Стихотворения в пяти томах - Мирра Александровна Лохвицкая

Дыханием своим весь мир земной,

Как мощный гимн неведомому Богу,

Как торжество ликующей любви.

ГИАЦИНТ:

Меня ты любишь, дивная, скажи?

(С ветром доносится замирающий звон).

БАЛЬКИС:

Люблю ли я?.. Ах, слышишь эти звуки?!

Мой караван ушел… они забыли,

Они в пустыне бросили меня!

ГИАЦИНТ:

О, горе нам, Балькис!

БАЛЬКИС:

    Не бойся, милый,

Они придут, они придут за мной.

ГИАЦИНТ:

А если нет?

БАЛЬКИС:

    Оторваны от мира,

Мы будем здесь блаженствовать вдвоем.

ГИАЦИНТ:

Но мы умрем от голода и страха,

Погибнем мы!

БАЛЬКИС:

    Вернется караван.

Пойми, дитя, царица – не былинка;

Теперь ли, днем ли, вечером, – но все ж

Рабы мое отсутствие заметят.

Не бойся, друг, они придут за мной.

И мы тогда предпримем путь обратный,

В мою страну я увезу тебя.

Я разделю с тобой мой трон великий

И возложу на кудри золотые

Бессмертием сияющий венец.

Но ты меня не видишь и не слышишь?..

Мой Гиацинт, взгляни же на меня!

ГИАЦИНТ:

Ты – женщина, я слаб и безоружен…

Мои друзья забыли обо мне…

Мы здесь одни в пустыне беспредельной,

Где дикий зверь нас может растерзать.

Погибнем мы!

БАЛЬКИС:

    Они придут, мой друг!

Виновна я. По моему веленью,

С рассветом в путь собрался караван.

«Вы для меня ковров не расстилайте», –

Сказала я, – «верблюдицу мою

Оседланной оставьте эту ночь.

Я возвращусь под сень узорных тканей.

На мягкий одр, меж двух ее горбов,

И там усну». – И думая, что я

Спокойно сплю в шатре моем походном,

С рассветом в путь собрался караван.

А я…

ГИАЦИНТ:

    Как ты была неосторожна!

БАЛЬКИС:

А я, склоняясь на жаркие мольбы,

На красоту твою залюбовалась,

Заслушалась твоих речей волшебных

И, все забыв, осталась здесь в пустыне.

Любить тебя и умереть с тобой.

ГИАЦИНТ:

О женщина! Меня ты упрекаешь.

БАЛЬКИС:

Опомнись, друг!

ГИАЦИНТ:

    Нет, не ошибся я,

Упрек звучал в твоих словах так внятно.

Я чувствую, меня ты ненавидишь…

Скажи, я прав?

БАЛЬКИС:

    Безумец, замолчи!

Твоя тоска мне сердце разрывает…

О, если бы ты знал!..

(Крики за сценой): корабль, корабль!

ГИАЦИНТ:

Спасение! Свобода! Боги, боги!

Прости меня, будь счастлива, Балькис…

Иду, бегу!

БАЛЬКИС:

    А я? Ты шутишь, милый?

Иль хочешь ты меня покинуть здесь

Одну, среди песков необозримых!..

Не правда ли, ты шутишь, Гиацинт?

ГИАЦИНТ:

Бежим со мной, моей женой ты будешь.

БАЛЬКИС:

Твоей… женой?.. Иль ты забыл, кто я?

ГИАЦИНТ:

Ты для меня останешься царицей.

(Крики за сценой): корабль, корабль!

Бежим, моя Балькис!

БАЛЬКИС:

Бежать с тобою мне… царице Юга?

Ты надо мной смеешься, Гиацинт!

Могу ли я оставить мой народ,

Мой край родной, завещанный отцами,

И странствовать развенчанной царицей,

Утратившей и царство, и престол?

ГИАЦИНТ:

Так оставайся. К вечеру наверно

Твой караван вернется за тобой.

БАЛЬКИС:

О, да, мой друг, я верю, он вернется, –

Но ждать его беспомощной, одной,

Затерянной в пустыне бесконечной,

Ужасно мне. О, подожди со мной!

(Крики за сценой): корабль, корабль!

ГИАЦИНТ:

    Прости, идти я должен,

Ты слышишь зов товарищей моих? –

Корабль уйдет, и если я останусь,

А караван замедлится в пути

Иль, может быть, и вовсе не вернется,

То…

БАЛЬКИС:

    Ты меня здесь бросишь умирать?

ГИАЦИНТ:

Прощай, Балькис нет времени мне больше.

БАЛЬКИС: (опускаясь на колени)

О, милый друг, взгляни, как я слаба!

Смотри, тебя молю я на коленях,

Великая, склоняюсь пред тобой.

ГИАЦИНТ:

Царица, встань!

БАЛЬКИС:

    Я больше не царица!

(Сорвав, бросает свой венец).

Я – женщина. Не покидай меня!

(Крики за сценой): корабль, корабль!

ГИАЦИНТ:

Я не могу остаться.

Будь счастлива, забудь, не проклинай!

БАЛЬКИС:

Хоть что-нибудь скажи мне на прощанье,

Что я могла бы в сердце сохранить!

ГИАЦИНТ:

Ты дорога мне.

БАЛЬКИС:

    Только-то, не боле?

ГИАЦИНТ:

Мне никогда не позабыть тебя.

БАЛЬКИС:

И это – все? – Довольно, о, довольно!

Да сбудутся веления судеб.

(встает).

Ты прав, дитя. Подай мне мой венец.

ГИАЦИНТ:

Ах, лучший перл потерян в нем.

БАЛЬКИС:

Так что же?

Возлюбленный заменит мне его

Сапфиром ясным, синевы небес,

Иль мало у него сокровищ ценных?

Как ты смешон. Подай мне мой венец.

ГИАЦИНТ:

Прощай, Балькис.

БАЛЬКИС:

    Как ты назвал меня?

ГИАЦИНТ:

Моей Балькис.

БАЛЬКИС:

    Перед тобой царица.

Простись же с