичок подошёл поближе и, похлопав меня по спине, указал на дверь мастерской.

— Больше не смею тебя задерживать. Удачи, Чад…

Подойдя к выходу и уже собираясь шагнуть на улицу, я напоследок обернулся и посмотрел на улыбчивого мужичка, что продолжал махать мне в спину.

— Ага. И тебе.

Покинув мастерскую и выйдя на дорогу, я остановился и сориентировался. А пока выбирал направление, обратил внимание, что на улице нет ни одного прохожего… Видимо, в деревне