Хозяйка ведьминых земель - Евгения Зимина

Ида почувствовала, как в горле защемило.

— Я обязательно вернусь.

Когда они вышли за околицу деревни, солнце уже садилось, окрашивая небо в золотые и розовые тона.

— Вы хорошо сегодня поработали, — заметил Леон.

— Особенно когда Фен упал в реку, — усмехнулась Ида.

— Это был стратегический маневр! — возмутился Фен.

Они смеялись всю дорогу, а когда замок Сентинелл показался вдали, Ида вдруг поняла, это место становится для нее домом.

И пусть дети зовут ее "Тетя Гроза"...

Ей это нравится.

Глава 14. Тень над Сентинеллом

После возвращения из Ивовой Коры Ида заметила перемену в Леоне. Обычно спокойный и сдержанный, он теперь часто задумывался, а его взгляд становился отрешенным, будто он видел что-то, недоступное другим.

— Что-то не так? — наконец спросила она, когда они остались одни в мастерской.

Леон медленно поднял глаза.

— Вы чувствуете это, госпожа?

— Что именно?

— Земля... она не просто больна. Она словно разорвана.

Ида нахмурилась. Она действительно ощущала под пальцами странную пустоту, когда работала с магией, будто что-то мешало энергии течь свободно.

— Что это значит?

Леон встал и подошел к окну. Замковый сад, который она так старательно оживляла, снова начал увядать — листья желтели, а цветы поникали, будто их жизненная сила внезапно иссякла.

— Давным-давно, — начал он тихо, — духи природы и люди Сентинелла заключили договор. Земля давала урожай, а люди оберегали ее священные места. Но потом... что-то пошло не так.

Фен, до этого молчавший, вдруг вскочил с места.

— Они предали духов! — выпалил он, что было совсем на него не похоже.

Леон кивнул.

— Первый граф Сентинелла, не предок нынешнего, а тот, что правил триста лет назад, приказал вырубить Священную Рощу. Там должны были построить охотничий дворец.

Ида почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— И что случилось?

— Духи природы отступили, — прошептал Леон. — Они перестали оберегать эти земли. И с тех пор Сентинелл медленно умирает.

— Но почему сейчас все стало хуже?

— Потому что последняя нить — это Ведьма Возрождения. Но та, что была до вас оборвала и ее. Она пыталась заставить землю подчиниться. И...

— Она чуть не умерла, — догадалась Ида.

— Нет. Она сбежала. Оставив проклятие. Её поймали, и…

— И дальше я знаю… — ответила Ида.

Через минуту Ида вскочила со стула.

— Значит, если мы найдем этот разрыв...

—...его можно исцелить, — закончил Леон. — Но для этого нужно найти место, где договор был нарушен.

— И где это?

Фен и Леон переглянулись.

— Там, где когда-то стояла Священная Роща.

— А теперь?

— Теперь там Черный холм.

И они отправились туда на следующий день, загрузив повозку. Ида, оба друида и, к их всеобщему удивлению, граф Стефард.

— Вы должны были сказать мне раньше, — холодно произнес он, когда Леон объяснил, куда они собрались.

— Вы бы не поверили, а госпожа не увидела бы разрывы, — ответил Леон.

Граф ничего не сказал, но его сжатые челюсти выдавали гнев.

Дорога к Черному холму шла через мрачный лес, где деревья стояли, словно обугленные, хотя огня здесь не было уже сотни лет. Воздух был тяжелым, будто насыщенным пеплом.

— Здесь ничего не растет, — прошептала Ида.

— Здесь ничего не может расти, — поправил Леон.

У подножия холма, они оставили повозку и стали подниматься пешком. На вершине перед ними открылась пустошь, черная, мертвая земля, в центре которой лежал огромный камень, покрытый древними рунами.

— Это...

— Алтарь, — сказал граф. Его голос дрогнул.

Ида подошла ближе. Камень был холодным, даже сквозь перчатки.

— Что нужно сделать?

Леон глубоко вздохнул.

— Восстановить договор.

— Но как?

— Кровью.

Все замерли.

— Чьей? — тихо спросил граф.

Леон посмотрел на него.

— Той, что нарушила договор.

— Кровь графской семьи, — поняла Ида.

Стефард не колебался ни секунды. Он достал кинжал.

— Сколько?

— Не ваша, — резко сказал Леон. — Кровь предка. Того, кто это начал.

Граф побледнел.

— Его могила в фамильном склепе.

— Тогда мы идем туда, — сказала Ида.

Но прежде чем они успели сдвинуться с места, земля под ногами затряслась.

Из трещин в камне повалил черный дым, а в воздухе раздался голос, которого не должно было быть:

"Поздно."

— Что это было?! — вскрикнул Фен, отпрыгивая назад.

Леон схватил Иду за руку.

— Мы разбудили его.

— Кого?!

— Стража проклятия. — на бегу ответил Леон, таща Иду за собой подальше от камня.

Из дыма начали формироваться очертания, огромные, бесформенные, но явно живые.

Граф выхватил меч.

— Бегите.

Но бежать уже некуда.

Проклятие Сентинелла проснулось.

Черный дым сгущался, принимая форму исполинского волка с горящими янтарными глазами. Когти, длинные как кинжалы, впивались в каменный алтарь, оставляя глубокие царапины.

— Вы пришли нарушить покой мой во второй раз, — заговорило существо. — Первое предательство стоило вам плодородия. Что принесете в искупление теперь?

Граф Стефард сделал шаг вперед, но Леон резко оттащил его назад:

— Не говорите! Это Дух-Мститель, он...

— Молчи, предатель! — рев оборвал речь друида. — Ты, что когда-то был нашим голосом!

Ида почувствовала, как Леон дрожит. Она никогда не видела его таким... виноватым.

— Я пытался остановить их, — прошептал Леон, падая на колени. — Триста лет назад. Я был тогда советником графа.

Фен ахнул:

— Ты... ты жил в те времена?!

— Моя душа была привязана к Священной Роще, — голос Леона стал глухим, будто доносился из-под земли. — Когда ее вырубили, я остался последним. Обещал духам, что найду способ восстановить баланс. И вот...

Дух-Мститель зарычал, но теперь в его глазах читалось любопытство.

— Ты питал надежду все эти годы, древний? Тогда почему привел сюда потомка убийцы?

Стефард резко выпрямился:

— Я не знал о...

— Знание не спасло бы тебя! — дымное создание вдруг метнулось вперед, окружая графа кольцом. — Кровь в твоих жилах кричит о предательстве!

Ида инстинктивно бросилась между ними, распахнув руки:

— Подождите! Он не виноват в том, что сделали его предки!

Повисла тяжелая тишина. Даже Фен замер на месте, уставившись на Иду, которая закрыла собой графа.

Потом Дух заговорил снова, но теперь его голос звучал устало.

— Маленькая ведьма. Ты носишь камень желаний. Проси.

Ида судорожно сжала в кулаке камень на подвеске из обычной веревки.

— Я хочу... чтобы Сентинелл снова стал цельным. Чтобы земля и люди помирились.

— Цена будет высокой. — грозно раздалось над ее головой.

— Я готова.

Дух вдруг рассмеялся страшным, дребезжащим смехом.

— Не тебе платить, дитя. Ты лишь инструмент. — Он повернулся к Стефарду. — Ты. Потомок. Готов ли отречься от дорогого ради земли?

Граф побледнел, но кивнул:

— Что нужно сделать?

— Отдать то, что дороже власти.

В глазах Стефарда мелькнуло понимание. Он обернулся к