Вторая Академия - Ольга Дмитриевна Силаева

Зеро бросил на меня оценивающий взгляд.

— Сядь.

Непослушные ноги сами заставили меня плюхнуться на стул. Зеро прошёл к столу быстрым и уверенным шагом человека, привыкшего спешить, и сел напротив. Рэй небрежно присел на край стола лицом ко мне.

Я вдруг заметила, что рядом с ним скромно лежал том из отцовской библиотеки. Тот самый, с которым я застала Рэя в кабинете. Великолепная история династии Драго. Одна из любимых книг отца.

— Она прошла ментальную проверку? — произнёс Зеро, не глядя на Рэя.

— Да. Она сказала Берну, что сама попросила меня взять её в стажёры. Теперь все наши ребята будут думать, что маленькая Фаэль сама стремилась во Вторую Академию. — Рэй пожал плечами. — Собственно, это недалеко от истины.

— Но на самом деле, — медленно произнесла я, прозревая, — это не так, верно? Наша встреча в кабинете отца не была случайностью, ты искал меня!

Рэй медленно улыбнулся. Я ахнула:

— Ты хотел, чтобы я служила в разведке! Нужно было быть слепой, чтобы не понять, что это я была нужна тебе, а не наоборот!

Зеро перевёл на меня холодный взгляд, и я тут же пожалела, что вообще открыла рот.

— Почему ты хочешь стать агентом? — негромко спросил он.

— Хочу служить империи и защищать её, — мгновенно ответила я.

Рэй криво усмехнулся:

— Это желание быстро испаряется.

— Помолчи, — бросил Зеро. — Дай мне честный ответ.

Ещё одно мгновение на весах. Ещё одно испытание.

— Я хочу узнать, — тихо сказала я, — что случилось с моим отцом. Ещё я хочу власти. Хочу показать моей сестре, что я способнее её, хочу прославить наше имя. Не желаю, чтобы меня презирали всю жизнь. Но прежде всего… я хочу получить ответы.

Глаза Зеро сузились.

— Сидды всегда будут презирать тебя из-за отсутствия дара. Это не изменится.

— Я буду знать, что они неправы, — отчеканила я. — Сейчас — нет.

— То есть сейчас ты сама считаешь себя пустым местом. Интересно.

Я возмущённо открыла рот, чтобы сказать, что он извратил мои слова, но Рэй сделал предупреждающий жест, и я смолчала.

— И ты готова к жестокости? — произнёс Зеро спокойно. — К безжалостности? Насилие — такой же инструмент, как и информация. Ты сумеешь им воспользоваться? Отнять чью-то жизнь? Второго приданого, чтобы пожертвовать им, у тебя нет.

Он успел узнать обо мне даже это. Проклятье.

Я почувствовала, как дрожат пальцы. Словно перед лордом Джавусом, когда мы с Ксаром заблудились в приморских скалах ещё совсем детьми и заставили всех искать нас и волноваться. Но даже тогда мне не было так страшно, как сейчас, когда моя судьба зависела от моего ответа. А Рэй, искоса, но очень напряженно глядящий на меня, даже не пытался мне помочь.

Чёрные глаза Зеро гипнотизировали. У меня не было сил отвести взгляд, солгать, даже подумать. Он не владел ментальным даром и техникой сиддов, но слова сами рвались с моих губ всё равно. И я не была уверена, что отвечу правильно.

И тут Рэй наклонился над столом, закрывая меня.

— За Фаэль отвечаю я, — произнёс он. — Я сделаю всё, чтобы она была полезной. Насколько подло или благородно я это сделаю, решать мне, но изводить её — моя прерогатива, а не твоя. И спрашивать ты будешь с меня, а не с неё.

Он защищал меня. Он всё-таки волновался обо мне. По телу прошла тёплая волна облегчения.

Но на лице Зеро не проступило ни малейшего следа симпатии.

— Когда-то твой отец был одним из нас, Фаэль, — произнёс он. — Вот только за три года до смерти с ним произошло… нечто. И мы до сих пор не знаем что.

Я вздрогнула. Те последние три года, когда мы виделись каждый день, когда мы были неразделимы, были особенными. Я прекрасно успела узнать своего отца — остроумного, яркого, потрясающего. И у этого знания была обратная горькая сторона: он был таким не всегда. Лорд Рише впервые протянул мне руку, когда мне уже исполнилось десять. До этого отец игнорировал нас с сестрой, и по паре обмолвок я знала, что он винит нас в смерти матери. Я была для него пустым местом, сестра — будущей выгодной сделкой. И только.

Но за один день всё изменилось. И никто не знал почему.

— Вот почему я здесь, — прошептала я. — Я была близка с отцом в эти годы. Вы хотите узнать, что с ним произошло восемь лет назад?

Лицо Зеро не изменилось.

— У Рэя есть свои идеи по этому поводу, и он с тобой ими поделится. Я их не разделяю; это его расследование.

— Наше, — мрачно произнёс Рэй. — Теперь нас двое.

— Я здесь только за одним. — Зеро смотрел холодно и внимательно. — Предупредить тебя. Если ты расскажешь о теориях Рэя хоть одной живой душе, ты умрёшь, этот человек тоже умрёт и все, кто ему дорог и с кем он мог поделиться, умрут тоже. Есть тайны, которые убивают. Даже если это не тайна, а бредовая идея.

Страшнее всего было то, как сухо, деловито и буднично это прозвучало. Словно он объяснял мне, как резать хлеб для завтрака.

Наставник Рэя резко встал.

— Не жди, что станешь героиней, — произнёс он сухо. — Мы работаем в тени, и о твоих успехах никто никогда не узнает. Ни сидды, ни твоя сестра.

— А о моих неудачах?

— Тебя это уже не будет волновать.

Я вздрогнула.

— Мы подчищаем свои следы очень хорошо, — произнёс Зеро, глядя на меня в упор. — Об успешных операциях зачастую знаем лишь мы сами. Это грязная, утомительная и жестокая работа, за которую ты не дождёшься благодарности. Ни сидды, ни военные, ни даже сам император никогда не признают, что они нам обязаны.

— Хотя уж императору-то стоило бы, — мрачно вставил Рэй.

— Довольно. — Зеро подошёл к двери. — Займись своей… протеже. И если ты ещё хоть раз предпримешь что-то подобное без моего ведома, твоя карьера окончена.

Рэй фыркнул. Едва заметно.

— Я не повторяю дважды, — ровным голосом сказал Зеро.

И вышел. Дверь беззвучно закрылась за ним.

Мы с Рэем молча глядели друг на друга.

— Ты действительно нужна мне для моего расследования, — наконец произнёс Рэй. — Тебе важно это знать? Что ты нужна кому-то?

Я невесело улыбнулась:

— Мне пять лет никто этого не говорил. А тебе?

Рэй подошёл ко мне — и неожиданно провёл рукой по моим волосам.

— Я собираюсь сказать тебе кое-что, о чём тебе сразу стоит забыть, — произнёс он.

Я взглянула ему в глаза:

— Что?

— Я собираюсь рисковать тобой, использовать так, как считаю нужным,