Игра в обороне - Кендалл Райан

– Ладно, тогда будем праздновать. То, что ты молода, одинока и открыта для новых приключений.

Бекка сидит рядом, Сара и Бейли – напротив.

– Окей. Я хочу вкуснятину, которая затуманит мои мозги. – Я вновь окидываю взглядом перечень напитков.

– Значит, что-нибудь затуманивающее. Сейчас сообразим. – Сара не из тех, кто будет сидеть и ждать официанта. Она шагает к стойке, чтобы сделать заказ.

Мы сидим у эркерных окон и смотрим на заходящее солнце. От серости моросящего дождя мне хочется свернуться калачиком в уютном свитере и пить горячий шоколад, но сплетничать и пить коктейли с подругами – почти то же самое. Я попросила Бекку не рассказывать девчонкам о моей ночи с Джастином. Думаю, я не смогла бы выдержать три пары печальных глаз, смотрящих на меня с жалостью. И я благодарна, что она держит все в тайне. Потерять девственность с кем-то, кто даже не помнит об этом, – не самое лучшее событие в жизни.

Мы сидим с наполовину опустошенными бокалами, когда к нам, наконец, подходит официант. Бекка быстро заказывает полдюжины закусок, включая мои любимые приготовленные на пару пельмени, а Сара приносит еще по одной порции выпивки.

Обожаю своих подруг.

Мы обмениваемся байками о работе, и Бекка рассказывает сплетни о хоккейной команде. Она – помощник владельца команды, и у нее всегда лучшие слухи. Судя по всему, новичок прошлого сезона был исключен во время межсезонья за то, что переспал с дочерью тренера. Упс. Лучший способ за три секунды испоганить свою профессиональную карьеру.

Мы болтаем по душам, но тут атмосфера в баре внезапно меняется. Приглушенный шепот проносится над столами вокруг, и мой взгляд обращается к дверям как раз вовремя, чтобы увидеть четверых здоровенных хоккеистов. Это мой брат и Джастин, а рядом – Тедди и Ашер. Эти парни вызывают ажиотаж, куда бы ни пошли. Они молоды, подтянуты и привлекательны, но в этом городе они – практически боги. Думаю, принадлежность к профессиональным атлетам и членам популярной команды победителей дает свои преимущества.

Я не ждала их, но бар – у катка. Полагаю, они зашли выпить после тренировки.

Бекка привстает, машет им, и парни начинают двигать второй стол, чтобы присоединиться к нам.

– Я написала Оуэну, что мы тут, – говорит она. А потом встречается со мной взглядом. – О.

Да. «О». Я знаю, что Бекка и Оуэн – добрые друзья, но она должна была понять, что если пригласить Оуэна, то и Джастин, скорее всего, последует за ним.

Мои глаза, не спросив разрешения мозга, пробегают взглядом по его высокой фигуре. Обтянутые джинсами бедра мускулисты и сильны, а футболка с длинным рукавом туго облегает грудь. Он мог бы сойти за супергероя. Или, может, он – злодей?

Не имеет значения, настолько он привлекателен. Он мне не подходит, и я должна двигаться дальше. Точка. Конец истории.

Я и в самом деле научилась избегать его, и когда он садится за противоположный конец стола, я тихонько выдыхаю воздух, который все это время держала в легких.

Парни заказывают напитки, а нам приносят наши закуски.

– Спасибо Энди, этому паршивому придурку, за освобождение нашей Элизы, чтобы она могла двигаться дальше к большему и светлому будущему, – говорит Бекка, слегка икнув в конце своего тоста.

Мы чокаемся, и все пьют, кроме меня. Я слишком занята, пытаясь понять, как бы пнуть Бекку под столом.

Брат смотрит на меня через стол.

– Вы расстались?

Я пожимаю плечами и открываю рот, чтобы ответить, но тут Бекка склоняется вперед.

– Он ее бросил. По СМС, – говорит она слишком громко. – Какой мудак так поступает?

Сара качает головой и отодвигает бокал Бекки от нее.

– Боже, Бекс. Я тебя, пожалуй, прерву.

Мои щеки пылают от того, что на меня обращено внимание всего стола: все смотрят на меня, особенно Джастин. Его голубые глаза обжигают и заставляют меня нервничать, как будто внезапно миллионы бабочек принялись танцевать чачу у меня в животе. «Не обращай внимания», – требует мой мозг.

Я поднимаю бокал с мартини и делаю глоток.

– Ничего такого, чего не сможет исправить немного алкоголя. – Я заставляю себя фальшиво улыбнуться, а потом мой взгляд встречается со взглядом Джастина. Это была плохая идея – смотреть на него. Он выглядит таким напряженным и серьезным. И смотрит на меня хмуро. Его волосы все еще немного влажные после душа, и, боже, я бы все отдала, чтобы почувствовать его запах. Знаю, это полный финиш, но сердцу не прикажешь, а мое глупое сердце все еще хочет его.

Даже после всего, что случилось. Черт, может, это как раз из-за того, что случилось – проклятие, я даже не знаю. Или, может, то, что Энди вдруг ни с того ни с сего порвал со мной, ударило по мне сильнее, чем я думала… Я заставляю себя отвести взгляд от Джастина и подношу бокал к губам, только чтобы обнаружить, что тот уже пуст.

«И когда это я успела?»

Джастин поднимает руку, заставляя официантку вернуться. Я слышу, как он заказывает еще выпить. Перед ним лишь стакан воды со льдом, но он кивает подбородком на меня, и бойкая официантка кивает. Затем Джастин заказывает еще тарелку пельменей – тоже для меня. Что за черт? Почему он так мил со мной, хотя все лето бегал от меня как от чумы?

Ладно, не будем увлекаться. «Милый» – понятие относительное. Этот парень не сказал мне и полудюжины слов за месяцы, прошедшие с тех пор, как мы переспали. Это просто чудо, что Оуэн ничего не заметил. Конечно, мы хорошо играем свою роль, смеемся вовремя и добродушно шутим, будто ничего не изменилось. С другой стороны, может быть, Джастин действительно не помнит. Может, он вовсе не притворяется. Может, притворяюсь только я.

Несколько минут спустя передо мной появляется свежий коктейль, и Джастин наблюдает, как я делаю первый глоток. Мои руки дрожат, и это не из-за алкоголя, который я выпила. С огромным усилием я ставлю стакан обратно так, чтоб не расплескать содержимое. Затем на столе появляется дымящаяся тарелка с пельменями, и Джастину приходится отбивать тянущиеся к ней руки.

– Руки прочь, придурки. Это для Элизы.

Я принимаю тарелку, которую он протягивает через стол. Парни действительно прикончили большую часть закусок, которые мы заказали. Но все же Джастин запомнил, что пельмени – мое любимое лакомство.

– Спасибо, – слабо бормочу я, не желая придавать особого значения его продуманному жесту.

Уверена, он просто хочет быть милым с девушкой, которой только что разбили сердце. Только мое сердце разбито им, а не Энди, но я не могу признаться в этом. Лишь Бекки знает правду.

Она берет одну из моих пельмешек и улыбается.

– Это ужасно мило со стороны Джастина.

Под столом я толкаю ее локтем в ребра и заставляю себя улыбнуться. Она становится чересчур болтливой, когда напивается, а я не могу позволить, чтобы хоть что-то сорвалось с ее губ без всяких на то оснований. Однако она права. Я не могу не задаться вопросом о его намерениях. Это все потому, что меня бросили, или потому, что он помнит случившееся той ночью и чувствует вину?