Огонек в пустыне - Любовь Фёдоровна Ларкина

Где руки с берёзкой обняться спешат,

А губы опять целоваться велят –

Всего понемногу, а всё — через край!

Так, где же та мера? — Пойди, угадай!

РОССИЯ

О, Россия моя деревянная,

При царе ещё, очень давно

Рожью славилась окаянная

И кормила полмира зерном.

Скудным был инвентарь на деревне:

Лошадь сытая, кнут да соха,

Да ладони мужицкие, верные,

Да с серпами и мать, и сноха.

Но поди ж — богатела Россия!

Одевалась не хуже других.

Лошадёнку свели, не спросили –

Разорили крестьянина вмиг!

И чужие, бездельников руки

Разбазарили щедрость земли,

А народ терпит беды да муки.

До чего же народ довели!

Под железною, чёрной пятою

Оскудела страны борозда.

Ты с протянутой ходишь рукою,

И смеются в лицо господа…

ПЕСНЬ О РОССИИ

Дай я песню тебе пропою

О далёкой и снежной России,

О туманах её. Там в зарю

Дым из труб подымается синий.

Закружится вдруг лёгкий снежок,

Укрывая дома и дороги,

И глядит из-под снега стожок,

И салазки уже у порога.

Дни пройдут — расшалится поток

Днём апрельским под крики сороки,

С белых яблонь слетит лепесток,

И опять будет небо высоким.

Там ромашка на каждом лугу,

Жёлтый лютик у каждой тропинки…

О России вам песню пою,

На глаза набегают слезинки.

https://www.pngwing.com/ru/free-png-brmli

ПРОБУДИ!

С чёрной ягодой сладкой, как мёд,

За высоким дувалом тутовник.

Кто-то долго кого-то зовёт,

И в чернильных цветах подоконник…

А я помню себя у дорог.

Равнодушное небо сочилось,

Прах земли шевелился у ног…

Для чего и зачем я случилась?

Из теней предстояло восстать,

Утопизм коммунизма развеять,

Удалить с наших мыслей печать,

Да и маски сорвать с ротозеев.

Но покорность животную снять

И безликую стадность разрушить

Нелегко! Дай нам, Бог, устоять,

Пробуди к созиданию души!

https://www.pngwing.com/ru/free-png-zehdq

ЖАЖДА К ВОЛЕ

С непонятною жаждою к воле

Я стремилась уже с детских лет,

Убегая то к речке, то в поле,

То в снега, то в густой первоцвет.

Я свободной рассветы встречала

Далеко от мирской суеты,

И ласкал меня ветер случайный,

Под ногами пестрели цветы.

Как загадочно таяли дали,

И стрижи рисовали витки.

Те просторы родными мне стали,

И свиданья те были сладки.

Вечерами чарующий голос

О любви своей пел мне в тиши,

И шептал что-то вызревший колос,

И манили отроги вершин…

ПРОХОЖИЙ

Прошло суматошное лето

С ветрами, с холодным дождём…

Я верю, что солнышко где-то

И прячут его под зонтом.

Поля перемокшие стынут…

Вот хлебный не убран клочок:

Увязли на нивах машины…

Эх! Солнышка хоть бы глоток!

В душе моей так же уныло,

И зябкость всё та же во мне.

Прохожий, ты душу мне вынул,

Потом уронил прямо в снег…

ВЫСТОЯТЬ

Разъярённые, дикие волны

Всё крушили, ломали, топили.

Сколько мужества нужно и воли,

Чтобы выстоять против стихии!

Вал за валом немереной силы

Твердь и небо собой пеленали.

Но пощады у них не просили

Неприступные, гордые скалы.

Только ропот громовый да стоны

Сотрясали вокруг всё живое…

В этот час умереть? — Так достойно!

Ну а выстоять — дело святое!

ИЗ ТЬМЫ ВЕКОВ

Я чувствую, как подымалась

Из тьмы отшумевших веков,

Как жизнью душа наслаждалась

В безбрежье созвездий и слов.

Как гибла она под ветрами,

Как криком к рассвету рвалась,

С какими мечтами и снами,

И с горькой судьбою срослась.

Я помню, как небо менялось,

Менялись наречья и быт,

Как предки друг друга пленяли,

Чтоб род свой разбойный продлить.

Там вечные распри и склоки

За скот, за угодья, за жён…

Но всё ж таки мирные соки

Впитала я с кровью племён.

ДОЖДАЛИСЬ?

Мы ждали солнца! Ждали лета!

Но оказалось, что весна

Ещё в снегах блуждает где-то,

И даль, как прежде, не ясна!

Вновь на душе тревожно, смутно:

Куда, зачем и как идти? –

Казалось, что настало утро,

Но мрак, как прежде, впереди!

БАБУШКА

Как-то в вешний день

Бабушка моя

Принесла сирень –

Саженцев штук семь.

Года через три,

Когда пел апрель:

«Ой, смотри, смотри:

Зацвела сирень!»

Белая, как снег,

Как невест парад –

Целых семь подруг

Выстроились вряд».

И всплакнула вдруг

Бабушка моя:

«Годы так бегут,

Их вернуть нельзя!

Это словно я

Средь подруг стою

На рассвете дня

В молодость мою»…

НЕ ЗНАЮ!

Земные дороги меня утомили,

Людские тревоги разъяли меня.

Не знаю, как справиться с этой стихией?

Какая меня ожидает стезя?

Вновь ветер колючий за окнами рыщет

Ищейкою гнусной, расправой грозя.

Его опасаться? –

Да пусть себе рыщет:

Свободу уже разлюбить мне нельзя!

В ЮБИЛЕИ

Дни летят, бегут недели,

Поездами мчатся годы.

Встречи, как цветы, пестрели,

Невзирая на погоду.

Потихоньку, даже кротко

Юбилеи настигают!

Длинный путь или короткий –

Мы перечить им не станем.

Ни закуски, ни напитки,

Ни желанные подарки

Не исправят нам ошибок,

Не вернут объятий жарких.

Юность! Юность где-то рядом,

Как звезда, сквозь юбилеи

Просочилась нежным взглядом,

Светлую мечту лелея.

РАЗДРАЖЕНИЕ

Мой голос тебя раздражает

И песни мои озорные,

Как будто они угрожают

Пустыне, где нравы дурные.

Ведь там, где нет места под небом

Певцу, сад не полнится мёдом

И дом не богат будет хлебом,

А сын уродится уродом.

Там в море не водится рыба,

В горах не пасутся отары,

Не камень, а целая глыба

На струнах немого дутара.

Певец там и рта не откроет,

А звук не попросится к Богу,

Безрадостным будет застолье,

Где нищий певец у порога.

Кто смеет в весеннюю полночь

Отречься от чар соловьиных,

Тому в сердце вспрыснули горечь,

И крылья его опалили…

Мой голос тебя раздражает,

Как будто прошу чаевые,

Но мне, кроме дней урожайных,

Неведомы мысли иные.

А мне б только песня слагалась,

Да голос звучал серебристый,

Чтоб было не много, не мало

Ещё впереди дней лучистых.

Чтоб жизнь, вся пропитана маем,

Наполнилась счастьем и болью…

Мне — только бы радость земная

Да всё, что зовётся любовью!

Я ВЕРЮ!

Я верю в туркменскую мать:

Она не позволит поднять

Руку на дружбу людей

В угоду безумства идей.

Я верю в седых стариков:

Они не загубят ростков,

Что в душах взошли по весне

На щедрой туркменской земле.

Поверить хочу в молодых,

Женатых и холостых,

В джинсах и кетени*,

Что добрыми станут они,

Что мир будет в юных сердцах,

Любовь,