Символ власти - Арсений Евгеньевич Втюрин

Рюрик уже заметил, что противник начинает уставать и с огромным трудом парирует наносимые им удары. Тяжёлое прерывистое дыхание Хэлтора перемежалось с кашлем и отхаркиванием кровавых сгустков, забивающих ему горло и рот.

«Пора заканчивать наш поединок, – пронеслась в голове князя мысль. – Пусть ярл умрёт как настоящий воин!»

Дважды меч Рюрика со страшной силой врезался в щит противника, с треском ломая деревянные плашки и корёжа железные оковки.

Конунг увидел на окровавленном лице Хэлтора ужас и отчаяние, когда обломки щита посыпались на землю, а в руке ярла осталась длинная продолговатая металлическая рукоять.

И тут же лезвие меча конунга вспороло кожаные штаны противника, рассекая плоть бедра.

От нестерпимой боли Хэлтор взревел, как раненый медведь, и попытался из последних сил нанести круговой удар клинком. Вот только движения его утратили стремительность, а разрубленная нога подкосилась, и ярл стал заваливаться на бок.

Но ему не суждено было остаться живым.

Меч Рюрика нашёл выемку чуть выше ключицы противника и с хрустом вошёл на десяток дюймов в грудную клетку.

Кровь толчками хлынула через приоткрытый рот Хэлтора, глаза начали закатываться, а его мускулистое красивое тело бесформенной массой медленно опустилось к ногам князя.

– Ты мне не враг, я не хотел тебя убивать! – негромко произнёс Рюрик, обращаясь то ли к самому себе, то ли к мёртвому противнику.

Несколько мгновений конунг постоял над поверженным ярлом, а потом вонзил возле него в землю свой второй меч и, не обращая ни на кого внимания, твёрдым шагом направился в сторону берега фьорда.

Народ в страхе молча расступался перед ним, образуя проход шириной в три локтя.

Идя по нему, князь чувствовал лёгкое прикосновение к своему оголённому телу чужих рук, но не останавливался, хоть ему это было неприятно. Он понимал, что старухи, молодые женщины с детьми и даже воины-викинги относятся к победителю в поединке как к любимцу богов, а потому пытаются хотя бы пальцем дотронуться до него в надежде получить для себя частичку божественной силы, здоровья и удачи.

Глава 36

Стоя на возвышенности напротив осаждённой крепости, он молча смотрел на пробегающих мимо него с двух сторон хазарских воинов, спешащих на приступ стен.

Свежий ветерок обдувал лицо, шевелил отросшие волосы на голове княжича, прогоняя утренний сон. Настроение было радостно-приподнятое, но тело уже начинала бить мелкая дрожь в ожидании предстоящего сражения. Вадим чувствовал толчки-позывы изнутри и слышал звук собственных клацающих зубов. Потом, как обычно, появилась икота. Он с юности ничего не мог с этим поделать, боялся самого себя, а ещё больше – того, что люди узнают о его слабости и будут считать трусом.

Но всё проходило, стоило лишь начаться битве или поединку. Звон оружия, крики раненых и вид крови успокаивающе действовали на княжича. Дрожь куда-то исчезала, тело наливалось силой, ему хотелось ринуться в самую гущу сражения и убивать, убивать…

Как-то в походе князь Буривой, увидев, что происходит с внуком, положил руку на его плечо и спокойно произнёс:

– Это не страх, не переживай!

– А что же? – чуть ли не в слезах воскликнул юный в те годы княжич.

– Я вижу в тебе зачатки хоробра, но они совсем не развиты!

– Кого? – не понял Вадим.

– Неужто ты не слыхал о воинах, отмеченных богами? – удивился дед. – В дальних странах их называют по-разному: берсерками, волколаками, вервольфами. У нас таких прозывают хоробрами. Но суть у всех едина.

– И в чём она?

– Это люди-оборотни, люди-звери! В предвкушении битвы они приходят в дикую ярость, превращаясь в медведя или волка, и с ожесточением набрасываются на врага, не чувствуя боли и ран. Остановить их может только смерть.

– А я… кто же я? – перепугался княжич.

– В нашем роду люди-звери рождаются по линии князя Волемира. Сам князь был таким человеком-оборотнем, сын его князь Корлин унаследовал от отца силу и ярость, внук Вран сызмальства мог приходить в бешенство, коли что-то пришлось ему не по нраву. Но не всех мальчиков в роду боги наделили этим даром. У тебя задатки от хоробра есть, но их очень мало. – Князь Буривой задумчиво подёргал себя за короткостриженую седую бороду. – Может, это и не дар вовсе, а наказание?

Он посмотрел на Вадима добрым любящим взглядом, легонько потрепал рукой по макушке и добавил:

– Возможно, сам когда-нибудь пожалеешь, что не родился человеком-зверем, но это будет не скоро!

«Пока я ещё ни о чём не жалел!» – подумал княжич, подавляя икоту.

– Ну что, – услыхал Вадим довольный голос подошедшего сзади Ахтуба. – Нынче моя дружина сломит оборону викингов и ворвётся в город! Ты заметил, что у них на стенах никого нет?

Княжич пригляделся и, к своему удивлению, увидел в центре стены только нескольких человек, прикрытых громадными щитами, в которые впились десятки стрел. Со стороны эта небольшая группа людей выглядела как ощетинившийся колючками еж.

– Где же их лучники? – не поверил своим глазам Вадим. – А викинги? Неужто они позволят твоим воинам без потерь перебраться через ров?

– Бойцы у князя Рюрика хорошие, но их немного, – улыбнулся царевич. – Я же супротив выставил десять сотен своих стрелков. По десятку на одного! Тут любой храбрец задумается, а надо ли выглядывать из-за стены.

Но неожиданно Ахтуб нахмурился, сдвинул брови и выругался на незнакомом языке.

– Что с тобой? – Княжич непонимающе смотрел на друга.

– А ты посмотри на того лучника, что стоит, спрятавшись за щитами на стене! – со злостью выпалил царевич. – Кто этот человек?

Вадим поднял взгляд вверх и, присмотревшись, понял, что там происходит.

Щиты на мгновение размыкались в верхней части, образуя небольшую щель шириной не более локтя, и в ней появлялся лучник с уже натянутой тетивой и нацеленной на очередную жертву стрелой. Этого человека по мягким кошачьим движениям княжич узнал бы из тысяч других. Вот только теперь он был в полном боевом вооружении. Рукава серебристой кольчуги отсвечивали на солнце нестерпимым блеском, пластинчатый панцирь золотистого цвета защищал грудь и живот, на голове сверкал золотом шлем-маска.

– Ярл Трувор! – воскликнул княжич. – Но почему младший брат Рюрика один, где его люди?

– Ему не нужна помощь! Неужто ты не понял, что этот воин наверху вытворяет?

– Н-н-н-ет, – промямлил княжич.

– Даже отсюда я вижу, что ярл –