Леди Элизабет - Элисон Уэйр

Его товарищ нахмурился, и внезапно стражник сообразил, с кем разговаривает.

— Но наследница королевы — леди Элизабет, — заявила Кэт.

— Я лишь повторяю то, что слышал, — попытался оправдаться стражник. Выпрямившись, он перехватил пику и уставился перед собой.

Кэт поспешила назад к Элизабет и рассказала ей про кухню графини, но не стала ничего говорить об упомянутых стражником слухах. Элизабет и без того хватало забот. Кэт лишь молилась о том, что это неправда.

— Графиня меня ненавидит, — заметила Элизабет. — Могу поспорить, она знала о моем приезде и специально все это устроила, чтобы мне досадить. Одному Богу известно, как мы сможем заснуть.

— Не могут же они готовить всю ночь! — усомнилась Кэт.

Но графиня, казалось, обладала ненасытным аппетитом и постоянно требовала еды. После трех дней шума и запахов Элизабет уже не сомневалась, что ее предположения верны и ей хотят вымотать нервы. Она считала, что хуже, в придачу к недомоганию и страхам, уже не бывает.

Но она ошибалась.

— Мадам, — раздраженно вздохнул Ренар, — какие еще нужны вашему величеству доказательства ее причастности к мятежу? Изменник Уайетт признался, что она отвечала на его послания; копии писем, которые она направляла вам, нашли в почтовой сумке французского посла, и нет никаких сомнений, что конечная цель состояла в ее восхождении на престол. Если вы не воспользуетесь возможностью ее наказать, ваша жизнь и трон останутся в опасности!

Мария перестала расхаживать по комнате и с несчастным видом взглянула на него.

— Элизабет не совершила никакой явной измены, — сказала она, — а наш закон не предусматривает смертной казни для тех, кто лишь смирился с предательством. Но я не могу не согласиться с вами: пока жива моя сестра, я не могу надеяться на мир в королевстве. Она оказалась именно такой, какой я всегда ее считала.

В голосе королевы прозвучала горечь.

— В таком случае почему бы вам не обвинить ее в измене, мадам? — не отставал Ренар.

— Нет, — непреклонно ответила Мария. — Возбуждать против нее процесс сейчас нецелесообразно. Мои советники опасаются, что это может спровоцировать новый мятеж. Сами знаете, она слишком популярна. — Королева презрительно фыркнула. — Но лично я убеждена в ее виновности. Нужны лишь доказательства, и с этой целью я приказала совету ее допросить.

— Разумная мысль, мадам, — одобрительно улыбнулся Ренар. — И я нисколько не сомневаюсь, что этим все решится.

Элизабет с каменным лицом стояла перед камином, глядя, как в комнату один за другим входят лорд-канцлер Гардинер и остальные восемнадцать советников.

— Мадам, — начал Гардинер, сурово хмуря черные брови, — у нас имеются достоверные сведения, что вы участвовали в недавнем мятеже, и ее королевское величество приказала нам установить истину.

Элизабет смотрела на него немигающим взором.

— Я ни в чем не повинна, — заявила она. — Я ничего не совершила против королевы. Я верная подданная и сестра ее величества.

— Изменник Уайетт на допросе в Тауэре сообщил нам, что вы посылали ему письма, — возразил сэр Уильям Пейджет.

Элизабет позволила себе криво улыбнуться.

— Могу представить, как выглядел этот допрос, — молвила она, — иначе он не стал бы так лгать.

— Итак, вы отрицаете, что посылали копии ваших писем французскому послу? — пролаял сэр Джордж Корнуоллис.

— Посылала. Но какое это имеет отношение к мятежу? — озадаченно спросила Элизабет.

— Это подтверждает, что вы с ним в сговоре. Он помогал вам устроить замужество с Кортни. Мятежники намеревались свергнуть ее величество и посадить на ее место вас и Кортни.

Элизабет вспыхнула от гнева.

— Я никогда не говорила, что выйду замуж за Кортни, — бросила она. — Что касается остального, я не имею отношения ни к каким заговорам, даже если на меня имелись какие-то виды.

— Вы лжете, — указал Гардинер. — Не надейтесь нас одурачить. Предупреждаю, сударыня, если вы не признаете вину и не отдадитесь на милость королевы, вы понесете самое суровое наказание.

Несмотря на безумный страх, Элизабет продолжала стоять на своем.

— Я не сделала ничего достойного порицания, — настаивала она. — Я не могу просить пощады за проступок, которого не совершала. Ведь вы хотите от меня именно этого?

Советники с сомнением переглянулись. Некоторые явились сюда скрепя сердце и полагая, что королева ненадолго переживет замужество, а Элизабет вскоре станет их монархом. Им не хотелось оскорбить ее.

— Мне нужно лишь встретиться лицом к лицу с королевой, чтобы убедить ее в моей невиновности, — заявила Элизабет. — Еще раз прошу вас, попросите ее об аудиенции от моего имени.

— Об этом не может быть и речи, — быстро сказал Гардинер, зная, как отнесется к подобной просьбе Мария. — Королева скоро отбывает в Оксфорд и с радостью отправит вас в Тауэр на более пристрастный допрос.

Его слова оглушили. Тауэр… Ей предстояло отправиться в Тауэр, всегда ее страшивший, в роли подозреваемой в измене арестантки — как и ее матери много лет назад. И Анна Болейн этого не пережила, испытав муки заключения и встретив страшную смерть. Не уготована ли ей та же судьба? Отказ Марии встретиться с ней и отъезд в Оксфорд не предвещали ничего хорошего. Она не сомневалась, что судьба ее уже предрешена, а допрос — обычная отговорка. Достаточно вспомнить, что стало с леди Джейн Грей. Не была ли казнь Джейн лишь прелюдией к ее собственной?

От страха она почти лишилась дара речи, но отчаянно старалась сохранять самообладание, зная, что придется защищаться до последнего. Нужно было любой ценой избежать надвигавшегося кошмара, и Элизабет вновь обрела голос.

— Бог свидетель, — поклялась она лордам, — я отрицаю всякую связь с изменником Уайеттом. Клянусь, я полностью невиновна и верю, что ее королевское величество достаточно милосердна, чтобы не отправлять меня в столь печально известное и скорбное место.

Слова ее завершились рыданиями.

— Таков приказ королевы, — мрачно изрек Гардинер, отступая к двери, и остальные советники, кланяясь, поспешно последовали за ним.

Элизабет заметила, что шляпы у некоторых надвинуты по самые глаза. «Неужели им настолько стыдно? — подумала она. — Или они не хотят быть узнанными? Какая дерзость — скрывать лицо в присутствии наследницы трона!»

Но она тут же поняла, что ей, возможно, недолго осталось быть наследницей и вскоре она станет осужденной изменницей, лишенной права на жизнь, титулы и состояние. Силы покинули Элизабет, и она безвольно опустилась на пол.

Когда четверо лордов вернулись через четыре часа, она все так же сидела на полу, горестно всхлипывая, и Кэт тщетно пыталась ее утешить.

— Нам приказано уволить всех слуг вашей светлости, кроме миссис Эстли и миссис Перри, — сообщил Корнуоллис.