Тень заговора - Злата Иволга

Он захлебнулся словами и руками закрыл лицо. В наступившей тишине был слышен треск факелов.

— Давно он бежал? — хрипло спросила Элвира. Похоже, запас ее громкого голоса на сегодняшний день иссяк.

— Мы считаем, третий день как, — ответил другой стражник, один из прижавшихся к стене. — Последний раз его тогда видели, капитан.

— Вы не проверяли камеру три дня? — голос Элвиры был не только хриплый, но и какой-то тусклый.

Стражники молчали. Только тот, который валялся в ногах у Ингрид, тихо поскуливал.

— Я задала вопрос, сержант, — одними губами сказала Элвира.

— Нет, капитан, не проверяли, — склонил голову стражник.

Стоящий на коленях стражник заскулил еще громче.

— Встать, — скомандовала Ингрид. — Привести себя в порядок и возвратиться к своим обязанностям. Разбираться с вами будем позже. Свободны.

Стражники ушли, помогая своему заикающемуся товарищу.

— Это был не Фельский Мельник, — сказал Рудольф, и его слова камнями падали в образовавшуюся в груди Ингрид пустоту. — Я дочитал письмо из Феля, в нем дается описание. — И он качнул правой рукой, в которой был зажат лист бумаги.

Повисло молчание, прерываемое только треском факелов на стенах.

— Моя вина. Я отсутствовала, и они распустились, — произнесла Элвира, смотря прямо перед собой. — Когда мне сдать перевязь?

— Иди ты со своей перевязью, — устало произнесла Ингрид. — Я возвращаюсь во дворец. Как удачно, что я не успела написать в Тусар о назначении дня королевской свадьбы.

Напоследок она посмотрела на Рудольфа. Но он молчал, склонив голову.

Кьяра уже задремала, когда дверь в ее комнату, скрипнув, отворилась. Сев на кровати, она попыталась вспомнить, где находится кочерга или каминные щипцы. Похоже, генерал-регент не желала больше ждать и терпеть бесполезную и слишком много знающую девчонку во дворце. Ее или удавят, или заколют кинжалом. Хотя от кинжала слишком много грязи. Значит, веревка. Кьяра скатилась с кровати и быстро поползла к камину. Но ее остановил тихий и сердитый голос:

— Не шуми. Всех перебудишь. Сядь и сиди тихо.

Кьяра услышала, как звякнуло огниво, а потом увидела свет. У двери со свечой в руке стояла капитан Элвира Ротман. В другой ее руке виднелось нечто бесформенное и темное.

— Уже и мешок приготовили? — светским тоном осведомилась Кьяра, садясь прямо на пол. — Вы задушите меня? Или придется выпить яд?

— Что за дурацкие фантазии? — фыркнула Элвира. — Это из-за того, что ты спишь на полу? Я слышала, это вредно. Может продуть голову.

Она поставила свечу на стол и бросила Кьяре сверток.

— Одевайся.

То, что Кьяра приняла за мешок для своего тела, оказалось ее одеждой. Она ошеломленно встряхнула и расправила рубашку и недоверчиво посмотрела на Элвиру.

— Куда мы идем?

— Ты идешь. Я доведу тебя до внешнего сада, там перелезешь через забор и попадешь в город. Оружие я тебе не дам, уж прости.

Кьяра встала на ноги и, бросив одежду на стол, стала переодеваться. Она не помнила, когда они с капитаном перешли на «ты», но решила придерживаться правил игры.

— Почему ты выпускаешь меня?

— Я знаю, что ты говорила правду. — Лицо Элвиры жутковато белело в полумраке. Она была без шляпы, с гладко зачесанными назад светлыми волосами. — В Морской Длани есть девушка, которую Конрад и Зигфрид называли сестрой.

Кьяра пораженно остановилась с одним сапогом в руке.

— Зигфрид во дворце? Генерал-регент говорила с ним?

— Нет. Я не имею ни малейшего понятия, где он. Но ты можешь уйти.

Кьяра закончила обуваться, надела колет и затянула ворот рубахи. Зигфрид все-таки бросил ее. Разозлился и вычеркнул из своей жизни. Но почему тогда Элвира убеждена в том, что Кьяра говорила правду?

— Нам пора. Надо еще миновать стражу.

Кьяра направилась за Элвирой. Они спустились с лестницы и остановились перед небольшой дверью.

— Сейчас мы выйдем в сад. Держись возле меня, там и ночью полно гвардейцев, — сообщила Элвира.

— Подождите, — прошептала Кьяра. — Вы ведь капитан Ротман? Я вспомнила вашего брата. «Злая скумбрия». Это он вам рассказал обо мне?

— У меня были сомнения, и я написала письмо. Да еще и на мага, чтобы доставил, разорилась. Элвира отвернулась и толкнула дверь. По лицу приятно скользнул ветерок. Как же хорошо, когда тебя не окружают четыре стены. Кьяра с наслаждением вдохнула ночной воздух и поняла, что соскучилась по запаху моря. В ее комнатах в Морской Длани в любой сезон было открыто окно, и шум прибоя помогал ей уснуть. А с утра вползала свежесть вместе с тем самым неповторимым морским запахом. Кьяра тяжело вздохнула.

— Тссс, — шикнула Элвира. — Ты как табун лошадей.

Возмущаться и сердить нежданную благодетельницу было глупо.

У забора внешнего королевского сада они остановились. Кьяра с сомнением осмотрела внушительное сооружение.

— Перелезешь, — откликнулась на ее взгляд Элвира. — Быстрее, через несколько минут здесь пройдут гвардейцы.

— Спасибо тебе. — Кьяра сжала ее руку повыше локтя и повернулась к забору. Он оказался не таким уж неприступным, как показалось. Добравшись до верха, Кьяра кинула взгляд вниз — низкорослая капитан Ротман, казавшаяся еще меньше, все еще стояла на месте.

— А генерал-регент знает? — громким шепотом спросила Кьяра.

— Убирайся, пока я не передумала, — прошипела Элвира.

Значит, Кьяра оказалась на свободе без ведома княгини Ингрид Рихтер. Раскол в триумвирате Рихтер-Ридель-Ротман? В таком случае, Кьяра бы поставила на кавалера Риделя. Слишком уж ловко он вводил в заблуждение всю страну своим образом беспутного пьяницы много лет подряд. Теперь Кьяра была уверена, что именно кавалер Ридель был вторым советником покойной королевы Фредерики. Он и генералиссимус работали вместе. Потом королева скончалась, власть временно перешла к Ингрид Рихтер, и кавалер Ридель решил служить ей. Почему-то Кьяра не сомневалась, что этот человек не позволил бы ей уйти.

Ночные улицы столицы не изменились. Это Кьяру не покидало ощущение множества лет, пролетевших с того дня, как она попала во дворец. Запах зелени, дыма, еды, уютно свернувшиеся кошки на карнизах, редкие прохожие, шарахающиеся от подворотен, звуки песен из кабаков и бодро марширующие патрули. Кьяра пропустила один и таким же бодрым шагом направилась по улице, ведущей к таверне, где она снимала комнату. Но через несколько шагов остановилась. Она не могла туда пойти. Также как и в посольство, где уже не было Марио, и в Морскую Длань, где ее не ждал Зигфрид. Кьяре внезапно стало очень холодно, и она прислонилась к стене ближайшего дома, обхватив себя руками.

Дворец эмира, Сурида

В покои Гюльбахар Хенрик попал поздно. После выполнения своих прямых обязанностей