Драгоценный камень - Норма Бейшир

– Не то чтобы заметила…

«Что я сделала не так? Ведь я думала только о том, чтобы провести лишь уик-энд, один прекрасный, чувственный уик-энд с мужчиной, который мне понравился с первого взгляда. Но то, что я чувствую к нему сейчас, куда больше, чем обычное сексуальное желание. Это что-то другое…»

Слоун тщетно пыталась разобраться в своих чувствах, но ничего не получалось, потому что прежде она такого никогда не испытывала.

«Неужели опять, как на лабораторных занятиях по химии в школе, я смешала не те реактивы и получилась гремучая смесь?»

* * *

В финале встречались команды США и Англии.

Джордан и Макс Киньон боролись за мяч, но его перехватил Ланс Уитни и послал к воротам. Слоун, сидя в ложе рядом с Габи, с замиранием сердца наблюдала за игрой в мощный бинокль и при каждом их столкновении невольно вскакивала на ноги.

– Это уже не очень похоже на спортивную игру, кажется, будто они хотят убить друг друга. – Она медленно опустила бинокль.

– Я же тебе говорила – когда Джорди и Макс на поле, идет самая настоящая война. – Габи глотнула белого вина. Белое платье без рукавов удачно контрастировало с ее смуглой кожей, к тому же еще и загорелой. – Я с тобой согласна – смотреть на это неприятно.

Слоун подняла глаза:

– И все это из-за Джилли?

Габи покачала головой:

– Полагаю, Джордан вообще здесь ни при чем. – Она поставила свой бокал на стол. – Это все Макс. Он вбил себе в голову, что Джилли хочет вернуть Джордана, и страшно ревнует. Но дело в том, что Джордан и не помышляет возвращаться к ней.

«Возможно, Макс не так уж и не прав», – подумала Слоун, вспомнив сцену, подсмотренную в конюшне.

– Макс просто рехнулся на своей жене. Он уверен, что каждый мужчина только и мечтает затащить Джилли к себе в постель. – Габи лукаво улыбнулась. – Проблема в том, что, видимо, в основном так оно и есть.

Слоун снова начала наблюдать за игрой. Темп заметно нарастал, и англичане как будто начали уступать. Два зафиксированных нарушения правил позволили американцам сделать два штрафных удара, один с линии сорока ярдов, другой – с шестидесяти. И все же к тому времени, когда удар гонга возвестил, что до конца третьего периода осталось тридцать секунд, английская команда вела с перевесом в два очка.

Слоун опустила бинокль, поднялась и оправила свое сапфирово-голубое льняное платье.

– Куда ты собралась? – спросила Габи.

– Подожду Джорди у линии заграждения. Его нужно приободрить.

Габи иронически улыбнулась:

– Подбадривай, но только словами. Иначе потом не избавишься от лошадиного запаха.

– Этот паразит жаждет крови, – прохрипел Джордан, спрыгнув на землю у линии заграждения. Передав поводья конюху, он упругой походкой опытного наездника направился к Слоун. Стащив по пути шлем, Джордан прошелся пятерней по влажным, слипшимся волосам. Его разгоряченное лицо было покрыто испариной. Слоун тщательно вытерла Джордана влажным холодным полотенцем, а затем протянула ему бокал с холодным чаем.

– Трудно пришлось?

– Чертовски! Мы чуть не сцепились по-настоящему. – Он допил чай и поставил бокал на крышку переносного холодильника. – Этого сукина сына следовало бы подвесить за задницу.

Слоун не ответила, потому что отгоняла назойливых слепней.

Джордан посмотрел на нее и засмеялся:

– Слепни замучили? Я тебя понимаю, в это время они здесь особенно злые.

– А тебя они совсем не беспокоят?

Джордан широко улыбнулся.

– На нас, дорогая, – он указал на игровое поле, – эти твари внимания не обращают. Наверное, мы кажемся им невкусными по сравнению с такими «деликатесами», как ты, например.

Слоун поморщилась и налила ему и себе по бокалу холодного чая.

– Мне бы следовало быть к этому готовым. – Джордан взял бокал.

– Не упрекай себя.

– Не могу.

Слоун поставила свой бокал, а затем быстро и ловко стащила с Джордана потную фуфайку и бросила на капот машины.

Он засмеялся:

– Ты что это делаешь? Кругом люди…

– Расслабься и ни о чем не думай, – сказала Слоун, обтирая влажным полотенцем его руки и грудь. – Ниже пояса я ничего снимать не собираюсь.

– А жаль. – Он поймал ее в капкан своих рук. – Это было бы очень интересно, если бы ниже пояса.

– Не то слово, интересно, – согласилась Слоун. – Но вот теперь мы действительно привлекаем всеобщее внимание.

– Если не нравится, пусть не смотрят. – Джордан поцеловал ее в лоб.

В ответ она нежно обняла его.

– Ты ведешь себя как несносный мальчишка.

– А я такой и есть.

– Но не здесь же!

Он не отпускал ее.

– Поехали со мной в Аргентину, Слоун. Нам так хорошо вместе. Неужели не можешь взять еще пару недель отпуска?

– Не могу. – Она нахмурилась.

– Не можешь или не хочешь?

– Не могу, – повторила Слоун. – Я же говорила тебе о рекламной поездке.

– А после поездки?

– После – не знаю.

– Я буду играть в Калифорнии, – сказал Джордан. – В Эльдорадо. Давай встретимся там.

– Попытаюсь.

Он усмехнулся:

– Звучит не слишком убедительно.

– Это все, что в данный момент я могу тебе обещать.

– Если не появишься, я буду тебя искать, – предупредил Джордан.

Она подняла голову и нежно поцеловала его в губы.

– Пойду за свежей фуфайкой.

Он задумчиво смотрел ей вслед. «Стоит ли требовать от Слоун больше того, что она может дать?»

Четвертый период начался при счете 6:4 в пользу англичан. Но буквально через несколько минут американская команда забила два гола, один за другим. Джордан плотно опекал Макса Киньона, не подпуская его к мячу. Борьба шла на опасном сближении, но без нарушения правил.

Габи наблюдала за игрой и ворчала, что Карло задержался на очередной деловой встрече, а потому пропустил весь финальный матч.

Слоун было трудно следить за игрой, поскольку совсем рядом, через два столика, сидела Джилли Киньон. Слоун призналась себе, правда, неохотно, что Джилли красива. Причем у нее был особый тип красоты, который заставляет мужчин сходить с ума и совершать невероятное.

«Джордана можно понять… и Макса тоже».

Наблюдая за Джилли, Слоун пропустила момент, когда американцы забили еще один гол, который принес им победу и «Золотой кубок». Ее размышления были прерваны ударами гонга, возвестившими об окончании игры. Игроки подъехали к трибунам и спешились. Тут же, без всяких затей, провели церемонию награждения. Кубок вручала мэр Довиля Анна д’Орнано. Игроков окружили друзья и поклонники. Слоун встала и направилась к ликующей толпе, чтобы поздравить Джордана. Он моментально ее увидел, подбежал и схватил за руку.