Пламя в моем сердце - Рита Трофимова

— Хорошо. Тогда пообещай мне, что не будешь дерзить маме.

— Обещаю. — Фил едва сдержал улыбку. Весь этот спор напомнил ему анекдот про двух нашкодивших подростков. Впрочем, это было не так далеко от истины. — Лин, а давай я у тебя на ночь останусь? — шутя, предложил ей Фил, решив разрядить обстановку, но она восприняла всё за чистую монету, и даже в лице изменилась.

— Это к-как? — сдавленно пробормотала она.

— Да вот так. Первый акт непослушания совершён, ты не явилась домой в нужное время. Что тебе стоит выдвинуть матушке Альтман ультиматум, типа: либо мой парень останется у меня на ночь, либо я пускаюсь во все тяжкие, — хохотнул Фил.

— Хорошая шутка, но не смешная. Знаешь, я тут подумала… всё же нечестно будет скрывать от мамы то, что мы собираемся расписаться. Как бы она не была на меня зла за сегодняшний проступок, но умолчать о таком будет неправильно, — потупилась Лина.

Весёлость вмиг слетела с Фила, когда он представил себе масштаб последствий этого неосторожного признания.

— Серьёзно? — Он развернул Лину к себе лицом, вцепившись в её плечи. — Это плохая идея, не вздумай ей говорить такое! Она же тебя в порошок сотрёт.

От этих слов Лина словно очнулась, сморгнув.

— Хорошо. Я ничего ей не скажу, — согласилась она и потянула Фила к подъезду.

Они поднялись по лестнице пешком, во избежание лишнего шума от лифта, и остановились возле квартиры. Лина прислушалась, Фил тоже напряг слух: за дверью стояла подозрительная тишина. Лина вставила ключ, осторожно отперла дверь, и они вошли в пустую тёмную прихожую.

В доме пахло мятной настойкой и ещё каким-то терпким запахом лекарств, из зала сочился тусклый свет. Лина пошарила рукой по стене и щёлкнула выключатель.

— Мама? — тихо позвала она, но Марта не ответила.

— Мама! — Лина ринулась в комнату, на ходу скидывая туфли и плащ.

Послышалось тихое шарканье шагов. Матушка Альтман выползла из зала со страдальческим лицом и остановилась в дверях. Бледная как смерть, она едва держалась на ногах.

— Лина, доченька, ты вернулась… — запричитала Марта немощным голосом. — Слава богу, ты жива. Чего я только не передумала. Я и в полицию звонить хотела, но Эла меня отговорила. Ох… — Марта пошатнулась, привалившись плечом к косяку.

— Мамочка, что с тобой? — Лина бросилась к ней и обхватила её руками. — Прости меня, мамочка, пожалуйста, прости. Я всё объясню.

— Ох, рученьки мои отнимаются, ноженьки не держат, сил нет, в глазах муть… — Марта заплакала так жалобно и тихо, что у Лины задрожали руки. Она и сама побледнела как полотно.

— Я не знаю, как так вышло… я боялась тебе позвонить, — оправдывалась Лина, но та продолжала стенать, словно не слыша её слов. На Фила она и вовсе не смотрела.

— Боже-боже, что случилось с моей маленькой послушной девочкой. Что за напасть такая на нашу семью. Дети-дети, что же вы делаете!

— Мамочка, пожалуйста, не плачь. Я так перед тобой виновата… Филипп, что нам делать? Может нам скорую вызвать?

Если Марта и разыгрывала из себя больную, то у неё получалось очень убедительно. Хотя, не в её характере было хитрить. Фил почти не сомневался в её недуге. У неё даже не было сил браниться и в открытую демонстрировать Филу свою неприязнь.

Поначалу он растерялся, но потом предложил помощь. Марта позволила уложить себя в постель, измерить пульс и давление и частично провести осмотр. Давление у неё немного повысилось, но пульс был ритмичным и ровным.

— Лин, принеси аптечку, что у вас от гипертонии есть? — попросил он.

— Я уже напилась лекарств, мне ничего не нужно, и скорую не нужно, — проворчала Марта, не поднимая глаз. — У меня до двухсот поднималось, я сама сбила.

— Завтра утром нужно вызвать врача. Полежите, после криза желателен покой хотя бы три дня, — посоветовал Фил.

— Да, мама, послушайся его. Он уже почти врач, — заискивающе прощебетала Лина.

Когда Марта затихла и задремала, Фил собрался уходить.

Лина проводила его в прихожую. Она была подавлена и расстроена, в её глазах стояли слёзы и голос дрожал.

— Я так виновата перед мамой… если бы я знала, что всё будет именно так… Филипп, скажи, ведь с ней ничего не случится? — с тревогой спросила она.

— Да нормально всё будет, Лин, — заверил её Фил, хотя мог только догадываться, как на самом деле поведёт себя её болезнь. «Всё же матушка Альтман женщина в возрасте, мало ли…» — подумал он. — А может мне и правда остаться у тебя? Я в зале буду, если что.

Лина с опаской покосилась на дверь и замотала головой.

— Нет, не нужно. Если понадобится, я Лёху позову. Он и переночевать у нас сможет.

— Лёхе можно? — тут же вспылил Фил, не успев справиться с эмоцией. В нём вдруг взыграла такая обида и ревность, что захотелось что-нибудь пнуть.

— Ну что ты, в самом деле, Филипп? — Лина обвила его шею руками и приникла к его груди. — Просто мама давно привыкла к Лёхе и не будет при нём так сильно волноваться.

— Лин, я лучше пойду, ещё успею на метро до ребят доехать. — Он криво улыбнулся, чмокнул Лину в нос и, выпутавшись из объятий, вышел в подъезд.

Она выбежала следом за ним на площадку и провожала его взглядом, пока он не скрылся в лестничном проёме.

Уже по дороге в метро Фил достал из кармана пачку сигарет, которые с недавних пор всегда были при нём, и сделал пару спасительных затяжек. На душе словно кошки скребли. Он понимал, что из-за болезни Марты их планы рушатся, и с росписью придётся повременить. Чёрт…

Глава 26

Эла

За то время пока Эдик был в командировке, Эла пыталась справиться со своими эмоциями. Казалось, страсти по Вадиму улеглись, но в груди будто что-то тлело, мешая спокойно жить. Эла силилась себя понять: что с ней такое творится?

Да, она оказалась не готовой к встрече, узнала про тот давнишний инцидент с матерью, и теперь её мучает совесть. Хотелось непременно всё исправить, расставить все точки над и. Видимо она перфекционистка до мозга костей и всегда, во всех