Хозяйка ведьминых земель - Евгения Зимина

— Он просит Оливию.

— Что?! — Ида в ужасе отшатнулась. — Нет! Не может быть такой цены!

Но граф уже вынимал из-за пазухи миниатюрный портрет дочери в медальоне.

Дух протянул дымную лапу. Медальон завис в воздухе, затем медленно растворился в черноте.

— Не ее жизнь, глупец. Ее будущее.

Ида вдруг поняла:

— Он берет ее право наследовать графство...

Стефард закрыл глаза:

— Я... согласен.

— Я знал. — прогрохотал голос.

В тот же миг камень треснул с оглушительным грохотом. Из трещины хлынула вода, чистая, хрустальная, пахнущая весной.

— Родник Священной Рощи! — вскрикнул Фен. — Он вернулся!

Дух начал рассеиваться, но его последние слова прозвучали ясно:

— Когда вода достигнет замка, договор будет возобновлен. Но помните, династия Сентинелл закончится на этом поколении."

Обратный путь они проделали молча. Только когда показались замковые башни, граф остановился:

— Вы... все знали?

Леон покачал головой:

— Лишь догадывался. Но не о цене.

Ида не выдержала:

— Как вы могли согласиться?! Оливия...

— Оливия будет жить, — резко оборвал ее Стефард. — А Сентинелл цвести. Разве это не справедливо?

Он ускорил шаг, оставив их позади. Только Ида заметила, как его пальцы сжались в бессильных кулаках.

Фен тихо присвистнул:

— Теперь понятно, почему земли не исцелялись.

Леон взглянул на бегущий внизу ручей, он уже обгонял троицу вниз по склону и направлялся в сторону замка.

Глава 15. Рождение дикого дракона

Оливия знала, что ей нельзя уходить далеко от замка. Папа строго-настрого запретил ей бродить по лесу одной, особенно после истории с Духом-Мстителем. Но сегодня утром, когда граф уехал в соседнюю деревушку, служанки были заняты уборкой, а гувернантка собой, девочка не смогла устоять перед соблазном.

— Тетя Ида говорила, что в старых пещерах водятся светлячки, — шептала она себе под нос, пробираясь сквозь густой подлесок.

Тропинка становилась все уже, пока не привела ее к узкому входу в скале, скрытому завесой из иссохшего плюща. Оливия заколебалась, пещера выглядела темной и таинственной. Но вдруг ее привлекло мерцание.

Где-то в глубине, между камнями, слабо светилось что-то.

— Светлячки? — прошептала она и, отодвинув плющ, шагнула внутрь.

Пещера оказалась небольшой, но высокой, с потолком, усеянным крошечными кристаллами, отражающими свет. И в самом центре, на плоском камне, лежало яйцо. Не совсем обычное по размерам. Довольно крупное, покрытое чешуйчатыми узорами, которые переливались, как звездное небо. А изнутри доносился... стук.

— Оно живое! — ахнула Оливия.

Она осторожно подошла ближе, протянула руку, и тут яйцо шевельнулось.

— Ой!

Девочка отпрянула, но тут же вернулась.

— Тебе страшно? — прошептала она, гладя гладкую скорлупу. — Я тоже боюсь иногда. Но папа говорит, что храбрость, это когда делаешь, что нужно, даже если страшно.

Яйцо снова дрогнуло, и на этот раз раздался треск и появилась первая трещина.

Оливия застыла, затаив дыхание.

Трещина расширялась, разветвляясь, как молния. Потом возникла еще одна. И еще.

И вдруг…

Крошечная лапка пробила скорлупу.

За ней — вторая.

Затем — мордочка, усеянная мелкими шипами.

И, наконец...

Он был размером с кота, с переливающимися сине-золотыми чешуйками и огромными, как у совы, глазами. Его крошечные крылья дрожали, еще не готовые к полету, а из ноздрей вырывались искорки, напоминающие звездочки.

— Привет, — прошептала Оливия.

Дракончик чихнул, выпустив облачко дыма, и упал ей на колени.

— Как же мне тебя спрятать? — озабоченно шептала Оливия, пробираясь обратно к замку.

Звездный Зевс, так она решила его назвать в честь звездочек на его спинке и рассказанной госпожой Ведьмой истории про грозного Зевса, который метал настоящие молнии. Дракончик сидел у нее за пазухой, изредка высовывая любопытный нос.

— Папа сказал, что дикие драконы опасны... но ты же не опасный, правда?

Дракончик лизнул ей палец в ответ.

В замке Оливия сразу побежала в свою комнату, где соорудила гнездо из старого шерстяного пледа.

— Ты будешь жить здесь, пока не подрастешь.

Но Зевс, похоже, имел другие планы. Едва она положила его в гнездо, как он взлетел, точнее, неуклюже плюхнулся ей на голову.

— Ай! Ты же должен спать!

— Оливия? — раздался голос за дверью.

Девочка ахнула и накрыла дракона подушкой.

— З-заходи!

Аделаида вошла, неся поднос с печеньем.

— Я думала, ты проголодалась после... — она замерла, уставившись на подушку, из-под которой валил дым.

— Э-это не то, что ты думаешь!

— Оливия Сентинелл, что ты на этот раз натворила?

Пришлось сознаться.

Когда Ида увидела Зевса, ее лицо сначала выразило ужас, потом изумление, а затем... восторг.

— Он... такой милый, — прошептала она, протягивая руку.

Зевс осторожно обнюхал ее пальцы, а потом чихнул и поджег край скатерти.

— А-а-а!

— Не волнуйся! — Оливия схватила кувшин с водой и залила пламя. — Он еще не умеет контролировать огонь.

Ида прикрыла лицо руками.

— Твой отец убьет меня.

— Только если узнает! — Оливия сложила руки в мольбе. — Пожалуйста, тетя Ида! Он такой маленький... и у него нет никого, кроме меня.

Ида взглянула на дракончика, который теперь с любопытством грыз край ее рукава.

— Ладно. Но мы должны научить его двум вещам.

— Каким?

— Не жечь замок.

— А второе?

— Не попадаться графу на глаза.

Осталось только придумать, что с ним делать, когда он перестанет влезать под кровать, чтобы прятаться…

Так начались их тайные уроки.

Фен, узнав о драконе, тут же предложил устроить «курс молодого летуна» на лужайке за замком.

— Смотри! — он взмахнул руками, и ветер подхватил опавшие листья, закрутив их в мини-вихрь. — Лови поток!

Зевс неуклюже взмахнул крыльями и... шлепнулся в лужу.

Леон оказался более серьезным учителем.

— Драконы связаны с магией земли, — объяснял он, пока Зевс пытался поджечь ему бороду. — Он чувствует то же, что и ты, Ида. Только... громче.

— Что это значит?

— Что когда он подрастет, то сможет помогать тебе восстанавливать земли.

Оливия сияла:

— Значит, папа не рассердится?

— О, он рассердится, очень. — засмеялся Фен. — Но потом простит.

К вечеру Зевс, уставший от тренировок, свернулся калачиком у Оливии на коленях.

— Он храпит, — умилилась Ида.

— Как папа, — кивнула Оливия.

Они сидели у камина, слушая, как трещат дрова. За окном начинался дождь, первый по-настоящему весенний.

— Тетя Ида?

— Да, солнышко?

— Теперь мы семья, да?

Ида улыбнулась и потрепала ее по волосам:

— Да. Теперь мы семья.

Зевс во сне выпустил маленькую радужную искру, и она, медленно кружась, растворилась в теплом воздухе комнаты.

Той ночью замок Сентинелл пережил самое странное нашествие в своей истории. Повариха Марта первой подняла тревогу, обнаружив, что:

В кладовой исчез весь запас кленового сиропа.

На кухонном столе остались крохотные обугленные следы.

А в углу мирно спал... облитый сиропом дракончик.

"Господи помилуй!" — закричала она, размахивая скалкой. Зевс проснулся, чихнул от испуга