Дочь для миллионера. Подари мне счастье - Алекса Гранд

Как когда-то давно я теряю связь с реальностью. Плавлюсь от ласк Данила, хоть и должна их пресекать. И превращаюсь в наивную девчонку, запавшую на перспективного футболиста.

И я не знаю, чем может закончиться это форменное безумие. Но, к счастью, вмешиваются внешние обстоятельства.

– Багров! Воронова! Это еще что такое?

Зычный окрик продирается ко мне сквозь плотную завесу и позволяет стряхнуть наваждение. Я перехватываю папку левой рукой, а правой отвешиваю Данилу увесистую оплеуху.

Звук проносится по коридору подобно раскатам грома. Ему вторит то ли покашливание, то ли замаскированный смех.

– Я заблудилась, Алексей Романович. Простите!

Пищу я полузадушено и в одно мгновение заливаюсь краской. Щеки пылают так сильно, как будто к ним поднесли огонь. А в рот словно насыпали жгучего перца. Мне так стыдно, что хочется спрятать лицо в ладони и провалиться под землю.

Хорошо же я начинаю первый рабочий день.

– А, Багров, значит, помогал тебе искать дорогу? – звонко хмыкнув, иронизирует Петровский и неторопливо приближается к нам. – Пойдем, я тебя провожу, Эва Владимировна. А ты, Сусанин, дуй на поле, тебя там уже заждались.

Алексей Романович переключает свое внимание на Данила, который, конечно, с главным врачом не спорит. Мой бывший супруг и возмутитель спокойствия кивает послушно и устремляется вдоль по коридору, пока я неуклюже поправляю воротник халата.

– Что ж, с нашим капитаном ты уже успела познакомиться. Правда, я бы советовал тебе держаться от него подальше. У Багрова девицы в постели меняются чаще, чем прогноз погоды в Питере.

Алексей Романович произносит все это будничным тоном, искоса на меня поглядывая. Я же трусливо умалчиваю о том, что успела не только познакомиться с Данилом, но даже выскочить за него замуж, развестись и родить от него дочь. И снова вспыхиваю как спичка.

На этом, к моему огромному облегчению, лекция о моральном облике футболистов заканчивается. Петровский распахивает передо мной дверь, пропуская в реабилитационный кабинет, и представляет присутствующим.

– Знакомьтесь, Эва Владимировна. Наш новый физиотерапевт. Прошу любить и жаловать. Будет вести Тарасова, Гусева и Киселева под моим пристальным контролем. А это Филипп Измайлов и Игорь Гребцов – реабилитологи. Надежда Тимофеева – физиотерапевт. Саша Баранов – массажист.

– Можно просто Эва.

Переминаясь с ноги на ногу, я повторяю набившую оскомину фразу и, не таясь, изучаю команду, с которой мне придется трудиться бок о бок.

И если мужчины расцветают в доброжелательных улыбках и принимаются отвешивать дежурные комплименты, то единственная женщина в их компании сурово поджимает губы и смотрит на меня холодно.

Наверное, привыкла быть самопровозглашенной королевой и теперь не испытывает восторга от моего вторжения на ее территорию.

Пригладив растрепавшиеся волосы, я занимаю свободный стол у окна и снова вчитываюсь в истории болезни вверенных мне игроков. К сожалению, травмы в большом спорте – не редкость. И наша задача сделать восстановление максимально эффективным и быстрым, чтобы парни скорее вернулись в строй.

Погрузившись в предоставленные мне материалы, я думаю о том, что Киселеву неплохо бы скорректировать назначение, и пропускаю тотмомент, когда на стул передо мной опускается молодой мужчина. Он покашливает, привлекая мое внимание, и задорно роняет.

– Девушка, а, девушка.

– Эва Владимировна. Ваш новый физиотерапевт. Добрый день.

Я сразу пытаюсь выстроить границы, памятуя о том, что футболистам лучше палец в рот не класть, и отправляю своего визитера на кушетку.

Оборудование на базе клуба отличное, в моем прежнем было намного проще. Поэтому проводить процедуру одно удовольствие.

– Эва, а пойдем сегодня на свидание? Там такой классный блокбастер вышел.

Не унимается мой подопечный, Леня Тарасов – натуральный блондин с большими голубыми глазищами. Я же старательно возвращаю его в формальное русло.

– Для вас Эва Владимировна. И нет, ни на какое свидание мы не пойдем. У меня на сегодня другие планы.

Я чеканю максимально жестко и, закончив с Тарасовым, возвращаюсь за стол и тщательно фиксирую показатели. К счастью, больше эксцессов не возникает.

Я делаю пометки в блокноте и попутно общаюсь с коллегами. К вечеру я узнаю, что Измайлов увлекается дайвингом, Гребцов коллекционирует старинные печатные машинки, а Баранов воспитывает двух очаровательных двойняшек – Лиду и Колю. И обещаю ребятам отправиться с ними в бар на выходных, чтобы обмыть мою новую должность.

И только Надежда упрямо молчит, словно воды в рот набрала, и в конце дня выдает пренебрежительное.

– Ну и зачем ты столько строчишь? Все давно уже есть в электронных журналах.

В ответ на ее бесцеремонный вопрос, я неопределенно веду плечами и снова зарываюсь в бережно сложенные листы. Я предпочитаю не спорить с ней и не доказывать, что техника порой ломается, а записи будут всегда под рукой.

Я старательно запоминаю диагнозы и выписанные парням препараты. Отслеживаю динамику. И чувствую себя на своем месте, невзирая на антипатию со стороны Тимофеевой.

Переодевшись, я в одиночестве выскальзываю на улицу, делаю глубокий вдох и замечаю ажиотаж в нескольких метрах от меня. Чуть подволакивая ногу, ко мне направляется Леня Тарасов. Ему наперерез движется Багров. И воздух между ними буквально искрит.

Тестостерона вокруг столько – не продохнуть.

Глава 9

Данил

В моей крови плещется нешуточный азарт.

Поцелуй с Эвой до сих пор туманит разум, и я влетаю на перекличку взбудораженный. Вполуха слушаю указания тренера, и первым срываюсь с места, когда звучит свисток.

Энергии так много, что она мешает оставаться хладнокровным.

Я выкладываюсь на двести процентов на разминке, хоть этого и не требуется, и получаю закономерное замечание от главного тренера. Вепрев Константин Денисович тут же меня подзывает и отчитывает, как маленького ребенка.

– Умерь-ка свой пыл, Багров. Перегоришь к матчу. Кому это нужно?

В его словах определенно есть зерно здравого смысла, но совладать с адреналином мне никак не удается.

Играю я на тоненького. Чересчур резво ухожу в подкаты, неистово борюсь за мяч и усаживаюсь на скамейку с предупреждением.

– Ты мне так одноклубников переломаешь. Что с тобой происходит, Багров?

– Простите, тренер. Увлекся.

Бормочу я невнятно и остаток тренировки досматриваю с кромки поля. Пообещав Денисычу привести себя в порядок к завтрашнему дню, я принимаю ледяной душ и в одиночестве покидаю арену.

Но эмоции снова берут надо мной верх и топят в мощном водовороте.

Я замечаю Тарасова, устремляющегося к Вороновой, и непроизвольно ускоряю шаг. Траектории нашего движения пересекаются. Мы застываем в полуметре друг от друга и устраиваем молчаливую дуэль.

Голодный до побед и славы Ленька метил на место капитана и так желал меня обойти, что получил