Вороная - Анна Рыжак

Еще мгновение, и отец Зои перехватил рукав и вытащил паренька. Да это же лучший друг Мишки Трубачевского — Никита Апраксин! Зоя всплеснула руками — неужели они с Мишкой решили опробовать плот на большой реке?

Кофейный хаски поплыл за вторым мальчиком, которого уже начало уносить течение.

— Буран! Тащи его сюда! — кричал Ефим Петрович.

Пес тянул в зубах черную куртку, из-под которой виднелась синяя школьная форма с серыми пуговицами. Вот и рыжие волосы замаячили над серыми волнами. Это был Мишка!

Ефим Петрович вытащил и второго школьника на берег. Все произошло так быстро, что Зоя стояла в оцепенении, приложив руки ко рту.

Буран отряхивался от студеной воды.

— Зойка! Делай со вторым мальцом вот так, — отец показывал, как делать искусственное дыхание.

Зоя нагнулась над Мишкой, зажала ему нос и начала вдувать воздух в рот. Несколько минут спустя оба мальчика начали выплевывать воду и откашливаться, задыхаясь от воздуха. Для надежности бывший солдат похлопал по их щекам — то ли чтобы взбодрить, то ли в качестве наказания за чрезмерную беспечность.

— Ай, мальцы! Иртыш — река могучая, утянет в свою пучину и унесет с течением на несколько километров. Хорошо, что Буран вас заметил! И вода еще ледяная. Скорее всего, из-за нее вы не смогли сами выплыть — тело сковал холод. Так или нет? О матерях своих подумали? — вразумлял он едва приходивших в себя мальчишек.

Зоя сидела над Мишкой и качала головой в недоумении. А он, увидев ее строгое, но в то же время взволнованное лицо, едва улыбнулся.

***

Ефим Петрович остался с мальчишками, Буран лег у его ног на холодную землю. А Зоя побежала к дороге, чтобы остановить первый попавшийся транспорт, чтобы быстро доставить мальчиков в мокрой одежде в тепло. Ей повезло, по дороге ехал мотороллер «Муравей» с пустым багажником. Парень остановился на ее сигналы.

— Чего тебе? — спросил молодой человек, заглушив мотор.

— Помогите! Там два мальчика чуть не утонули, мы с папой едва успели их вытащить! Отвезите их, пожалуйста, домой! Они совсем продрогли в мокрой одежде! — сбивчиво кричала Зоя, указывая на кусты возле набережной.

Юноша взволнованно побежал к берегу на подмогу. К этому моменту мальчики уже пришли в себя и рассказывали Ефиму Петровичу, что хотели испробовать новый плот, как в романах Жуля Верна, на что тот качал головой. Подоспевший парень помог им приподняться, по очереди он отвел каждого к мотороллеру и помог забраться в багажник. Благо, ехать было недалеко.

Зоя, Ефим Петрович и Буран смотрели им вслед.

— Молодец, Буран! — Зоя потрепала собаку за ухом.

— И ты тоже! Не растерялась, правильно сделала искусственное дыхание и не дала погибнуть человеку.

Только сейчас Зоя опомнилась, что практически поцеловала нравившегося ей Мишку Трубачевского, отчего краска залила ее лицо. «Надеюсь, он этого не вспомнит», — думала она, опустив взгляд на перепачканные песком ботинки.

— Идем домой, ты совсем промок, папа.

— И Буран тоже…

Кремлёвы подошли к старинному каменному особняку.

Зоя случайно взглянула на номер дома. В водовороте неожиданного события, ворвавшегося в ее жизнь, она уже и забыла, что в порту раздумывала над числовым кодом. На доме висела табличка с номером 3!

«Первая цифра — это номер дома! А ноль? Это то, что находится под единицей! Под первым этажом! Получается, ноль — это подвал?» — осенила ее мысль. — «А что такое восемь и два? Надо будет выяснить завтра!»

Глава 16. Это все-таки правда!

Тобольск, 1975

Солнечным апрельским утром семья Кремлёвых сидела за завтраком в гостиной. Посреди стола стоял самовар и пыхтел густыми клубами пара. На большом блюде возвышалась большая горка румяных лепешек, в стеклянных тарелочках светилось рубиновым светом варенье.

— Наш архив в Шведской палате сейчас набирает специалистов по рванью бумаги, — рассказывала Исталина мужу, размешивая сахар в чашке.

— И что требуется делать? — поинтересовался Ефим Петрович, обмакивая лепешку в малиновый джем.

— Вырывать из дел чистые листы. Бумагу будут отправлять в учреждения города. Там сейчас такой беспорядок! Не представляешь! Бумаги — по колено. Рабочие ходят в сапогах по документам. Заведующий сказал, что архив в этом здании скоро ликвидируют и откроют там музей. В верхнем помещении уже разместилась мастерская реставраторов и фонд археологических экспонатов.

— О! У вас большая уборка!.. — Ефим Петрович одобрительно покачал головой, после чего спросил. — Ваш коллектив не сократят?

— Думаю, что просто переведут в другое помещение… Чем займемся сегодня?

— Ты дала хорошую идею, Исталина. Мы можем начать чистить подвал и чердак особняка. Слишком много мусора и старых вещей там накопилось. Когда выбрасываешь ненужные вещи — сразу дышать становится легче. Попрошу у соседа небольшой прицеп, чтобы вывезти хлам.

— Объявляется весенний субботник! — Исталина кивнула в сторону дочери, — Зоя, ты будешь грести граблями вокруг дома, счищать старую траву и мусор.

Отец заметил, что она разволновалась от слов матери, заерзала на стуле и начала крутить в руках пустую кружку в синий горошек.

«Всегда переживает, когда Исталина к ней обращается», — подумал он.

***

«Я так и не улучила момент попасть в подвал!» — на самом деле думала Зоя. — «Мама была в отпуске дома и почти не отлучалась надолго. Как бы мне поступить?».

Завтрак был окончен. Она надевала старую курточку и резиновые сапоги в прихожей. С улицы было слышно, что отец уже завел «Москвич» и въехал во двор дома с прицепом.

Зоя распахнула дверь из сеней и вышла. Лучи припекали кожу через черные штанишки. Она увидела, что отец открыл вход в подвал и спустился внутрь, потому поспешила юркнуть за ним.

Здесь пахло сыростью и землей. В тех местах, где стояли печи в доме, были укреплены кирпичные своды, тонущие в полумраке. Отец достал из кармана пыльной робы лампочку и вкрутил в висящий на одном шнуре патрон. Щелк! Желтоватый свет озарил все вокруг. Зоя увидела восемь выемок под бочки и сразу вспомнила свой сон про девушку с чемоданом.

«Баронесса показывала мне это место, а я не поняла! Значит, ко мне приходила во сне Софья?.. Она хочет, чтобы я нашла ее драгоценности?» — Зоя осматривала обстановку. — «Выемки под бочки! Их восемь! Вот что значила третья цифра!».

— Папа, что это? — на всякий случай спросила она.

— Здесь раньше хранили бочки с вином, с солеными грибами, огурцами и квашеной капустой. В подвале всегда холодно, поэтому продукты оставались свежими долго. Нам сейчас такие объемы не нужны, нас же всего трое. А раньше запасы предназначались для большой семьи: хозяева дома жили вместе со старенькими