Пламя в моем сердце - Рита Трофимова

До нужной станции доехали молча. Лина уткнулась носом в шею Филиппа и дремала у него на плече. Он мягко поглаживал её плечи, накручивая локоны на пальцы, и от этих прикосновений становилось легко и спокойно.

В сквоте в кои-то веки стояла тишина. Похоже, его обитатели забились в свои кельи и отсыпались перед очередной бурной ночью. Откуда-то из глубин дома слышался перебор гитарных струн. Филипп прошёлся по длинному коридору в сторону летящего звука. Лина отправилась за ним, попутно оглядывая ветхие стены жилища, сплошь расписанные разноцветными граффити. В самом дальнем углу у окна с потолка зловеще свисала самодельная висельная петля. Зрелище было ужасающее и завораживающее одновременно, сразу в голову лезли всякие мрачные мысли. Однако, похоже, никто кроме Лины это орудие убийства всерьёз не воспринимал, лишь у неё одной дрожали коленки. Там же на стене был нацарапан короткий назидательный стих: «Посвящение суецидникам», и обгоревшая свеча на подоконнике.

— Что это? — поинтересовалась Лина, когда впервые столкнулась с удавкой.

— Нравится? Пробирает до мурашек, согласись? — Это так наши художники развлекаются. В подвале ещё гроб есть, хочешь взглянуть? Макс там хранит останки своих гитар.

Они вошли в одну из распахнутых настежь комнат, откуда слышался звук. То было жилище Макса. Лина выглядывала из-за спины Филиппа, не отставая от него ни на шаг. Макс валялся на кровати с гитарой в руках, и что-то мычал себе под нос, перебирая струны. При виде Филиппа и Лины он просиял улыбкой и сразу поднялся, взлохматив волосы на затылке.

— Какие люди! Жив, бро? — Ребята пожали друг другу руки и Макс распахнул Лине объятья. — Привет, солнышко! Рад тебя видеть. У меня тут немного не прибрано, но ты не стесняйся, будь как дома.

— Жив. Ты сам-то как? — Филипп обнял Лину за плечи, оградив её от излишнего внимания друга.

— Нормально, голова немного гудит, — отмахнулся Макс.

— Я всё знаю про драку, — посочувствовала ему Лина. — Сильно тебе досталось?

— Да не то чтобы, мутная история, если честно. Какой-то обдолбаный придурок решил выказать мне своё восхищение и почтение. Целоваться полез, но что-то пошло не так. Короче, Лёва на больничном велел быть, сказал, чтобы до пятницы ни-ни. Лин, ты давай, присаживайся. — Макс выдвинул из-за стола высокий старинный стул с потрёпанной обшивкой.

— Можно я тут всё посмотрю? — с улыбкой спросила она.

— Да не вопрос.

Лина окинула взглядом довольно просторную комнату и двинулась вдоль стены, на которой висели афиши группы Аспид и самодельные портреты Макса — дары фанатов. В дальнем углу стояла небольшая этажерка, доверху набитая книгами и целая батарея гитар.

Ребята присели на кровать, и стали обсуждать детали неудавшегося концерта. Они говорили намёками, будто намеренно обходя щекотливые моменты. Но Лина улавливала главное, хоть и старалась не показывать вида. Кому было выгодно устроить на сцене дебош, было ли это спланированным ходом или случилось спонтанно.

— А если это повторится? — не удержалась она от реплики. — Ваш пиар-менеджер должен был всё предусмотреть! Такое впечатление, что он вообще не при делах. Сидит себе в сторонке и тихо за всем наблюдает. Почему он не вмешался и не вытащил Филиппа из ментовки? Может, он как-то замешан в этом деле?

— Солнышко, мы и сами ребята не промах, — заржал Макс, и тут же со стоном схватился за голову. — Чёрт…

— А вообще Лина дело говорит, — задумчиво пробормотал Филипп. — Может Лёва специально всё устроил. В рамках так называемого чёрного пиара.

Макс пустился в размышления, подкидывая аргументы в пользу менеджера группы, но вскоре сменил тему, и стал рассказывать про молодую врачиху со скорой помощи, что проводила осмотр в гримёрке.

— Она хотела меня в больничку уложить, а я ей — со мной поедешь? — дурачился Макс.

— Ложись уже в кровать, мачо, потом поговорим, — усмехнулся Филипп, с трудом поднявшись на ноги. — Лин, я быстро в душ сгоняю. Ты ко мне пойдёшь или здесь побудешь? — спросил он.

— Пусть со мной остаётся, скучно, поболтаем, — лениво протянул Макс, приваливаясь к стене.

— Я быстро, за пять минут управлюсь. — Филипп подмигнул Лине и вышел из комнаты. Она, немного смутившись, проводила его взглядом и присела на стул.

— Кефир будешь? — с изучающей улыбкой предложил Макс.

— Кефир? — она удивлённо пожала плечами.

— Угу. У нас неделя трезвости. Мне после сотряса ничего крепче кефира нельзя. Ещё и слух прошёл, что возможна облава представителей органов правопорядка, так что…

— Как ты это красиво сказал.

— Ага, с придыханием и чувством глубокого уважения, — ёрничал Макс. — Вчера заглядывали друзья, чуть ли не обыск учинили. Поэтому пока исключительно только кефир и ничего крепче. — Он кивнул на стол, на котором среди разбросанных вещей: пепельницы с окурками, кучки монет, медиаторов и коробки со всякой мелочью стояла чёрная упаковка, по форме напоминающая тетрапак из-под кефира.

— А почему он чёрный? — удивилась Лина.

— Потому что адский, — усмехнулся Макс. — Девчонки утром навещали, вот принесли такой, разукрашенный чёрным маркером. Скажу по секрету, от него реально крышу сносит.

Он говорил это с таким воодушевлением, будто и сам верил в эту шутку.

— Ну да, конечно, сила мысли. Человек может внушить себе всё что угодно.

— Всё верно, — Макс попытался встать, но снова схватился за голову.

— Ой, осторожно, — Лина дёрнулась к Максу. — Ты лежи. Отдыхай. Тебе ещё рано вставать. А я пойду, пожалуй, подожду Филиппа в его комнате. — Она поднялась со стула и направилась к двери.

— Лин, погоди. — прокричал ей вдогонку Макс. — У меня к тебе дело есть.

— Что за дело? — Она развернулась, задержавшись на пороге.

— У Фила днюха в ноябре, давай сыграем ему песню. Сюрприз. Я тебе пришлю в личку, с тебя клавишная партия. Сможешь?

— Песню? Конечно, смогу!

— Ага, вместе на концерте выступим. Ну как тебе идея?

— Отлично. Я согласна, — тут же загорелась Лина.

* * *

В комнате Филиппа был совершенный порядок: кровать аккуратно заправлена, на столе ровные стопки книг и атлас по анатомии человека, открытый на пёстрой глянцевой картинке. Даже в таком неспокойном и людном месте Филипп умудрялся поддерживать чистоту.

«Да, анатомия для студента, всё равно, что нотная грамота для