Днк, или Верни моего ребёнка! - Татьяна Михаль

У него мой сын. МОЙ СЫН.

И мне сейчас было абсолютно всё равно, что он не знал о подмене.

Косвенно, но он тоже причастен к преступлению!

Я также прекрасно понимаю, что бороться с Северским законными путями бессмысленно.

Кто я и кто он.

Взяла в руки один из листов, где была напечатана важная для меня информация и улыбнулась.

Тут же распечатала конверт, который приготовил для меня детектив, и вынула на свет пригласительный билет.

Уваров, действительно, блестящий детектив и его работа, однозначно стоит тех денег, что я ему заплатила.

«Завтра вечером состоится благотворительный ужин», — подумала устало, но довольно. — «Что ж, отличная возможность встретиться с Северским».

Уваров написал, что именно этот благотворительный вечер господин Северский посещает всегда и никогда его не пропускает.

«Это моя возможность».

Приняв душ, я надела растянутую, но очень удобную футболку и забралась в постель. Но сон всё никак не шёл.

Очень много мыслей было в голове.

Но, в конце концов, я провалилась в сон.

Мне приснился мой сынок.

Он и раньше мне снился, особенно в первые месяцы после трагической новости и похорон.

Но сегодня, этот сон был не таким как остальные.

Я нянчила своего Сашеньку, покачивая из стороны в сторону, и во сне явственно ощущала его тепло и тяжесть маленького, но упругого тельца в своих руках. Я осторожно, но крепко прижимала малыша к груди. Как наяву ощущала и вдыхала его сладковатый и нежный младенческий запах, касалась губами пушка его светлых волос и целиком растворялась в этих приятных и счастливых ощущениях.

— Мой родной, — шептала я, целуя бархатистую щёчку…

Но вдруг, на своих руках я увидела не своего сына, а рассыпающуюся в прах куклу…

— Нет… нет, нет… НЕ-Е-ЕТ!!!

Проснулась вся в слезах.

* * *

Дмитрий

За окном продолжалась жизнь — порывистый ветер срывал с деревьев оставшиеся жёлто-серые листья, спешили по своим делам машины и люди. Жизнь не останавливалась.

Я тоже продолжал жить.

Но ощущения были такие, будто я умер. Ныли руки, плечи, болело где-то в груди, а в голове стучал молот. Я откинулся на спинку кресла, и снова поднёс к глазам проклятый результат теста ДНК.

Ноль процентов.

Всё оказалось чёртовой правдой – уродливой, нежеланной, противной и… ненавистной.

Подсознательно я знал, что так оно и будет, но…

Да, я всегда знал, что надежда – это зло. Никогда не полагался на неё, только на себя и свои силы. Не пойму, какого чёрта, я решил довериться этой лживой надежде в этот раз.

Вздохнул и с остервенеем смял лист бумаги с результатами теста и швырнул его в ящик своего стола.

Сжал пальцами переносицу и прикрыл глаза. Сделал глубокий вдох, потом выдох и вдруг, зазвонил рабочий телефон. Звонила секретарша.

Нажал на селектор и ответил:

— Говори.

— Дмитрий Мстиславович, к вам пришёл человек, но он не записывался на приём. Говорит, что вы его ждёте, — доложила секретарь.

— У человека, имя, надеюсь, есть? — спросил довольно грубо.

— Да, конечно. Он представился как Логинов Анатолий Николаевич, — сказал она.

— Пусть войдёт, — разрешил я.

Едва Анатолий вошёл в кабинет, сходу его спросил:

— Почему не позвонил и не предупредил о своём приходе?

— Не сердись, Дима, — произнёс он серьёзно, снимая с себя пиджак и устраиваясь в кресле. Под мышкой он держал папку. — Ты же знаешь, что я не люблю современные телефоны. Они все снабжены следящими программами. А из офиса позвонить не успел, да и смысла не было. Я знал, что ты будешь здесь.

— Ладно, всё неважно, — отмахнулся от его объяснений. — Рассказывай, что нарыл.

— Сказать по правде, Дима, то ничего интересного, — сказал Анатолий и протянул мне папку. — Здесь собрана вся информация на объект.

Открыл и чуть скривился, увидев фотографию Светланы. Тут же закрыл папку и кивнул на неё:

— Расскажи вкратце, что здесь. Подробнее прочту, когда буду дома.

— Ну, я собрал полную биографию. Где она родилась, жила, училась и работала. Объект была замужем, родила мёртвого ребёнка и после этого брак распался. Родители у неё люди обычные. Жива только мать. Отца нет, но есть брат. Брат – инвалид войны. Живут они у чёрта на рогах. Никогда нигде не светилась, не привлекалась, и даже штрафов никогда не было. Долгов нет, кредитов тоже. Хотя живёт небогато. Одним словом, у объекта скучная, унылая и безликая жизнь, да настолько, что я сам чуть с тоски не завыл… — деловито пересказал Толя.

— Я слышу в твоих словах «но», — произнёс я, сощурив глаза.

— Всё верно, Дима. Всё верно, — пробормотал он и, вздохнув, кивнул на папку: — Вот эта серая мышь-неудачница совсем недавно вернулась в город из своего Мухосранска. Продала совсем недавно квартиру, причём очень быстро и по сниженной цене.

— Любопытно, — сказал я негромко. — Я уверен, что деньги она не положила в банк.

— Нет, — хмыкнул Толя. — Не положила. Ты даже не представляешь, что эта твоя Солнцева сотворила, Дима.

— Хм. Ты меня заинтриговал, — приподнял я бровь. — И что же она такого совершила, что ты едва сидишь на месте.

Толя встал и заходил по моему кабинету.

— Я не знаю, Дима, что у тебя с этой дамочкой, не моё это дело, но она как-то с тобой связана! — он указал на меня пальцем, остановившись у моего стола.

Я нахмурился и сказал резко:

— Тогда хватит говорить загадками, Толя! Говори как есть!

Анатолий вернулся в кресло.

— В папке все подробности потом прочтёшь, но если вкратце… Она заплатила нехилое бабло одному нашему с тобой знакомому частному детективу, чтобы он нарыл на тебя всю информацию, сделав особый акцент на твоих врагах.

А вот это была новость.

— Она что же, пришла к Уварову? — сделал предположение.

— Да, Дима! Ты представляешь! — воскликнул Толя. — Я позвонил ему, чтобы он собрал для меня кое-какую информацию по этой девице и когда он услышал её имя и фамилию, сразу же пригласил на встречу и всё-всё рассказал!

— Прямо всё? — решил я убедиться.

— Не сомневайся Дима, — кивнул Анатолий. — Уваров ещё тот хитрый лис, он знает, когда и кого нужно сдать и заложить. Кто ты, а кто эта пигалица! Конечно, он всё рассказал! У него с ней встреча через три дня. Хочешь, я приду с нужными людьми к Уварову и мы там её скрутим и хорошенько допросим?