Обитель - Клэр Кент

— Я не пытаюсь вмешиваться, — говорит она с кривой усмешкой. — Честно. Поэтому, пожалуйста, не думай, что я собираюсь пытаться управлять тем, что происходит там. У меня и так достаточно забот здесь.

— Я ни на секунду не думала об этом! Я действительно ценю это. Все это для меня в новинку. Думаю, за последний месяц я многому научилась, но уверена, что впереди еще много вещей, с которыми я понятия не имею, как справляться, — я заламываю руки. — Надеюсь, вы не возражаете, если я иногда буду задавать вам вопросы.

Ее улыбка становится шире. Она явно ценит, что я могу обратиться к ней за советом.

— Я совсем не против. В любое время, когда тебе понадобится помощь, просто приходи сюда и дай мне знать, — она делает паузу, явно колеблясь, прежде чем добавить: — Джимми хороший человек. Ему пришлось быстро повзрослеть, но он всегда был добрым и великодушным. После Падения и потери Мэри он замкнулся в себе. Он по-прежнему рядом, когда кто-то нуждается в нем, но он не… Он не открывается так, как раньше.

Я слушаю, мне не терпится узнать побольше о мужчине, к которому я переезжаю, и сохранить это для будущих размышлений.

— Падение изменило все, — продолжает Грета, глядя мимо меня в пустоту кухни. — Оно отняло так много. Возможно, я никогда не верну своего милого мальчика, — выражение ее лица меняется на обычную, практичную улыбку. — По крайней мере, теперь, когда у него снова есть женщина, он, возможно, не всегда будет выглядеть как потрепанный медведь.

Я смеюсь над этим, как и полагается. И я выношу полную корзину еды из кухни и иду по коридору туда, где Джимми разговаривает со своим отцом у входной двери.

Он забирает у меня корзину и убирает ее вместе с другими вещами в багажник дедушкиного квадроцикла. В конце концов, это мой квадроцикл, и в нем еще больше половины бака бензина. С таким же успехом мы могли бы использовать его, чтобы перевезти все это добро к нему домой.

— Ты готова? — спрашивает меня Джимми, закрывая багажное отделение в задней части автомобиля.

У меня сводит желудок. Нервы и волнение одновременно.

— Да. Думаю, да.

— Я тоже.

***

По словам Джимми, его дом находится примерно в шести с половиной километрах от фермы Карлсонов.

На квадроцикле это не займет много времени. Мы едем по дороге вдоль ряда небольших ферм и домиков. Когда мы минуем их, то поднимаемся на большой холм. На другой стороне есть лес — не такой обширный и густой, как дедушкин лес, но определенно отличающийся от расчищенных сельскохозяйственных угодий.

Заасфальтированная дорога довольно быстро переходит в гравийную при въезде в лес, и вскоре мы сворачиваем с дороги и направляемся по короткой извилистой подъездной дорожке вверх по склону, к небольшому домику.

Он обшит деревянным сайдингом и покрыт металлической крышей. Спереди есть небольшое крыльцо, и, как он упоминал, с одной стороны есть крытая дорожка, ведущая к тому, что явно является уличным туалетом.

На той же стороне были вырублены деревья, чтобы было где разбить большой сад. Животные, должно быть, находятся за домом, потому что я их не вижу. На противоположной стороне от сада находится широкая веранда, уходящая к пруду.

Я рассматриваю все это, пока Джимми паркует квадроцикл.

Когда я замечаю, что он пристально смотрит на меня, ожидая моей реакции, я говорю:

— Тут действительно славно. Мне нравится.

Я говорю правду. Мне кажется, что это место ближе к хижине моего дедушки, чем любой другой фермерский дом. Мне нравится укрытие под сенью деревьев, журчание воды в пруду и фоновые звуки дикой природы в лесу.

Выражение его лица смягчается, когда он выходит из квадроцикла и открывает багажник, чтобы начать заносить вещи.

Я помогаю ему, внося охапку вещей через переднюю дверь.

Домик меньше, чем дедушкина хижина. В нем есть одна открытая комната с кухонными шкафчиками и раковиной у одной стены. Очевидно, что дровяная печь рядом служит как источником тепла, так и основным способом приготовления пищи. В другом конце комнаты есть диван и старое кожаное кресло, а также небольшой стол с двумя деревянными стульями для еды. Джимми поднимает панель, чтобы показать мне небольшой погреб для корнеплодов, который он выкопал, чтобы держать продукты в холоде и чтобы они дольше хранились.

Дом очень простой — ни ковриков, ничего на стенах, ни дополнительных подушек, ни покрывал, ни безделушек, которые могли бы сделать его уютнее. Но в нем чисто. Возможно, Джимми приложил усилия, чтобы навести здесь порядок.

Я ставлю корзину с едой на маленькую кухонную столешницу.

— Выглядит великолепно.

— Да.

— Да. Мне это нравится.

Он смотрит по сторонам, избегая встречаться со мной взглядом.

— Я знаю, ты привыкла к чему-то более комфортному.

У нас был солнечный генератор. Горячий душ. Мультиварка и тостер. Телевизор с DVD-дисками.

И у меня был дедушка, который меня любил.

Я улыбаюсь Джимми, стараясь, чтобы на моем лице никоим образом не отразилось горе от того, что я потеряла.

— Нет. Это будет здорово. Мне действительно нравится.

— Окей. Хорошо, — он прочищает горло. — Ты можешь вносить любые изменения, какие захочешь. Если ты хочешь, чтобы я нашел что-нибудь, что могло бы сделать дом лучше, я буду рад сделать это для тебя. Хочу, чтобы ты чувствовала себя как дома.

Я киваю и снова улыбаюсь. В последнее время у меня немного болят щеки от такого количества милых улыбок.

— Я ценю это.

Он потирает бороду и, наконец, раскладывает стопку постельного белья, которую принес с собой, на столе.

— Спальня здесь.

Я следую за ним в отдельную комнату. Она маленькая и аккуратная, но в то же время простая. Там стоит двуспальная кровать с простым серым покрывалом. Одна сторона придвинута к стене, и легко понять почему. Если бы ее выдвинули, чтобы обеспечить доступ к противоположной стороне, там не осталось бы места для туалетного столика или таза с кувшином для мытья посуды, как в комнате для гостей у Карлсонов.

— Это была старая уборная, — говорит он, указывая на смежную дверь. — Только раковина и унитаз. Поскольку мы больше не можем ими пользоваться, я использую это помещение как кладовку.

— Окей. В этом есть смысл.

Мы выходим из комнаты, и Джимми ведет меня в другую комнату размером примерно в половину спальни. В ней есть несколько предметов старой мебели и куча старых коробок для переезда, заполненных разными предметами.

— Я могу убрать здесь, — говорит он, — если ты хочешь