Таинственная - Сьюзен Кросби

В Джи-Джи-Си только что схлынул наплыв завтракавших посетителей. Через час начнут появляться первые ласточки обеденных завсегдатаев. В зале Кэрин подошла к Винес и тихо сказала:

— Шестой столик удивлен, почему им до сих пор не несут сок.

— О боже! Не голова, а решето. — Винес закатила глаза, улыбнулась и отправилась за соком.

Кэрин подавила вздох. На Винес невозможно было сердиться или питать к ней неприязнь. Она действительно была очень милая, искренне хотела освоить работу в ресторане, но, увы, не обладала способностью делать ее хорошо. Однако никто здесь не заикался о том, чтобы ее уволить, даже Рафаэль, их придирчивый управляющий. Хорошо еще, что она соблюдала правило не фамильярничать с членами клуба. Жаль только, что оно не распространялось на детей обслуживающего персонала…

— Мам.

Вздрогнув от неожиданности, она обернулась и увидела стоявшего у нее за спиной Кевина. Она поискала глазами управляющего.

— Что ты здесь делаешь? Ты знаешь, что мне нельзя принимать посетителей.

— Успокойся. Рафаэль разрешил.

— Ты шутишь.

— Нет. Он сказал, что ты можешь отойти на пятнадцать минут. — Говоря это, Кевин смотрел не на мать, а на Винес, которая увидела его с другого конца зала и помахала ему.

— Тогда пойдем, — сказала Кэрин сыну и повела его в комнату отдыха. — Что случилось? — спросила она, когда они присели на виниловый диванчик.

— Звонил Он, — сказал Кевин.

Кэрин не поняла, отчего у нее это странное ощущение внутри — от мыслей о Джеймсе и о том, как он вчера прикоснулся к ней несколько раз, или от досады на то, что Джеймс позвонил Кевину, а не ей.

— Что он говорил?

— Хочет, чтобы я познакомился с его матерью сегодня.

— Сегодня?

— Круто, да? Мам, что я буду ей говорить?

— Я думаю, Джеймс направит разговор в нужное русло. Он наверняка обо всем рассказал матери заранее.

— Я знаю, но это как-то… странно. Даже жутковато.

Кэрин не могла до конца разобраться, как она относится к предстоящей встрече. Правильно ли это будет, когда они еще не знают, чем обернется затеваемое ими расследование обстоятельств смерти Пола? Но она понимала, какой одинокой и подавленной чувствует себя эта женщина, потеряв мужа. Если бы у самой Кэрин не было Кевина, она бы еще долго не встала на ноги.

— Вы просто поговорите. Ты ответишь на ее вопросы. Она — на какие-то твои. Никто не ждет, что вы сразу понравитесь друг другу.

— А ты пойдешь со мной? Пожалуйста!

Ей хотелось сказать «да», особенно потому, что он попросил. Но ее не пригласили, и это факт.

— Если бы Джеймс хотел, чтобы я присутствовала при этом, он бы пригласил меня. Когда вы с ним встречаетесь?

— В полдень. Хорошо еще, что надолго остаться я не смогу, в два мне на занятия. — Кевин поднялся с явно разочарованным видом. — А вдруг она спросит меня о папе?.. Ну, ты же знаешь, мам. Господи, я ведь даже не могу никому рассказать об этом!

— Я знаю, что ты чувствуешь. — Кэрин подошла к сыну и погладила его по спине. — Со временем обязательно станет легче. Я постараюсь позвонить тебе на сотовый до начала занятий.

В комнату заглянула Винес.

— Извините. Я не хотела вам мешать. Но ваш столик просит счет.

— Сейчас иду, — сказала Кэрин.

Бросив любопытный взгляд на Кевина и Кэрин, Винес ретировалась.

— Ты приведешь ее после работы домой? — спросил Кевин.

— Наверное. Так быстрее пройдет время до твоего возвращения. — И можно не сомневаться, что сын придет прямо домой, зная, что там Винес.

Сократив свой перерыв, Кэрин пошла рассчитывать одиннадцатый столик. Когда она в следующий раз посмотрела на часы, они показывали полдень. В жизни Кевина открывалась новая страница.

Джеймс появился в доме матери в половине двенадцатого, рассказал ей историю Пола, Кэрин и Кевина и вышел на улицу встретить сына. Мать отнеслась к его рассказу примерно так, как он и думал — со сдержанным любопытством. Оставалось лишь надеяться, что Кевин не создаст проблем. Признает его Кевин в качестве отца или нет, но Джеймс надеялся, что со временем он будет считать его мать своей бабушкой.

— Привет.

Джеймс в удивлении обернулся.

— Где ты оставил машину? — спросил он и подумал, что руки в карманах — это та поза, которая будет у него всегда ассоциироваться с Кевином.

— Дальше по улице. Я люблю сначала осмотреться на местности.

— Из тебя получился бы хороший частный детектив. Или полицейский.

— Да?

Черт. Кэрин убьет его за такие слова.

— Я пошутил.

— Я не передам маме, что вы так сказали. — Кевин криво улыбнулся.

— Спасибо. — Он сдержал желание обнять мальчишку за плечи. — Ну, ты готов познакомиться с моей мамой?

— Вроде да.

Джеймс понял волнение Кевина.

— Просто будь самим собой. — Они стали подниматься по ступеням. — А как там твоя мама?

— В порядке. Я заезжал к ней на работу. Сказал, что собираюсь сюда.

Джеймс сначала думал пригласить и ее, но потом решил не делать этого. Во-первых, лишний человек мог осложнить ситуацию, а во-вторых, мать обязательно уловит взаимное притяжение, существующее между ним и Кэрин. Он в этом ничуть не сомневался: его матушка сама была бы неплохим детективом.

— И как она к этому отнеслась? — спросил Джеймс.

— Нормально.

— Он пришел! — крикнул Джеймс, когда они вошли в дом.

— Она печет печенье, — заметил Кевин. — Шоколадные чипсы.

— Правда? — Через секунду Джеймс кивнул. — У тебя хороший нюх.

Она появилась — в ярко-розовом фартуке поверх фиолетового костюма для бега трусцой. Ее светло-пепельные волосы были явно подкрашены, но короткая стрижка ей очень шла.