Война - Андрей Сергеевич Минин

— Мы молились за тебя, когда тебя услали из столицы. Извини, что не писали, но твои родственники не дали нам адрес, а сам ты не написать, не позвонить не удосужился, — с упреком выговорила мне тетя Таня.

— На меня тогда многое навалилось.

— Да, да, конечно, — поспешила она сменить гнев на милость.

— Уговорили, — улыбнулся я им. — Побегу к риэлторам. Нужно же где-то жить, — показал я им свои вещмешки за спиной, — пока я в Москве так уж точно. Лучше так чем скитаться по гостиницам. Да и родовое гнездо все же.

— Так ты тут временно?

Я кивнул.

— Собрание боярской думы. А потом домой, в Сибирь. Там и продолжу службу командиром роты.

— Тогда не будем тебя задерживать. Ты как закончишь, заходи к нам вечерком. Хорошо? Думаю, еды в усадьбе нет. Не сиди голодным, — побеспокоилась обо мне тетя Таня. — Придешь?

— Ладно. Зайду. И спасибо.

Попрощавшись, я пошел в сторону конторы «Счастливый город».

Риэлторы очень обрадовались моему приходу. Говорили много, но не по делу. Бумаги под подпись подсунули быстро и выпроводив меня за порог, кажется, закрыли дверь с той стороны.

Я вернулся к воротам поместья и нажал на брелке с ключами, который мне выдали как новому владельцу, кнопку. Ворота на электрической тяге начали открываться, и я с замиранием сердца переступил порог территории нашей усадьбы. Закрыв ворота, я начал осматриваться.

В документах написано, а я уже позабыл точную цифру, но теперь уже моя усадьба занимает больше четырехсот соток земли. Огромная территория. Тут и свой сад, и свой кусочек леса. Огромный пруд, напоминающий озеро, много хозяйственных построек, деревянная усадьба, скрытая за многовековыми елями, соснами и дубами, и конечно, самое главное для меня — собственное кладбище для членов семьи, с могилой мамы. Наверно я и купил то поместье больше по этой причине, чем по другим. Все же моя жизнь здесь не была легкой.

Я шел именно к нему, игнорируя все остальное. Кладбище располагалось в небольшом лесу, о котором я уже говорил. Окруженное соснами и березами, оно выглядело ухоженным. Слуги постарались. Искать могилу не пришлось. В прошлом я бывал здесь каждый день.

— Мам, — присел я на колени рядом с гранитной плитой, убрав с нее осыпавшиеся сверху шишки и старые ветки.

Все свои секреты я мог доверить только ей. Два часа времени я пересказывал ей все, что со мной произошло, пока окончательно не охрип. И меня отпустило. То напряжение что скопилось во мне после полета во Францию ушло. Слез не было. Только тепло на душе. Встав с колен и поклонившись могиле мамы, я пошел в сторону усадьбы. Пора разобраться, что там за проклятье на нем висит.

Первым делом я обезопасил себе путь отхода из дома. Знатно наверно соседи удивятся, когда заметят, как на моем участке растет огромное дерево, выше десятиэтажного здания. Да. Я использовал форму «лес». Земля затряслась и вверх как на дрожжах поперло неизвестное науке гигантское растение, на котором росли такие же гигантские вечнозеленые листья. Средоточие опустело, в груди кольнуло болью, а на деревце расцвели диковинные цветы, которые я сразу закрыл, чтобы не нанюхаться сонного порошка, что они распространяют. И хоть я сейчас и пуст, воля осталась при мне. Много с ней не навоюешь, но воевать я и не собирался.

Дверь в дом была сломана и валялась рядом с крыльцом. Скрипнули полы под ногами. Все они были перепачканы грязью. Здесь шастали сотни людей, оставляя свои грязные следы. Это напоминание мне о штурме поместья. В прихожей пахло свежестью и еловыми ветками. Я пощелкал выключателем, но свет не горел, тогда я пошел к щитку, что под лестницей и проверил пробки. Как я и думал, автоматы были выключены. Я щелкнул ими и свет появился.

Да. Еще день. Но все шторы занавешены плотной тканью, да и в подвале окон нет, а мне как я подозреваю туда. Все свои эксперименты моя родня проводила там. И там же располагалась лаборатория Людмилы. Но сперва я обошел весь дом. С четвертого этажа до первого. Шел и вспоминал, как падал вот с этой лестницы или как на меня скинули вон тот горшок с засохшим из-за отсутствия полива цветком. На горшке все еще видна вмятина. Спасибо за все братьям с сестрой.

Дом был огромен. Здесь проживали все Смирновы. Одних спален больше ста. А еще есть зеленая, синяя и красная гостиные. Четыре зала для приема пищи. Две кухни. Одна для приготовления еды для слуг и одна для господ. Детские комнаты отдыха. Две оранжереи. Астрономическая комната. Четыре спортзала. Массажный кабинет. Кинотеатр. Рабочие кабинеты. Библиотеки, как я и думал — пустые. Книг на полках не было. Да и вообще по первому впечатлению пропало все, что можно выгодно продать. Остались лишь портреты предков, развешенные на стенах и мебель, что выглядела подешевле. Исчезли вычурные диваны с позолотой из красного дерева.

Пока никакого проклятья я не заметил. Чтобы обойти весь дом исключая подвал мне понадобилось больше часа времени, но это того стоило. Я теперь полностью осознавал, как же много надо сделать, чтобы привести это место в нормальный вид. Придется нанять слуг и оставить их здесь, иначе в следующий раз я снова заеду в холодный, не протопленный дом, с пауками по углам и разбитыми стеклами в некоторых комнатах. Не говоря уже о слое пыли.

В подвал я спускался с осторожностью. Он у нас двухуровневый. Первый уровень это парковка, склад, погреб для продуктов и вина и другие хозяйственный помещения. Здесь все было в порядке. А вот на втором уровне, еще при входе, я уловил эманации призрачной силы, той самой, которой я и сам владею. Я шел по той ниточке, что связывала меня и источник этой силы в доме. Прошел мимо лабораторий членов семьи и огромного количества засохших кровавых пятен на полу. Нить, по которой я шел, привела меня к угловому помещению. Табличка на двери говорила мне, что это комната зарезервирована за