Для кого звучал Вивальди? - Кайя Кокрейн

— В ней как будто сидело сто человек сразу.

— Правда?

— Ага. Знаешь, иногда она рассаживала в рядок своих глупых медведей, и меня в том числе, чтобы учить нас рисовать красками и карандашом...

Делия снова улыбнулась:

— Да, уроки изобразительного искусства.

— А ровно через минуту она уже лупила меня по руке, потому что я стащил печенье у ее любимого мишки, — пожаловался Филд. — Никогда нельзя было угадать, чего от нее ждать.

— Брук преподала тебе важный урок.

— Какой? — Филд посмотрел на Делию.

— Никогда не забывайся, если имеешь дело с женщиной.

Филд в недоумении смотрел на мать. Делия засмеялась и поцеловала его в макушку.

— Ты поймешь, когда начнешь встречаться с девочками.

Филд простонал:

— Ма-ам! Фу, какой ужас!

Делия удовлетворенно кивнула. Филд что-то сжимал в кулаке, и Делия терпеливо ждала, когда сын покажет ей свое сокровище. Это был кусочек золота.

— Что ты будешь с ним делать? — полюбопытствовала она.

— Буду хранить всю жизнь.

Последнее время Филд хранил все: маленькие сокровища, найденные на ранчо, несколько вещей, принадлежавших раньше Брук или другим членам семьи. Например, нож, который ему подарил Роки. Хозяином ножа когда-то был Стоун. Филд всегда носил подарок с собой. Делия знала, что сейчас нож лежит в его заднем кармане. Казалось, Филд пытался собрать все осязаемое — то, что он мог потрогать и взять в руки, потому что те, кого он любил, покидали его. На глаза Делии навернулись слезы, и она отчаянно старалась не заплакать.

Филд уже потерял сестру, его жизнь безвозвратно изменилась. Если Стоун будет упорствовать и отправит мальчика в интернат, Филд лишится одноклассников и друзей, появившихся у него еще в первом классе.

И скоро Филд потеряет ее, Делию.

Если она выполнит задание, то должна будет покинуть его, чтобы быть вместе с Брук на небесах.

— Мама, что с тобой?

Делия была очень расстроена, но улыбнулась мальчику. Она вдохнула его запах и попыталась запомнить: жевательная резинка, свежая рубашка и шоколадные батончики. А еще еле заметный запах амбара и конюшни.

— Все в порядке, котенок. Кстати, ты навещал Джинджер?

Одна из пастушьих собак, огромная рыже-белая колли, должна была ощениться со дня на день. Филд кивнул и убрал в карман самородок.

— Я был у нее, и она клала голову мне на колени. Мам, как ты думаешь...

— О чем?

— ... можно мне взять одного щенка? — Большие серые глаза умоляюще смотрели на нее.

Делия задумалась. Блэйд планировал продать половину щенков Джинджер владельцам соседних ферм. Со временем из них получатся отличные пастухи — Джинджер была дорогой породистой собакой. Оставшихся щенков собирались растить и обучать на ранчо Тайлеров — но как рабочих собак, а не домашних животных.

— Я хочу свою собственную собаку. Хочу ее вырастить и о ней заботиться...

— Я постараюсь что-нибудь сделать, — мягко перебила она сына. — Посмотрим, сколько щенков будет у Джинджер, а потом я поговорю с папой.

Огонек, горевший в глазах Филда, потух, стоило ей только упомянуть Стоуна. А потом мальчик пробормотал:

— Тогда нет смысла...

— Филд...

— Он скажет «нет». — Голос Филда дрожал.

— Котенок, твой папа...

— Мам, что я такого сделал? В чем я провинился, что меня отсылают отсюда? — Мальчик с мольбой смотрел ей в глаза. — Что я сделал не так?

— Котенок...

Но Филд уже слезал с кровати:

— Спокойной ночи, мама.

— Филд, подожди!

Но за ним уже закрылась дверь.

Как ей теперь поступить? Как она могла не замечать муки в глазах ребенка? Как она могла называть себя любящей матерью? Если бы Стоун... Но Стоун был поглощен своим собственным горем и никого к себе не подпускал. Только чудо могло помочь двум мужчинам, которых она любила больше всего на свете.

Взгляд Делии упал на фотографию Брук, стоявшую на тумбочке. Делия взяла рамку и прижала ее к груди. Она пыталась забыть о том, как быстро идет время.