Сорняк - Евгений Вторкин

Слова парня успокоили эту странную бабочку, и она вспорхнула вверх, чтоб тут же подлететь к его лицу.

И вдруг эти двое вспыхнули. А я от неожиданности зажмурил глаза и отвернул голову, чтобы перестать испытывать боль от яркого излучения.

Неожиданное явление развеяло темноту, и теперь всё пространство подвала освещал тёплый свет исходящий от альва.

Когда мои глаза адаптировались к яркости, я повернулся и увидел парящую над его головой огненную корону, сотканную из жёлтого пламени. Но самое жуткое в преображении парня — это полыхающие глазницы, внутри которых разгорались бесконечные пожары.

Не выдержав его пристального взора, я опустил голову, но тут же сосредоточил своё внимание на коже его руки. Те символы, что раньше казались шрамами и ожогами, сейчас двигались словно живые, переливаясь огненно-жёлтым цветом.

— Чад… То есть Фарс. Подними голову.

— А?

Вновь посмотрев в его полыхающие глаза, я не увидел угрозы. Поэтому мне захотелось немного выдохнуть и расслабиться.

— Что произойдёт, если из тебя вынуть эту вещь?

Аймон поднял руку и указал мне на грудь. Прямо на то место, где находится золотой зуб.

— Моё сознание разделится на две половины. Одна часть останется в теле, а другая в — сердце.

— Интересное свойство, прямо как у паразитических организмов из глубин подземелья. Значит, можно предположить, что твоё сознание и так работает по отдельности без разделения. Если попробуешь, у тебя может получиться думать не только головой, но и сердцем.

— У меня действительно порой получается абстрагироваться и наблюдать за собой со стороны.

— Знаешь, Фарс, чем больше смотрю на тебя, тем больше убеждаюсь в своей догадке. Тебя ведь даже Хельта восприняла как угрозу… Скажи, ты ведь житель бездны? Да?

В его словах я уловил тревогу и настороженность, но всё же решил не колебаться и продолжить отвечать на вопросы правдиво.

— Сложно сказать, ведь я знаю лишь то, что смог вынести из разговора богини с Крестычем. Хельта тогда и правда упоминала подземелье. Сказала, что моя суть — это клык какого-то монстра. Но каким-то образом, когда меня похоронили в землю и начали поливать, я пророс ростком экзотического цветка.

— Растение… Так значит все эти энергетические каналы, что пульсируют обилием энергии, на деле являются корневой системой… В таком случае это действительно может сработать…

Хоть альв и смотрел на меня, но по его выражению лица казалось, что он смотрит куда-то вдаль и вообще разговаривает не со мной, а с кем-то другим.

— Эй…

— Фарс, ты напал на Чада и похитил его тело. Поэтому я считаю, что ты обязан взять на себя ответственность и помочь мне спасти его жену. Согласен?

Я понял из разговоров, что бывший хозяин этого тела собирал материалы для создания нового посоха для Аймона. И, видимо, он сейчас меня попросит найти недостающие части, которые можно будет взять у Крестыча.

— Да. Я с радостью тебе помогу в этом.

Парень улыбнулся и протянул ко мне руку, вокруг которой начали кружиться небольшие огоньки. А после рывком приблизился и дотронулся до моей груди.

— Постарайся не шевелиться…

Я почувствовал сильный жар. Казалось, что кожаные доспехи в месте прикосновения сейчас расплавятся. Но самое страшное, что я чувствовал огонь прямо на золотом зубе и видел, как на нём начинает выжигаться какой-то рунический знак.

Мне захотелось закричать и оттолкнуть пацана, но моё тело не шевелилось. Я застыл безвольной марионеткой, не в силах даже открыть рот. Единственное, что мне оставалось, — это молча наблюдать за тем, как вырисовывается символ на моей сути.

Но вскоре меня охватила паника, ведь я почувствовал, как меня начали покидать силы, словно из меня их кто-то выкачивал…

Сорняк — Глава 16. Зов приключений

Когда герой решил быть откровенным с могущественным альвом, он прекрасно понимал, что ему предстоит ответить за присвоение чужой жизни. Вот только он и представить себе не мог, что с его сутью произведут манипуляции, дабы сделать из него инструмент. Это лишь начало трудного пути, на дорогу которого его насильно подтолкнули.

Лёжа на холодном полу, я смотрел на потолок и пытался понять, что сейчас произошло. Вот только как бы я не старался, никак не получалось разобрать случившееся из-за обрывистых воспоминаний.

Помню, как к моей груди прикоснулся Аймон, а после я почувствовал сильную слабость вкупе с головокружением. Всё, что происходило дальше, полностью вылетело из головы. Вроде я не терял сознания, однако мысли мои стали вязкие и несобранные.

Повернув голову, я посмотрел на сидящего на ящике альва. У него всё так же светились глаза, и над головой полыхала корона. Он подпёр подбородок кулаком и с уставшим видом оглядывал моё тело.

Раньше, когда я смотрел на него, во мне бурлили тёплые дружеские чувства, но сейчас меня одолевает обида. Ощущение, словно меня предали.

— Что ты со мной сделал?

— Связал тебя с феей. Теперь Лан может пользоваться твоим огромным кладезем энергии.

— Не понимаю…

— Ладно, объясню по-другому. Можно сказать, что ты стал моим посохом. Находясь рядом с тобой, я смогу творить более сложные чары.

— Ну и зачем ты так со мной?.. Я думал, что мы друзья. Но ты превратил меня в свою палку!

— Моим другом был Чад! Человек, которого ты сожрал.

— Я ведь объяснял, что он никуда не делся. Я чувствую его внутри. И он недоволен тем, как ты с нами обошёлся.

Аймон уже собирался что-то сказать, но так и застыл с открытым ртом, чтобы после глубоко выдохнуть и отвести свой взгляд в сторону. Я заметил печаль на лице альва, потому решил дать ему возможность подумать в тишине, однако тот почти сразу повернулся, чтоб вновь посмотреть на меня.

— В подземелье Аргуса обитает большое количество монстров. Некоторые из них достаточно сильно напоминают животных с поверхности, но даже этих особей не стоит употреблять в пищу. Потому как в плоти монстров обитают мелкие организмы, которые устойчивы и к холоду, и к высоким температурам. Как бы долго и тщательно не обжаривали мясо, те твари всё равно выживут. И всё же находятся глупцы, решившиеся попробовать экзотические блюда, тем самым подхватившие паразитов. Поначалу кажется, что с людьми, отведавшими мясо, ничего не происходит, а эти существа никак не вредят своим носителям. Но понаблюдав ещё какое-то время, можно заметить, что эти авантюристы становятся более безрассудным и