Жаркое лето сорок первого - Рыжий

человек, и во втором, соответственно одиннадцать. С оружием тоже было далеко не всё однозначно. У каждого было личное стрелковое оружие – винтовки Мосина. Но вот самозарядок СВТ, автоматов ППД или пулемётов ДП или «Максим» не было. Не было и ротных миномётов. Поэтому старшина Нефёдов со своим ДП и ППД пришёлся как нельзя кстати. Да и мы с лейтенантом, вооруженные автоматами, тоже были не лишние.

Коротко построились. Командовал молодой молоденький старший сержант по фамилии Крошев. Он бегло доложился о наличном составе подразделения и вооружении:

-Всего двадцать три человека. Двое, красноармейцы Байрамов и Мухин, в охранении. Остальные отдыхают. Во взводе двадцать три винтовки и карабина Мосина. По тридцать пять патронов на ствол.

-С гранатами как? – Тут же уточнил лейтенант.

-Четыре РГД-33, есть две оборонительные рубашки.

-Красноармеец Поляков, сколько у тебя гранат? – Повернулся он ко мне.

-Две германские М-24 и одна оборонительная Ф-1, на крайний случай.

Лейтенант меня понял правильно, и «феньку» трогать не стал:

-Немецкие гранаты сдать старшине.

-Есть, сдать немецкие гранаты! – Вытягиваюсь я.

-Что с питанием личного состава?

-Питаемся сухим пайком уже четвертый день. Продовольствия ещё на один приём пищи. – Отозвался старший сержант.

-С обувью как?

-В основном ботинки с обмотками. У нескольких бойцов обувь скоро под замену, стерлась на марше.

-С медикаментами?

-С десяток перевязочных пакетов найдется… - Задумчиво протянул старший сержант.

Задав ещё с десяток вопросов, лейтенант Поляков ненадолго задумался, после чего начал раздавать приказания:

-Отныне, старшина Нефёдов командир первого взвода роты. Вы, товарищ старший сержант, командир второго взвода.

Названные командиры вытянулись.

-Старшина, пулемёт в первый взвод. Сами определите кому передать.

-Есть передать пулемёт!

-Дальше, вам, товарищ старшина, в первый взвод уйдёт боец Ионов. – Дождавшись, когда Василий встанет в строй взвода, командир роты продолжил. – Красноармеец Поляков будет при мне, посыльным.

-Есть! – Вытягиваюсь я.

-Остальным, проверить все свои карманы, посмотреть у кого что припасено. Боеприпасы. Медикаменты. Продовольствие. Всё в общий котёл! Ясно?

-Так точно!...

Глава 18

Знаете, насколько было приятно оказаться среди своих? Не знаете? А я знаю, но не знаю, как выразить все свои мысли по этому поводу!

Но могу сказать, что я сразу же расслабился. Исчезло гнетущее ощущение, что мы одни воюем. Приятно было видеть, что рядом с тобой не пара боевых товарищей, а целое подразделение. Сразу же появилась какая-то внутренняя уверенность.

Правда и за себя пришлось взяться. А всё почему? Да потому что привыкли мы к вольнице. А тут, оказавшись в составе подразделения, мне, так и не отслужившему даже срочную службу человеку, пришлось столкнуться с тем, что я считал маразмом и долб…ебизмом.

Вот скажите, кому придёт в голову проводить занятия по строевой подготовке в лесу? Нет, ладно, чёрт с ним, с лесом – в тылу противника!

А вот моему предку, лейтенанту Полякову пришло! И гонял он всех.

-Ногу! Ногу тянем! – Грозно приговаривал он, подходя к очередному бойцу, который, по его мнению, расхлябанно и не старательно делал упражнение.

Стоит ли говорить, что уже к концу первого дня я едва не взвыл от злобы?

Вот только «парадо-мания», как назвал происходящее я, захватила буквально всех. Как итог, на вторые сутки нашего путешествия, как минимум час строевой подготовки был обеспечен всем ходячим бойцам сводной группы полкового комиссара Фоменко. И сделано это было с единственной целью – поддержать дисциплину, показать, что мы все не окруженцы, а бойцы и командиры регулярной Красной Армии.

Нет, может быть оно и правильно, но желания заниматься строевыми экзерцициями у меня не было – это в двадцать первом веке приятно посмотреть на красиво марширующих солдат на параде Победы на Красной Площади, а не самому маршировать по летней жаре, под счёт злобного лейтенанта Полякова.

По правде говоря, дел было много: это и сбор боеприпасов с провизией, и каждодневные марши, и, небольшие вылазки с целью «пощупать немца за вымя», как наши небольшие операции прозвал один из бойцов. И всё это – параллельно с переходом на восток.

Нет, боевой подготовкой тоже занимались. Так, на привалах мы изучали разнообразное трофейное вооружение. За эти пару дней в моих руках чего только не побывало – начиная от пистолета и заканчивая трофейным противотанковым ружьём. Конечно, владеть всем оружием у меня вряд ли бы вышло на должном уровне, но перезарядить и устранить задержку в выстреле, при должном желании, я бы смог.

Опять же, кое-чем из своих навыком и мне удалось поделиться с бойцами – были среди красноармейцев те, кто с трудом мог читать, а писать не мог вообще. Нет, ну а что я хотел? В роте, которой стал командовать лейтенант Поляков, больше половины личного состава оказались выходцами из разнообразных среднеазиатских республик: киргизы, узбеки, казахи и чёрт знает кто ещё. Уже хорошо, что они по-русски хоть чуть-чуть понимали.

Вот русским языком я и стал с ними заниматься.

Вообще, времени на занятия русским языком было очень мало – около часа, перед отбоем, когда отряд вставал на ночевку.

Стоит сказать, что второй танк нам пришлось бросить ещё в тот же день, когда мы объединились с отрядом полкового комиссара – у лёгкой машины банально кончилось топливо. Танкисты напоследок только и сделали, что шуганули несколькими снарядами, выползший было на дорогу немецкий грузовик, после чего боевая машина просто застыла на небольшом пригорке, и, так и осталась стоять памятникам, напоминая, на чьей земле находятся немцы.

Нет, танкисты тоже молодцы – пулемёт сняли, машину заминировали. Целым этот танк врагу теперь точно не достанется…

За размышлениями о прошедших днях я не обратил внимания на происходящую вокруг суету. Поймав взглядом одного из пробегавших рядом бойцов, спрашиваю, что же такое случилось. Красноармеец, в чьих руках пулемёт ДП казался игрушкой, тут же меня просветил:

-Мост брать будем!

У меня нервно засосало под ложечкой.

Мост – это серьёзно. Мост – это сложно.

Особенно – этот мост.

Вернее, сразу два. Автомобильный и железнодорожный. Через достаточно большую реку с топкими берегами. И находятся эти мосты на расстоянии сотни метров друг от друга. Если автомобильный мост, простой, деревянный, но способный выдержать автомобиль. А вот второй – каменный, постройки, наверное, конца прошлого-начала этого века.

Но хуже всего, что мосты эти были укреплены. Причём ещё при советской власти. И укреплены на совесть: пара пулемётных ДЗОТов, линия полноценных окопов в полный рост, чуть на отшибе – позиция зенитного