Книгоед - Владимир Константинович Пузий

— Не твое дело. Лучше проследи, чтоб к завтрашнему утру все было готово.

— Вот на этот счет можешь не волноваться. Но… ты бы лучше оделся, а то потеряешь авторитет среди служащих.

Натху (так называли Маугли люди) криво усмехнулся:

— Главное, чтобы я не потерял авторитет у животных. А служащие? Уволим их, как только вернемся в город. Там наймем других.

Он посмотрел на управляющего — тот не выдержал, отвел взгляд в сторону.

«Что-то не пойму, в чем тут дело», — опять заговорил в голове у Маугли чей-то голос.

Стараясь на замечать этого, Натху заявил:

— Завтра днем я приведу первую партию.

— Хорошо. Все будет готово. — Управляющий посмотрел на рабочих. — Успеем.

А когда обернулся, Маугли уже уходил в лес.

…Удобно устроившись на одной из веток могучего дерева, он заночевал прямо в джунглях. С рассветом же спустился вниз и побежал к заброшенному городу, который животные называли Холодными Берлогами.

Именно это место облюбовали для своих игрищ Бандар-Логи.

— Эй, Обезьяний Народ, — крикнул Маугли, выйдя на середину площади заброшенного города. — Дело есть!

Что тут началось! Обезьяны подняли дикий крик и, толкая друг друга, ринулись на площадь.

Дело в том, что никто в джунглях не обращает на Бандар-Логов внимания. Они не знают Закона, едят все без разбору, живут без вожака и ни о чем не помнят. Народ джунглей не водится с ними.

Вот почему Бандар-Логи так обрадовались. Сам Маугли заговорил с ними!

— Я знаю место, где можно хорошо повеселиться. А кроме того, как следует поиздеваться над людьми, — сказал Маугли.

Это заявление привело Обезьяний Народ в восторг. Для них ведь нет ничего лучше, чем праздное веселье. А если к тому же можно безнаказанно поиздеваться над Безволосыми, которых обезьяны не любят и боятся, то о чем еще можно мечтать в их однообразной и не такой уж радостной жизни?!

— Веди! Веди нас скорее!

И Маугли повел Обезьяний Народ в деревню. Правда, не так уж много Бандар-Логов осталось с ним к тому моменту, когда они оказались у края джунглей. По мере продвижения обезьяны стали отвлекаться и отставать: кто заметил большой орех, кто остановился почесаться, а догонять ушедших вперед не захотел; некоторые и вовсе занялись своими делами, напрочь забыв, зачем они ушли из Холодных Берлог.

Дошедшим до конца Маугли сказал:

— Видите, люди плетут большие ящики? Если разом накинуться на строителей, те в страхе разбегутся. А самый хитрый и смелый Народ в джунглях сможет вдоволь поиздеваться над Безволосыми, ломая ящики. Только ломать нужно изнутри — снаружи эти плетенки крепкие, как скала.

Бандар-Логи одобрительно загудели.

— Вперед! Я с вами!

И обезьяны, возглавляемые Маугли, с криком и визгом кинулись на людей. Как и было обещано, те в страхе разбежались. Глупые Бандар-Логи залезли в клетки и принялись грызть прутья.

Тем временем люди увидели, что с обезьянами пришел Натху, и догадались о ловушке, которую он приготовил. В мгновение ока все клетки с обезьянами были заперты.

— Как это ты умудрился заманить столько обезьян? — восхитился подошедший к Маугли управляющий.

— Я сказал им, что они смогут вдоволь поиздеваться над людьми.

— Ха-ха-ха, — рассмеялся управляющий. — Пусть теперь издеваются. Белым людям в городе очень понравятся обезьяньи шутки!.. Кого теперь ты приведешь, Натху?

— Увидите.

Маугли не стал смаковать свою победу. Молча развернулся и скрылся в джунглях.

— Зачем тебе эти глупые Бандар-Логи, Маленький Брат? — удивлялись вечером волки.

— Настало время очистить от них джунгли.

— Стоит ли утруждать себя? Мы и так не обращаем на них внимания. Да и истребить невозможно — так их много.

— Ничего, — только и ответил Маленький Брат.

А в голове у него опять отозвался чужой голос: «Ничего себе! Что-то не очень похоже на того индийского подкидыша, о котором писал Киплинг!»

И снова Маугли только поморщился.

— У тебя в голове что-то совсем другое, — глядя в сторону, произнес Серый Брат. — Ты задумал какую-то хитрость?

Маугли почесал затылок:

— Честно говоря, да. Не очень-то мне хорошо в человечьей стае. Не хватает Братьев, джунглей, не с кем поиграть, как это бывало у нас раньше.

— А зачем тебе Бандар-Логи? — повторил вопрос Серый Брат. — Неужели ты будешь играть с ними?

— Ну а с кем же еще играть? С собаками?

Маугли ответил на вопрос Серого Брата с такой горечью, что тому стало стыдно.

— Почему же ты тогда не вернешься в джунгли?

— Я уже возвращался. И ничего хорошего из этого не вышло. Свободный Народ не желал, чтобы я жил с ним.

— Но, Маугли, неужели тебе интереснее играть с Бандар-Логами, чем с нами? — удивился Серый Брат и лизнул Лягушонку пятку.

— А разве вы пойдете со мной?

Волк надолго задумался.

Но Маленький Брат не стал дожидаться ответа. Он поднялся и медленно пошел в направлении селения Безволосых.

Через некоторое время его догнали четыре волка.

— Мы пойдем с тобой, — за всех сказал Серый Брат.

Маугли отвернулся, делая вид, что прячет слезы благодарности.

— Но вам придется посидеть в клетке.

— Как скажешь.

Люди, занимавшиеся постройкой клеток, увидели, как из джунглей вышел Натху в сопровождении четырех волков, и уже по привычке побежали прочь.

Маугли довел своих Братьев до клетки, пропустил их вперед и захлопнул замок. К нему тут же устремился управляющий:

— Отличная работа! Как тебе только это удается?!

— Не все ли равно? Скоро у нас будет много животных. Разных. Распорядитель удайпурского зверинца заплатит достаточно денег…

Несчастные волки не понимали человеческого языка, поэтому сидели в клетке спокойно, никак не реагируя на предательство своего Маленького Брата.

«Елки-палки, — возмутился в голове у Маугли чужой голос. — Да он же всех друзей продаст!»

Натху дернул головой, словно отгонял назойливую муху.

И вдруг на опушке, у самого края джунглей, появился Эмка Солдатов. Ущипнул себя за руку, скривился и забормотал:

— Сон… Сон… Это мой сон… И это опять я виноват! Бедные животные!.. Продаст… Что же делать?

Он упал в траву и горько заплакал.

Глава десятая,

в которой священная кобра знакомится со Странным Братом, а Эмка — с Полосатой Сестрой

Священная кобра внимательно наблюдала за тем, что творилось в деревне. Старой змее очень не нравились перемены в жизни двуногих. Вроде