Ничто не разлучит нас - Хизер Грэм

Она доигралась. Мощные руки уверенно обвились вокруг ее стана. Его рот поглотил губы, а язык глубоко и страстно проник между зубами. Сразу за жаром этого поцелуя где-то глубоко в животе пробудилось пламенное волнение. Ощущение тепла было незабываемым. Словно в ней образовалась пустота, которая жаждала заполниться…

Руки Брента отыскали пуговицы на ее манто, быстро и уверенно расстегнули их. Вскоре Гейли ощутила его ладони на груди. Большие пальцы умело дразнили соски под тонким платьем. На этом он не остановился. Очень скоро его руки оказались на бедрах у Гейли.

Это было уж слишком быстро, хотя вполне логично. Она едва успела вовремя остановить Брента, пылая от глубокого смущения и искренне раскаиваясь, что она стала причиной этой любовной вспышки. Она хотела его, она мечтала об этом… но это нарушало все ее устои. Прежде она никогда не вела себя так непристойно – словно нарочно провоцируя неприятности.

– Что с тобой? – спросил Брент.

– Прости меня. – Гейли запахнула шубку на груди. Она не смела поднять глаза. – Правда, извини меня, пожалуйста. Это моя вина. Ох! Я ведь никогда так не поступаю… Пока как следует не узнаю человека.

Некоторое время Брент молчал. Наконец он вылез из машины и, обойдя ее, помог выйти Гейли.

– Тебе не стоит провожать меня до дверей, – виновато молвила она.

– Стоит.

Она покорно замолчала, и Брент повел ее по дорожке. Но когда Гейли, с досады готовая разрыдаться, в неловком молчании остановилась на пороге, он не попытался войти. В свете фонарей Брент выглядел мужественным и поразительно красивым. Гейли отчетливо понимала силу его обворожительности, ей страшно хотелось прижаться щекой к его плечу. Только она не смела.

Брент коснулся ее щеки:

– Любовь моя, пожалуйста, в следующий раз будь готова закончить начатое тобой.

– Я виновата, но не хотела…

– Тогда не целуй меня больше… Пока не захочешь.

– Ты не понял. Я же сказала, что виновата.

– Понял. И знаю, что ты виновата, но предупреждаю. На будущее.

– Не беспокойся, – мягко пообещала Гейли, поворачивая ключ в замке. – Будущего не предвидится.

– Предвидится, предвидится. Мы оба это понимаем.

Гейли подняла голову, чтобы возразить. Лунный свет лился на темные волосы Брента, на широкие плечи… Она пристально вглядывалась в выражение его лица и, слегка дрожа, уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но не вымолвила ни звука.

– Спокойной ночи, Гейли, – вежливо попрощался Брент. – Увидимся завтра в галерее.

С этими словами он повернулся и зашагал по дорожке к машине, а Гейли перешагнула порог и заперла дверь, все еще трепеща от пережитого волнения.

Она скинула туфли и достала самую старую фланелевую ночную рубашку, затем умылась, почистила зубы и легла в кровать.

– Нет, это самый несносный мужчина из всех, кого я знаю, – обратилась она к потолку. – Но придет завтрашний день, будет выставка, а потом он уедет, и я никогда больше его не повстречаю.

Но внезапно ее сердце болезненно забилось. Неужели никогда?..

Гейли еще долго ворочалась в постели, много раз прикасаясь рукой к губам и припоминая свои ощущения, когда он целовал ее. Вдруг она вспыхнула, поняв, что ей страшно интересно, как он выглядит без одежды и как бы она себя чувствовала, лежа с обнаженным Мак-Келли в этой кровати.

Да, эта ночь выдалась весьма необычной. Гейли проворочалась еще несколько часов, а потом наконец глубоко-глубоко провалилась в царство снов.